Несказанное
Шрифт:
Соседи услышали взрыв и, приехав к дому, вызвали полицию и пожарных. Коллеги позаботились о Кнутасе и Карин. Кнутасу удалось убедить врачей «скорой помощи» не везти его в больницу. Он должен был хотя бы дождаться, чем кончится дело. Карин тоже не захотела уезжать. Сидя в машине «скорой помощи», они наблюдали за происходящим оттуда. Вооружённые полицейские зашли в дом, другие прочёсывали окрестности с собаками. Пожарным
Вскоре полицейские собрались во дворе. Пожарным оставалось лишь потушить остатки пламени. Лейфа Альмлёва не нашли.
Среда, 26 декабря
Улицы Ромы оказались тихими и пустынными, но в домах вовсю продолжалось празднование Рождества. На въездах во двор то там, то тут горели уличные свечи, разгоняя ночную тьму, около калиток стояли припаркованные машины.
Он остановился у забора и посмотрел на дом. Во всех окнах, украшенных рождественскими звёздами из соломки, горел свет. В гостиной стоял литой подсвечник адвента, рядом — два огромных красных амариллиса. Всё дышало уютом и покоем. Юхан видел, как внутри из гостиной в кухню и обратно ходят люди. Он знал, что они пользуются гостиной как столовой.
В одном из окон он заметил Филипа, который играл со щенком. Они завели собаку? Плохой знак. Очень плохой!
Он открыл калитку. Гравий хрустел под ногами. Снега уже не было, растаял прямо в Рождество. Над всей этой идиллией висела серая дымка.
Он поднялся на крыльцо и краем глаза увидел, что Улле заметил его. Пути назад нет! Он сделал глубокий вдох и позвонил.
Эпилог
Часовня находилась на отшибе, недалеко от рыбацкого посёлка Кувик, в западной части острова, примерно в миле на юг от Гнисверда.
Она была сложена из готландского известняка; единственное стрельчатое окно выходило на поле, исхлёстанные ветром рыбацкие хижины и море. Часовню воздвигли в честь рыбаков, утонувших в море.
Лейф Альмлёв был родом из семьи рыбаков, которые долгие годы выходили в бурные воды Балтийского моря у побережья Готланда. Похороны состоялись именно здесь, согласно его завещанию. Присутствовали только самые близкие люди.
Кнутас сидел в последнем ряду — небольшое пространство часовни заставили складными стульями. Он смотрел на украшенный цветами гроб и размышлял о том, кем же был Лейф на самом деле. Или, точнее, в кого он превратился.
Похоже, что всё началось с Фанни Янсон. Конечно, Лейф много раз бывал в конюшне. Это подтвердил его тесть, вместе с которым они являлись владельцами
А потом Лейф нанял Дальстрёма, чтобы построить баню за городом, но временный работник обнаружил, чем Лейф занимается с Фанни. Может, он как-то остался ночевать в сарае и увидел то, чего ему видеть не следовало.
С этого всё и началось.
Убийцей оказался именно Лейф, вне всяких сомнений. Его образцы крови совпадали с обнаруженными в лаборатории Дальстрёма, квартире и на орудии убийства, его волосы и слюна были на одежде Дальстрёма и Фанни.
Прошло несколько недель с того рокового дня в Гнисверде, закончившегося тем, что Лейф погиб в пламени пожара. Причиной взрыва стали баллоны с газом, хранившиеся рядом с баней. Стоявший неподалёку сарай тоже мог взорваться, от бани его отделяло всего несколько метров. Кнутаса передёрнуло от одной мысли о том, что его старый друг, возможно, планировал взорвать его самого. А что он собирался сделать с Карин? Представить себе невозможно, хотя это не более невероятно, чем то, что Лейф убил двоих человек.
Останки Лейфа нашли на пожарище. Покончил ли он таким образом с собой, или это произошло случайно — неизвестно. Кнутас снова подумал об Ингрид и детях. Какая жизнь их теперь ожидает? Смогут ли они вообще пережить такое?
А Фанни? Она же была совсем ребёнок. Кнутас ощущал глубокую печаль, думая о четырнадцатилетней девочке. Она даже не успела пожить по-настоящему. Комиссара мучило чувство вины: его дружба с Лейфом ослепила его, не дав вовремя выполнить профессиональный долг. Он прекрасно понимал, что, как комиссар, нёс ответственность за расследование.
Перед часовней толпились местные журналисты и кучка зевак. Кнутас отказался отвечать на вопросы. Он отошёл в сторону и посмотрел вдаль.
Низко, над самой водой, кружили три чайки. На море было тихо, начинался новый год.
Mari Jungstedt
I denna stilla natt
2004
By agreement with Stilton Literary Agency amp; OKNO Literary Agency, Sweden
МАРИ ЮНГСТЕДТ
НЕСКАЗАННОЕ
Литературно-художественное издание
Ответственная за выпуск Наталия Роговская
Редактор Елена Светозарова
Художественный редактор Илья Кучма
Технический редактор Татьяна Раткевич
Корректоры Ирина Киселёва, Татьяна Бородулина
Вёрстка Алексея Соколова