НЕРХАШ
Шрифт:
Брови Вайгара возмущенно поползли вверх. Кто бы говорил? К счастью, от ссоры их спас Сигвар, объявивший, что, раз все в сборе, то - пора!
Все? Вайгар покрутил головой, но старейшего не заметил. Старый придурок в очередной раз кинул свою многочисленную родню. Вайгар неожиданно вспомнил, что на совете дед так и не сказал, будет ли он принимать участие в войне. Похоже, что нет. Вот пацифист хренов!
Он направился следом за родственниками, одновременно набрасывая дополнительную защиту на Дагу, раз уж она все равно здесь, когда его неожиданно задержали.
– Вайгар!
– Нави вцепилась
– Мне нужно с тобой поговорить!
– Позже.
– Недовольно буркнул Вайгар, пытаясь отодрать ее пальцы от своего рукава. Не хватало еще, чтобы папа опять обвинил его в легкомыслии!
– Хорошо, тогда я пойду с тобой!
– Нави взяла его под руку и всем своим видом продемонстрировала крайнюю степень решительности.
С этими бабами вечно одни неприятности!
– Тебя туда приглашали?
– Проворчал Вайгар, уже впрочем, не надеясь отделаться от нее.
– Нет, но мне наплевать!
– Хорошо!
– С угрозой в голосе сказал Вайгар, хватая под руку также и Дагу. Ее здесь точно нельзя было оставлять одну.
– Значит так! От меня не отходить! И МОЛЧАТЬ!!! Если услышу хоть слово - убью лично! Всем ясно?
Дага испуганно кивнула, а Нави глянула на него с откровенной насмешкой. Но промолчала. Уже хорошо.
Так, живописной группой, они вошли в Зал С Картой, и снова попали под обстрел светлых глаз. Что-то говоривший Сигвар замолк. Их ждали. Вернее, его.
– Ну, вот, - продолжил Сигвар, - теперь, когда Вайгар, наконец, разобрался со своими женщинами, мы можем приступать!
Вайгар мрачно глянул на него. Достали! Сигвар внял молчаливому предупреждению, и далее уже говорил только по делу. Глаза светлых Ларов отпустили Вайгара и его дам и уставились на карту, лежащую почти у них под ногами.
Эта карта являлась одной из тайн дома Лар, и возраст ее насчитывал около двух с половиной тысяч лет. Ее создали сначала для развлечения, но потом много раз усовершенствовали до тех пор, пока она не приобрела окончательный вид. Теперь она занимала огромную комнату, но места ей все равно не хватало, и Ларам, решившим воспользоваться ее возможностями, приходилось прижиматься к стенам, чтобы ненароком не раздавить какую-нибудь приграничную деревеньку.
Она показывала весь Йасиар. Весь, это значит, весь. Целиком, до последнего крестьянина, обрабатывающего свой клочок земли. До последнего длорка, спешащего выполнить распоряжение своего гайра. И до распоследней собаки, которая облаяла этого последнего длорка.
Неудивительно, что только угроза реального вторжения заставила Ларов поделиться этим сокровищем с остальными домами. Но они и тут не прогадали. Король распорядился, чтобы именно Лары исполняли роль координаторов в этой войне, от чего они, разумеется, отказываться не стали.
Сейчас карта показывала, как со стороны Нарги, по Кевенийскому перешейку, двигались регулярные войска. Если хорошо постараться, можно было даже точно определить их численность и состав. Дага же, вероятно в силу темперамента, несколько преувеличила. Строго говоря, границу они еще не перешли, и Вайгару сразу стало интересно, как именно они будут ее переходить. Сама граница на карте представляла собой слабо мерцающую веревку, натянутую по всему периметру
Лары рассматривали карту, негромко переговариваясь между собой. Сигвар был на связи с остальными домами и комментировал им сложившуюся ситуацию. Ждали одобрения короля на выступление двух объединенных армий южных провинций, усиленных поддержкой гайров, навстречу наргийцам.
Внезапно Вайгар почувствовал, что что-то не так. Он успел оглядеться и заметить, что не он один понял это, как по залу разлетелся неожиданно резкий звук. От магической отмашки сразу заныли виски, и, сквозь боль Вайгар услышал недоумевающие крики родственников.
– Вайгар, он снял границы!
– Словно сквозь пелену пробился к нему голос Нави.
– Идем, надо спешить!
Он встряхнул головой и огляделся. С карты, которая, как известно, была всего лишь магическим подобием настоящего Йасиара, действительно исчезли границы, поставленные Заргоном. Рисунок на полу сразу расширился, показывая мир далеко за пределами Йасиара, и сапоги стоящих у стен залы Ларов лизнуло море, или покрыла зелень лесов, а кое-где изображение даже заползло на стены. И сразу стало видно, что армия, приближающаяся к Йасиару со стороны Нарги - это всего лишь одна из многих, которая опередила остальные, тех, которые приближались к нему с других сторон. Лары, неизысканно матерясь, поднимали ноги и перескакивали с места на место, чтобы лучше рассмотреть численность, состав и национальную принадлежность нападающих. Вдруг среди тех, кому выпало стоять на море, раздался отчаянный крик:
– Дайкрэ! Он привел старейшего Дайкрэ!
Новость действительно была хреновая, и Вайгар уже повернулся, чтобы бежать за Нави, как вдруг заметил, что Дага медленно сползает на пол рядом с ним. Выругавшись, он перебросил ее через плечо, и выскочил из Зала С Картой.
Дага же из Ангрицев!
– Неожиданно осенило его.
– Этого следовало ожидать! Не надо было брать ее с собой!
– Подумал он, как будто она оставила ему какой-то выбор.
Следующие несколько часов в Йасиаре во всех домах гайров, а также в королевском дворце царила полная неразбериха. Ранее принятые решения спешно пересматривались с учетом новых условий, в которых оказался Йасиар. К чести Йасиара надо сказать, что с замешательством его гайры справились достаточно быстро. В доме Ларов снова закипела бурная деятельность, только Вайгар этого уже не видел. Он вообще теперь мало что видел, кроме своих прямых обязанностей. А обязанности его были таковы, что не оставляли ему ни сил, ни времени на что-либо другое.
Демоны. Они ворвались в Йасиар сразу после того, как рухнули границы, возведенные Заргоном, и закружились по стране, как черные смерчи, сметая все на своем пути. Подчиняясь Слову Заргона, а может, обладая зачатками интеллекта, они додумались до этого сами, но они нападали на воинские части, которые во множестве передвигались по всему Йасиару. И не оставляли после нападения даже обглоданных костей. Только ошметки обмундирования и искореженное оружие, которые единственно и давали представление о произошедшей в этом месте трагедии.