Невеста Драконов
Шрифт:
А она вцепилась в края его рубашки, прильнув к нему всем телом, ощущая только тепло и какое-то непонятное счастье. Как будто она после долгого заточения в мрачных подземельях наконец-то вышла на солнце, как будто вдохнула глоток свежего воздуха. И это было так прекрасно, так ярко и сильно, что пришлось зажмуриться и теснее прижаться к нему, хотя казалось, что больше уже невозможно, и отдавать ему свою силу, свою энергию, заставляя забыть, что такое усталость, тревога и… холод, который пришел в его душу много лет назад, когда Генро перешел на сторону Гертов. И Вэй расслабился под ее руками, медленно опустился на пол, увлекая ее за собой, крепко прижимая ее к себе, как будто боялся потерять, как будто он бы утонул, пропал без нее. Девушка знала, что навсегда запомнит ощущение: как бились их сердца, как стоял шум в ушах, как слезы счастья блестели у нее на щеках. И в этот момент Соня отчетливо поняла, что при всем желании никогда
Что-то изменилось в тот миг, когда она дотронулась до него. Их связь как будто усилилась в несколько раз, и теперь без тепла его рук она будет безнадежно замерзать, а когда его не будет рядом, считать минуты и ждать… Соня совершила ошибку, потому что теперь они уже не только привязаны друг к другу, а просто не могут существовать раздельно. Только вместе. Но девушке было уже все равно, она не жалела ни о чем.
– Прошу прощения, что прерываю вашу идиллию, но, Вэй, у нас еще много дел…
Голос донесся как будто издалека, и в этот момент все резко переменилось: мир обрел свои привычные очертания, сила, что соединяла их двоих, потухла, а Соня оказалась больно стиснутой в объятиях Вэя. Испытывая разочарование, что их так бесцеремонно прервали, она открыла глаза и встретилась с огромными серебряными глазами, которые сейчас с легкостью заменяли для нее весь мир.
– Зря ты это сделала, Соня, - произнес он и быстро поставил ее на ноги.
Надо ли говорить, что колени подгибались, после того, что между ними произошло? Нет, ведь тут и так все ясно. Заботливые руки усадили ее на стул и только тогда Соня решилась посмотреть на Лейна, который так некстати им помешал. Вид у него был до того довольный, что Соне захотелось предложить ему лимон.
– Я вижу, ты времени зря не теряешь, - констатировал Гай, глядя на Вэя. Тот фыркнул.
– Я почти готов, - ответил Вэй, проигнорировав предыдущую реплику своего собрата, - только приму душ и переоденусь. А ты, Соня, отправляйся спать, и не забудь почитать на ночь. Тебе это поможет.
Оставалось только кивнуть. Потому что не было ни сил, ни желания ему возражать. Тело прибывало в блаженной расслабленности, выходить из которой ну никак не хотелось. А спросить, что это только что произошло между ними, она сможет и завтра. Это подождет, никуда не денется.
Зайдя в спальню, она быстро скинула халат и забралась под одеяло. Шелковое постельное белье приятно холодило кожу, а подушки, как она и думала, пахли хвоей, только сейчас этот запах ее раздражал. Девушка перевернулась на живот и прикрыла глаза. Сейчас она хоть и расслабилась, но сон приходить не собирался. Может, и правда стоит почитать перед сном? Древнерусская литература обладает потрясающей релаксирующей способностью и усыпит наверное даже слона.. Не хотелось вставать с постели. Слишком ей было сейчас хорошо, слишком расслаблена она была. Нужно просто попробовать уснуть так, без помощи.
Уткнувшись носом в подушку, Соня прикрыла глаза и твердо решила, что пора спать. Тем более денек выдался тяжелым, а тревога, что еще недавно буквально жгла ее изнутри, пропала. Это вселяло надежду, что ее старания не пропали даром и этот упрямец не рухнет где-нибудь посреди Пекина с приступом. Тем более, что в больнице ему явно делать нечего. С его-то анатомией!
От подушки исходил слабый запах хвои. Но Соня поняла, что сейчас бы дорого дала за то, чтобы подушка пахла ее Драконом. Это казалось таким важным и правильным, что девушка в первый миг даже разозлилась на себя. Она не имеет права ничего от него требовать. Ведь хочет разорвать связь. Ведь хочет? Нет, теперь нет. После того, что произошло недавно, у нее не хватит сил это сделать. Потому что без него она будет просто бледной тенью. Соня поймала себя на том, что единственное ее желание сейчас было, чтобы Вэй оказался рядом, положить ему голову на грудь и тихо лежать, вдыхая его запах, слушая, как бьются его сердца. Девушка не удержалась и фыркнула. Они связаны всего ничего, а она уже чувствует себя как наркоманка без дозы. Это ведь ненормально: быть настолько зависимой от него, переживать, избегать его прикосновений, но стоило их телам соприкоснуться, так огромная волна накрывала ее с головой и уносила прочь все страхи и сомнения, и казалось, что весь мир переставал существовать. Соня вздохнула. Еще никогда в жизни она не испытывала таких невероятно ярких и очень разных чувств. Как будто где-то глубоко внутри прорвало плотину, а она никогда не умела плавать и теперь попросту идет ко дну, не зная, как справиться с разбушевавшейся стихией. А Вэй стал ее щитом, который подсказывал как не только усмирить,
Проворочавшись еще с полчаса в большой и от того казавшейся пустой постели в тщетных попытках уснуть, Соня сдалась и пошла искать книгу по древнерусской литературе. Проходя мимо окна, не удержалась и выглянула. По местному времени был час дня, а в Москве сейчас было шесть утра. Нормальные люди, к коим Соня причисляла до недавнего времени и себя, еще спали, а улицы были безлюдны. Здесь же улицы были запружены народом, который деловито спешил по своим делам. С высоты шестого этажа, на котором располагался номер Сони, было почти не заметно, что люди, снующие внизу являются представителями другой расы, только китайцы заметно уступали в росте европейцам и все были, как на подбор черноволосы. Было непривычно смотреть на иероглифы и думать, что они должны что-то означать. Для самой Сони - это были обычные каракули и озвучить их в слова казалось просто невозможным.
