Невеста
Шрифт:
– И что? – Ложка Гидеона звякнула, когда он размешивал в чашке грубый коричневый сахар.
– Я передала ему то, что ты говорил про поезда. Он обещал больше не останавливать «Сентрал пасифик».
– А он человек слова, твой брат?
От этого спокойного вызова щеки Уиллоу вспыхнули.
– Да!
– Хорошо. Значит, теперь наша главная проблема – Венсел Тадд. Ты, надеюсь, предупредила его об этом хорьке?
– Да.
– Превосходно. Пей кофе.
– Ты не спал, когда я встала с кровати, да? Ты знал, что
Последовало недолгое молчание, а потом Гидеон нерешительно кинул. Она почувствовала, как в темноте его глаза смотрят на нее, но не смогла прочесть их выражения.
– Почему же тогда ты не пошел за мной? – настаивала Уиллоу с искренним любопытством.
– Я тоже человек слова, Уиллоу. Кроме того, я знал, что Стивен не причинит тебе вреда.
Уиллоу взяла чашку и осторожно отпила кофе.
– Спасибо, Гидеон.
– За кофе?
– За то, что веришь Стивену, и за то, что веришь мне.
– Не стоит, миссис Маршалл.
– Кое о чем стоит сказать, если уж на то пошло, – сказала Уиллоу.
– Да? О чем же?
– Как ты обращался с Захарием вчера. Ты был очень груб, Гидеон. Я хочу сказать, он ведь, в конце концов, твой брат, а ты вел себя так, будто у нас с ним что-то было.
– Классический пример ревнивого мужа, не правда ли?
– Да, и без всякого повода. Гидеон вздохнул:
– Если я вчера и обидел кого-то, так это тебя. Однако Захарий сам напросился.
– Откуда ты это знаешь?
– Я знаю Захария.
– Ты ведь не хочешь сказать, что он… что он мог бы наброситься на меня?
Гидеон невесело усмехнулся и покачал головой:
– Нет, этого он бы не сделал. Но он очень убедительный, Уиллоу, и тебе, как никому другому, следует знать, каким хитрым он может быть.
Уиллоу обеими руками обхватила чашку и торжествующе улыбнулась. Гидеон ревновал – он сам признался в этом, а чтобы ревновать, человек должен хоть капельку любить.
– Я постараюсь не замечать, какой он красивый и очаровательный, – искренне сказала она, – хотя одному Богу известно, как это будет нелегко.
– О чем это ты – «будет нелегко»? – в бешенстве спросил Гидеон.
Уиллоу только зевнула и потянулась. Когда она пошла наверх, Гидеон поплелся за ней следом.
ГЛАВА 9
Дафна Робертс неподвижно сидела на сиденье в поезде, глядя на казавшуюся ей бескрайней прерию. Спина у нее ныла, а корсет врезался в правое бедро, и под безупречно чистыми лайковыми перчатками между пальцами выступил пот. Господи, если это путешествие первым классом, то каково же было беднягам, ехавшим в других вагонах?
В соседнем кресле кузина Дафны, Хильда, громко захрапела и, вздрогнув, выпрямилась, оглядываясь в страшном смущении.
– Где…
После почти недельной тряски по бесконечной дороге, ведущей на Запад, Дафна ужасно устала от Хильды, но
Она сердито вздохнула и откинулась в жестком кресле, собираясь притвориться, что спит, чтобы не пришлось выносить болтовню Хильды. Однако как только она закрыла глаза, поезд остановился, дернувшись, и снаружи послышалась стрельба.
Хильда, которая от толчка ударилась о спинку сиденья, грубо фыркнула и пыталась поправить шляпку, край которой оказался у нее на носу.
В этот миг дверь в вагоне распахнулась и появился человек в маске, поигрывая пистолетом.
– Леди и джентльмены, это ограбление, – вежливо сказал он, – и я был бы вам признателен, если бы вы положили деньги и драгоценности в эту сумку.
– Разбойник! – Двойной подбородок Хильды задрожал.
– Ш-ш-ш, – прошептала Дафна, уже снявшая с запястья браслет. – Хочешь, чтобы тебя пристрелили из-за нескольких безделушек?
Бандит молча пошел вдоль прохода, вытряхивая содержимое кошельков и саквояжей. Дафна порадовалась, что предусмотрительно зашила большую часть дорожных денег в подол одной из ночных рубашек, лежавшей в багажном вагоне в чемодане, В самом деле, это было весьма колоритное происшествие; она будет рассказывать о нем на вечеринках всю свою жизнь.
Но разбойник вернулся и остановился в проходе рядом с Хильдой; его темные голубые глаза с бесстыдством остановились на Дафне, от чего она забыла все очарование и драматизм положения. Он протянул руку в перчатке, взял в пальцы прядь ее черных, как вороново крыло, волос, потом выпустил ее, и волосы упали ей на плечо.
Дафна сидела совершенно неподвижно, пытаясь не показать, как сильно она испугалась.
Трудно сказать, что бы случилось дальше, если бы в этот миг через боковую дверь не ворвался человек. От стука все пассажиры, кроме Дафны, повернули головы.
– Брось пистолет, Галлахер! – хрипло заревел мужчина средних лет.
Вместо того чтобы повиноваться, разбойник нацелил оружие в грудь мужчины. Дафна заметила значок в форме звезды, сверкнувший у того на груди, прежде чем пистолет выстрелил и он упал лицом в проход.
Несколько женщин завизжали, а Хильда, потеряв сознание, повалилась на Дафну, чуть не задавив ее. Преступник повернулся и побежал, зажав в руке сумку с награбленным.
Сделав три-четыре глубоких вдоха и освободившись из-под Хильды, Дафна встала с места и поспешила в конец вагона, посмотреть, чем можно помочь шерифу.