Невидимки
Шрифт:
— А, — сказала она, — это прямо за этим… как же его… Уотли, что ли? Неподалеку от Или. Да, мы когда-то там останавливались. Я думала, ее давным-давно продали.
Тут она снова прибегла к своей коронной отговорке «Мне пора на работу», на этот раз в половине четвертого. И я против воли задался вопросом, что же это за таинственная работа частной сиделки, которой она занимается.
Сегодня утром ко мне подошел Хен, тем самым дав понять, что дело деликатное. Наши с ним столы разделяют двенадцать футов, а на слух я никогда не жаловался.
— Рэй, я про тот вечер, ну, у нас дома. Хорошо же посидели?
— Да.
— Я просто подумал… ну, в общем… Она неплохая,
— Пожалуйста, только не начинай, ладно?
— Не смотри на меня так!
— Никак я на тебя не смотрю.
— Ну… и как она тебе?
— Можешь передать своей жене, что Ванесса очень приятная женщина, но… она не в моем вкусе.
Хен слишком хорошо воспитан, чтобы напомнить мне о том, что я с ней переспал. Он об этом знает — по нему видно.
Он подтолкнул носком туфли корзину для бумаг.
— Мы беспокоимся за тебя.
— Я тронут вашей заботой.
— Прошло уже больше двух лет.
— Я умею считать.
Я стал изучать свой блокнот и отхлебнул из чашки кофе, хотя он давным-давно успел остыть. Хен не сдвинулся с места.
— У тебя еще что-то? — спросил я.
Хен кивнул, старательно избегая смотреть на меня.
— Пора тебе прекратить шпионить за своей бывшей женой.
Я замер с чашкой в руке.
Но я же был так осторожен! Где я прокололся? Однако я не могу на него злиться. Ему по должности положено все замечать.
— Она не бывшая.
— Ради всего святого, Рэй…
Я приказал себе успокоиться. Мы с Джен больше не муж и жена ни в каком смысле, кроме как на бумаге, а Джен вот уже несколько месяцев просит меня подписать документы о разводе. Вернее, просит ее адвокат. Не знаю, почему я до сих пор сопротивляюсь.
— Ты прав. Я уже перестал.
Последний раз был больше недели назад. Неужели мне наконец начинает это надоедать? Так вот как это происходит?
— Что ж… хорошо.
— Она что, меня видела?.. — спросил я.
Лицо Хена посуровело.
— …Так ты скажешь Мадлен, чтобы оставила меня в покое?
— Если будешь хорошо себя вести.
— Вообще-то, я, кажется, кое с кем познакомился.
— Правда? С кем? — изумился Хен.
— Не знаю, выйдет из этого что-нибудь или нет.
— Это Ванесса?
— Я же тебе только что сказал. Нет! Ты ее не знаешь. И я буду очень тебе благодарен, если ты… вернешься на свое место и займешься делом.
Я театрально помахал рукой — давай, мол, катись. Но Хен с ухмылкой присел на краешек моего стола.
— Ну и как она в постели?
— Кто?
— Ой, хватит прикидываться… Вы занимались этим!
Ни дать ни взять школьники, которые никак не повзрослеют.
И вот я на Болотах, где-то между Или и Стоумаркетом, в этом странном краю, испещренном соборами и воздушными базами. Жители здешних мест, судя по всему, коротают досуг, выдумывая своим деревням названия позамысловатее: Брузингфорд, Шэнглс, Собертон. Я отыскиваю деревушку, которую упомянула Лулу, оседаю в пабе, сохранившемся с викторианских времен, не то что давешний «Белый олень», и начинаю расспросы. На этот раз мне везет. Мне указывают на пожилого джентльмена, сведущего в истории здешних краев. Он повествует мне о происхождении названия «Черная пустошь»: здесь, на этой бывшей общественной земле, во времена Черной Смерти хоронили в общих могилах ее жертв. При этом въедливый старик подчеркивает, что это, насколько ему известно, не доказано. Однако, когда я принимаюсь расспрашивать его о пропавших девушках, добавить ему нечего. Недавнее прошлое — менее чем столетней давности, — похоже, не представляет для него никакого интереса.
Было ли на Черной пустоши захоронение или нет, теперь там свалка. Расположенная неподалеку от нового
— Извините, это частная территория, — обращается он ко мне.
— Прошу прощения. Я просто хотел узнать, то ли это место, которое называется Черной пустошью.
— Нет, — ухмыляется он, — теперь оно называется Олдер-вью. Впрочем, раньше его звали именно так. Публика с деньгами на такое бы не клюнула.
Строитель, Роб, рассказывает, что работа в Олдер-вью продвигается медленно из-за влажности почвы. По его мнению, это безумие: они строят дома в пойме реки. Вокруг одни поля; в прошлом, когда случались наводнения, цыгане просто снимались с места и уезжали. Я интересуюсь, не обнаружились ли во время работ какие-нибудь свидетельства чумных захоронений, но он лишь пожимает плечами: насколько ему известно, нет. Одни черепки да фрагмент кости, принадлежавшей, скорее всего, какому-то животному. Разнообразный мусор. Я объясняю, что привело меня сюда: возможно, в этом месте шесть лет назад пропала молодая женщина. Я подчеркиваю, что ищу не труп, а живого человека. На тот случай, если он что-нибудь услышит. Мой новоиспеченный друг приходит в такое возбуждение, что обещает поспрашивать местных. Я даю ему свою визитку.
С этой версией только одна загвоздка. Если верить Робу, Черную пустошь перепродали примерно лет десять тому назад, задолго до того, как Роза исчезла. Возможно, цыгане все равно использовали ее для стоянки — незаконно, — пока тянулись все бесконечные предварительные изыскания и согласования.
Роб считает, что такое едва ли возможно.
Я надеюсь, что он ошибается.
18
Джей-Джей
Вчера была худшая ночь в моей жизни. Часа в два мы проснулись оттого, что кто-то барабанит в дверь трейлера. Это оказался Иво, голос у него был перепуганный. Кристо не мог дышать. Мы с мамой накинули на себя первую попавшуюся одежду и побежали к нему, и хотя я все время простоял в дверях у них за спиной, мне было понятно, что дело худо. Дыхание у Кристо было частое и неглубокое, как это случается с ним временами, но при этом в груди у него хрипело и булькало. Это было ужасно.
— Его надо в больницу, — сказала мама.
Иво побелел как мел. Он ненавидит больницы. Ну конечно, их никто особенно не любит, но Иво их просто ненавидит. Это что-то вроде фобии. Наверное, слишком натерпелся в детстве, когда болел, а там не могли ему помочь. Но тем не менее он кивнул, потому что было не до споров. Мы все были перепуганы. От шума проснулась ба — о том, чтобы не шуметь, никто не думал — и тоже сказала, что нужно ехать в больницу. Все, как это обычно бывает в критических ситуациях, принялись с деловитым видом хлопотать вокруг Кристо, предлагая шарфы, одеяла и согревающую мазь от кашля. Мне кажется, в таких случаях невольно сосредотачиваешься на всяких мелочах, чтобы не думать о самом страшном, что может случиться… Как будто согревающий бальзам может это предотвратить.