Посмотрев в окно еще пять минут и порассуждав об отличиях китайцев от европейцев, девушка отправилась таки за книгой. Смутно припоминалось, что сей интересный предмет она оставила где-то в гостиной, когда вошла. На столе сиротливо стоял ноутбук, за которым час назад сидел Вэй. При воспоминании о том, что ее Дракона нет поблизости, девушка зябко поежилась. Без него их номер казался слишком пустым и неприветливым. Уют, который раньше создавался одним только его присутствием, теперь куда-то испарился. Соне вдруг стало одиноко, а сердце испуганно забилось, когда пришло осознание того, что она находится за несколько тысяч километров от дома, совершенно не зная языка и без гроша в кармане.
"А я, оказывается, авантюристка!" - подумала девушка, невольно улыбнувшись. Надо же было так влипнуть, не подумав. Стоило ей сказать, что у нее есть сестра, так она все бросила и, ничего не спросив, отправилась неизвестно куда. Пока что все складывалось вполне удачно, но вдруг что-то случится? Соня решила, что ей однозначно надо поговорить на эту тему с Вэем.
Книга лежала там, где ее оставили. Внутренне поморщившись, девушка взяла ее в руки и на миг задумалась. Спать не хотелось. Хотя, если долго читать эту галиматью, то несомненно скоро захочется… При воспоминании о большой и пустой постели, Соню вдруг пробила дрожь. Спать в ней одной ей вдруг показалось неправильным, а чувство одиночества вновь зашевелилось где-то глубоко внутри, заставляя обреченно вздохнуть и сдаться. Она не могла спать в той постели, да и, если быть с собой честной, то и находиться одной в пустом номере, где единственной живой душой является она сама, тоже. Неожиданно захотелось выйти в коридор, чтобы хоть кого-нибудь увидеть и перекинуться парой слов. Не отдавая себе отчет в том, что делает, Соня плотнее запахнулась в халат и зашагала к выходу. Облегчение, от которого захотелось во весь рот глупо улыбаться, накрыло ее с головой. Соня сама не понимала, что происходит, и что ее подвигло идти на поиски компании, хоть какой-нибудь, любой, лишь бы не чувствовать себя запертой в огромном и невероятно пустом номере. По коридору шла горничная в нежно-розовой форме и катила перед собой тележку с какими-то хозяйственными принадлежностями. На вид ей можно было дать не больше тридцати лет, черные блестящие волосы были аккуратно собраны в хвост на затылке. Завидев Соню, девушка сразу остановилась, черные глаза посмотрели настороженно и немного удивленно, от чего Соня сразу задумалась, что в ее внешности, должно быть, что-то сейчас не так. Может, пока валялась на постели, разлохматилась сильно?
– Могу я чем-нибудь помочь, госпожа?
– спросила она.
Соня, которая была настолько рада видеть перед собой живого человека, что готова была броситься ей на шею и расцеловать, но к счастью для горничной, сдержалась, машинально ответила:
– Нет, ничего.
А потом до нее дошло, почему на нее так пялилась горничная. На ее лице была такая идиотски-радостная улыбка, что бедняге небось показалось, что Соня сбежала с психбольницы. Горничная еще некоторое время смотрела на нее, потом кивнула и пошла дальше. Глядя на ее удаляющуюся спину, до Сони вдруг дошло. Она стукнула себя ладонью по лбу и побежала за горничной.
– Подождите!
– окликнула ее она.
Та сразу же остановилась и бросила на Соню такой взгляд, что девушка себя почувствовала так, будто действительно сбежала из психушки, да еще из палаты для особо буйных.
– Я вас слушаю, госпожа, - тем не менее голос горничной не выдавал ее чувств, только Соня отчетливо видела, как под маской равнодушия скрывалась настороженность. Снова мелькнула мысль, что с ней что-то не так.
– Где вы научились так хорошо говорить по-русски?
Темные брови сошлись на переносице, от чего горничная стала выглядеть невероятно растерянной и немного удивленной.