Неудачник
Шрифт:
– Сильная метель, – заметил Робер. – Мы сегодня при всем желании никуда не сможем уехать. Лишь бы она поскорее закончилась. Если на дороге наметет сугробы, мы так измучаем коней, что вряд ли успеем завтра добраться до вашего мага. Тогда хочешь не хочешь придется ночевать в подозрительном для вас трактире.
Клод ничего не ответил, только вздохнул. Он всей душой рвался побыстрее попасть домой, но с погодой не поспоришь.
Метель бесновалась весь следующий день и закончилась к вечеру. Утром уехать не получилось, потому что из-за снега во многих местах просто нельзя было проехать. Снег не вывозили,
– Обедаем здесь, – решил Клод. – Заодно купим у хозяина продукты для ужина, а в трактире только заночуем.
После обеда быстро выехали за город и без больших проблем двигались, пока дорога шла по открытому месту. Когда она пошла через лес, начались сложности. Повсюду виднелись сугробы, которые сильно затруднили движение. К вечеру, когда лошади уже выбились из сил, удалось все-таки добраться до трактира.
– Вы после снежного бурана у меня первые, – сказал им трактирщик. – Дорога забита снегом, поэтому, пока его не укатают, будет не езда, а мучение. Хорошо, если вы завтра до конца дня успеете добраться до Эссета, иначе придется ночевать в лесу. Это само по себе неприятно, а с тем, о чем мне недавно рассказали, неприятно вдвойне.
– И о какой неприятности вам рассказали, любезный хозяин? – спросил Робер.
– У нас появились разбойники, – ответил трактирщик, гостеприимным жестом приглашая их сесть за стол. – Говорят, что вся ватага состоит из дезертиров. Грабят всех и никого не оставляют в живых!
– Кто о них может знать, если они убивают всех встречных? – спросил Клод.
– Смейтесь, смейтесь, – сказал трактирщик, обиженный недоверием к своим словам. – Если действительно на них нарветесь, по такой дороге уже не уйдете. А помимо разбойников, окрестных крестьян донимают волки. Мало того, что режут скотину, уже двух охотников порвали!
– Вот в это можно поверить, – сказал до того молчавший Аксель. – А дезертиры... Слишком мы далеко от тех мест, где шли бои. Откуда здесь взяться дезертирам? Хотя разбойничья ватага может быть. Мало ли дурней? Умные разбойники зимуют по деревням, а на дороги выходят по теплу. Какая сейчас добыча?
– Вы неправы, господин, – возразил трактирщик. – Конечно, в том, чтобы морозить яйца, никакой радости нет, но даже зимой многие ездят. Вот вы, например, поехали. Летом грабить сподручней, да и народа на дорогах больше, но и самих разбойников нетрудно поймать и развесить по деревьям. А сейчас попробуйте их поймать. Ни один барон со своей дружиной в лес не сунется. Мало того, что бесполезно, так еще и война. Самое для разбойников удобное время.
– Ладно, вы нас убедили, – сказал Робер. – Позаботьтесь о наших лошадях, а мы пойдем отдыхать.
– А как же ужин? – не понял трактирщик. – Вам его уже приготовили...
– У вас давно работает повар? – спросил Клод хозяина.
– У меня его, господин, вообще нет, – ответил тот. – Постояльцам и проезжим готовят мои жена и дочь. А почему вы спрашиваете?
– Потому, что в таком же трактире, как ваш, нас совсем недавно пытались отравить, – объяснил он. – Поэтому ужин у нас с собой.
– Не знаю, кто мог учинить подобное непотребство, но здесь вам ничего не
– Ладно, – согласился юноша. – Уговорили. Но вы будете есть с нами, и тарелку для вас выберу я.
Трактирщик охотно согласился, и они в его компании поужинали вкусно приготовленным мясом и кашей, после чего отправились спать. Всю компанию спасло то, что Робер успел запереть дверь и не вынул ключ из замка, а Клод неважно себя чувствовал и не стал есть на ночь много мяса, ограничившись кашей. Поэтому, когда заперший дверь Хазе рухнул на пол, а у Клода потемнело в глазах, и навалилась слабость, он все-таки не потерял сознание, а сумел дотянуться до зеленого потока и запустить исцеляющие заклинание. Сил по-прежнему не было, но он все-таки не сразу провалился в сон, больше похожий на обморок, как это случилось с остальными. Он слышал, как к двери подошли двое, и кто-то подергал ее за ручку.
– Успели запереться, – с досадой сказал мужской голос. – Везет этому щенку! Есть второй ключ?
– Все есть, – ответила женщина. – Только вам, господин, следовало бы доплатить! Моему мужу тоже пришлось есть вашу дрянь, а мы об этом не договаривались!
– Ничего с ним не случится, – возразил мужчина. – Проспится и будет в порядке. Мы договаривались о сотне золотых, и вы их получили, а это немаленькие деньги! И вы сможете взять все, что будет у них, кроме вещей мальчишки. Их я должен отвезти моему господину вместе с его головой.
– Но его деньги возьму я! – сказала женщина. – И голову будете отрезать на улице, а то вы нам всю комнату загадите. Возьмите ключ.
– Вот, демон! – выругался мужчина, когда попытался засунуть ключ в замок. – Они не вынули свой ключ!
– Попробуйте отжать дверь кинжалом, – посоветовала женщина. – Там у нас не замок, а...
На Клода навалилась дурнота, но он все-таки успел создать заклинание, останавливающее сердце, и вложить в него всю свою зелень. У мужчины был сильный амулет, но юноша надеялся, что сил хватит. Лишь бы не задело его спутников.
Он проснулся первым, когда за окном еще было темно. Когда подействовала отрава, Аксель сидел на кровати, на нее он и упал. Отставной капрал спал так тихо, что Клод даже испугался того, что убил его своим заклинанием. А вот лежавший на полу Робер храпел так, что никаких сомнений в том, что он жив, не возникло. Слабости не было, но все же самочувствие у юноши было неважным. Зеленый поток полностью не восстановился, но на одно лечебное заклинание его хватило. Поднявшись с кровати, Клод первым делом бросился к Акселю и убедился в том, что тот жив. Чтобы разбудить спутников, ему пришлось немного постараться.
– Нас накормили сонным зельем, – объяснил он. – Я о такой возможности почему-то не подумал. За дверью были человек графа и жена трактирщика. Всех нас хотели убить, а у меня еще отрезать голову. Я немного побарахтался и успел ударить их магией. К сожалению, подчинить было нельзя, потому что я засыпал, поэтому пришлось бить насмерть. У мужчины был сильный амулет, но и я применил всю силу. Нужно их посмотреть, а потом найти трактирщика. Кто его знает, сколько он будет спать. И наши кони, скорее всего, так и остались некормлеными.