Неряха
Шрифт:
После того, как он разжал мою челюсть, криков больше не было. Я чувствовала оцепенение и, возможно, сотрясение мозга. В периферийном зрении я видела, как он опустился на пол и стал рыться в углу шкафа. Он порылся там немного, а затем снова повернулся ко мне.
Его руки были в желтых кухонных перчатках, которые, судя по тому, что еще оставалось на них, использовались, когда он разделывал женщину. В одной руке он держал черный мусорный пакет, а в другой - длинный зазубренный нож для хлеба. Я понималa, что уже разворошила осиное гнездо, но насколько сильным будет жало?
Когда он подошел
Он опустился на колени перед головой, не обращая на меня внимания, когда схватил череп женщины. Он положил еe набок перед собой и начал пилить по краям скальпа, начиная от линии роста волос.
Когда он почувствовал, что сделал достаточно надрезов, то кончиком своего слабого колена надавил на ее голову всем своим весом. Затем он рукой потянул волосы в сторону. Живой парик слетел с головы в тот самый момент, когда ее череп развалился. Колено Неряхи врезалось в лоб, в буквальном смысле выбив все мысли из ее головы.
Я тупо смотрела на лужу липкого содержимого черепа, лежащую на ковре. Он продолжал заниматься своими делами, как будто все это не имело значения. Он выбросил ее скальп в мусорный мешок, а затем собрал остальную плоть, наваленную вокруг меня.
Я лежала неподвижно, двигаясь только для того, чтобы избежать контакта с ним, пока он собирал части женщины, находившейся ближе всего ко мне. К тому времени, когда он закончил, мешок был уже почти полон, в нем остались лишь некоторые лужицы и комки, которые были извергнуты или срезаны с нее.
Его взгляд остановился на сумке, которая все еще была перекинута через мое плечо. Он схватил ее и вырвал у меня, порвав при этом ремешок. Он с силой встряхнул ее, послушал, как звенят ключи, и бросил ее вместе с частями тела.
Он дотащил мешок до двери, но остановился, прежде чем выйти. Он высыпал хлюпающее содержимое и нож, а затем вернулся к тому месту, где я уронила пылесос. Он неточно пнул его в мою сторону, оскалив свои гнилые зубы в направлении моего окаменелого состояния. Теперь, когда я перестала быть истеричкой, он выглядел гораздо спокойнее.
– Почисти, - пробурчал он.
Голос его звучал непредсказуемо обыденно, несмотря на то, что больше ничего обычного я в нем не нашла. Дав мне задание, он оставил меня в комнате одну. Я услышалa, как за ним закрылась дверь, и он ушел. Я сломалась почти сразу после его ухода, но постаралась, чтобы слезы не сделали меня совсем бесполезной.
Я плакала как можно тише, пока не начала обыскивать комнату. Все дверцы шкафа были заперты. Но при осмотре в нем оказалась только старая одежда и обувь, больше ничего ценного или пригодного для использования в качестве оружия. Я перешла к окнам, но обнаружила, что все они заколочены, а если бы и не были заколочены, то выход наружу был бы ограничен толстыми металлическими решетками. Теперь я поняла, что они предназначены не для защиты от посторонних, а для удержания заключенных.
По крайней мере, так мне показалось вначале. Я поняла, что следующий логический шаг будет нелегким. Как
На самом деле корень проблемы заключался в том, что я не принимала всерьез точку зрения Дэниела. Я сидела так, как будто знала все до того, как что-то произошло. Даже если вероятность того, что его страхи сбудутся, была невелика, это не делало их недействительными. Если бы я проявила к ним чуть больше уважения, то, возможно, была бы сейчас дома, рядом с ним, готовясь к материнству.
Вместо этого я оказалась рядом с дьяволом. Злом, о котором люди должны только слышать, но никогда не встречать. Зло, которое мы видим только на большом экране. Чудовище, настолько ненормальное, что, казалось бы, подходит для Голливуда, но в то же время слишком реальное и мрачное для их отполированного кинематографа.
У меня даже не хватило ума взять с собой баллончик с перцовым газом, который купил для меня Дэниел. Он бесполезно лежал в бардачке. Не то чтобы это решило все мои проблемы, но, возможно, дало бы мне еще один вариант защиты или бегства.
Мне стало казаться, что я стала частью тех сплетен, в которые люди не верили, что они могут случиться. Ужасные вещи, которые происходили в мире, всегда находились в другом штате или другом городе. Только теперь они нашли меня. Зло материализовалось и искало меня.
Неряха, несомненно, был безжалостным убийцей. Он расчленил тело женщины с безжалостностью мясника. Как будто она не была для него человеком. Она была просто мясом и больше ничем. Но он не убил меня. Почему? – спрашивала я.
Вместо того чтобы разрубить меня на куски, он дал мне инструкции, и, судя по его предыдущему нраву, мне лучше не расстраивать его снова. Он привел меня в дом, чтобы я убралась - решила для него одну проблему. Если я смогу быть полезной, то, возможно, смогу продлить свою жизнь еще немного. Это был самый разумный план, который я могла придумать.
Просто, блядь, делай, что он говорит.
Должен же быть выход из этого места. Если он есть, я его найду.
Мне просто нужно было продержаться достаточно долго. Я должна была. Я почувствовала растущий страх за своего будущего ребенка. Материнские инстинкты сработали еще до того, как я родила.
На меня нахлынул новый ужас: тревожное осознание того, что сегодня я не вернусь домой, если вообще вернусь. Теперь какая-то злая сила отделяла меня от единственного человека, рядом с которым мне было хорошо. Я даже не могла вспомнить, когда в последний раз спала одна.
Я начала брать себя в руки, ища силы, чтобы пробиться сквозь дьявольский хаос вокруг меня. Лучшее, что я могла сделать, пока ждала пути к отступлению, было именно то, о чем говорил Неряха. Если я наведу порядок, то, надеюсь, смогу избежать дальнейших опасностей и конфликтов, умиротворив его. Я подошла к пылесосу и включила его в розетку.