Непутёвый папочка
Шрифт:
— Они восхитительны. Я люблю лилии. Спасибо, Рома…
Парень склоняется надо мной. Его свежее дыхание горячим ветерком проносится по лицу.
— Можно? — спрашивает он и дотрагивается до щеки губами. Очень осторожно.
Слышится лёгкое покашливание. Рома медленно отодвигается.
— Привет, Мира, — обращается ко мне Олег. Как ты себя чувствуешь?
— Добрый день, Олег. Я хорошо себя чувствую. Спасибо, что помогли Роме решить эту проблему.
— Не стоит…
Мужчина быстрым шагом пересекает палату и замирает возле постели. Оглядывает
— Выйди на пару минут, — обращается к Роме Олег. — Хочу спросить Миру кое о чём.
Боже… Пульс начинает зашкаливать. Я нервно перебираю пальцами поверхность одеяла. Мысли мечутся хаотично в голове. Что ему надо? О чём он хочет поговорить? Я… боюсь остаться с ним наедине и страшусь наделать глупостей, о которых потом буду жалеть со страшной силой.
— Нет, — внезапно говорю я. — Пусть Рома останется. У меня… нет секретов от него.
— Вот как?
Олег изумлённо вскидывает брови. Едва заметно проводит кончиком языка по нижней губе. Крошечный жест, но меня обжигает порочным жаром от воспоминаний, как он стоял передо мной на коленях и целовал меня непростительно низко. Тело наполняется щемящим восторгом. Торнадо желания внезапно охватывает каждую клеточку тела и скользит вниз.
Это сумасшествие какое-то! Я цепляюсь за пальцы Ромы, стискивая их. Ищу в нём опору. Прямым взглядом умоляю Олега не вываливать Роме на голову порочную правду о том, что было между нами.
— Хорошо… — едва заметно кивает головой отец Ромы. Прикрывает на мгновение глаза, потом смотрит на меня взглядом, почти ничего не выражающим. В его глазах снова появляется то самое нечитаемое выражение, как в самом начале, когда мы только познакомились.
— Как это произошло?
— Я отвлёкся и…
— Я спрашиваю не тебя, а Миру, — перебивает Олег, глядя при этом только на меня. — Как это случилось?
— Рома отошёл к приятелям. А я неосторожно выпила предложенный сок, не подумав, что мне могут подсыпать что-то. Это была случайность. Рома не виноват…
— Да неужели? — усмехается Олег. Его лицо становится похожим на каменный монолит. — С тобой раньше случалось подобное?
— О чём вы? — хмурюсь я. Чувствую себя словно на допросе. Догадка озаряет меня. — Боже, нет! Я никогда не употребляла ничего подобного, даже не курила! Это впервые…
— Вот видишь, Рома, во что ты втягиваешь девчонку? Твои тусовки не для неё! — жёстко заявляет Олег. — Ты мог лишиться не только ребёнка.
— Па…
— Ты понимаешь степень риска? — Олег почти не даёт вставить Роме ни одного слова.
— Понимаю. Больше этого не повторится. Обещаю! — в очередной раз говорит Рома.
Кажется, на протяжении последних суток он только и делает, что пытается убедить отца в этом. Олег защищает меня не как отец моего парня, но как мужчина, хоть и не показывает этого явно.
— Семейная жизнь, Рома, это немного не про тусовки с наркотиками. Если ты готов к семейной жизни. Взглянув со стороны, я не вижу,
— Ха… Очень умно говорить о семейной жизни. Или ты у нас примерный семьянин, папа? Я тебя до пятнадцати лет видел только разве что по праздникам, — усмехается Рома, чуть наклонив голову вперёд.
— Это никак не касается того, что ты вытворяешь сейчас.
— Может быть, я пошёл весь в тебя, а? — Рома стискивает мои пальцы изо всех сил, едва не расплющивая их. — Давай не будем спорить о том, хорош я или плох. Я прекрасно понимаю, что облажался, но намерен это исправить.
— Каким образом? — уточняет Олег, скрещивая руки под грудью.
— Как только Мира поправится, всё изменится. В лучшую сторону. Сам увидишь.
— Я хочу знать, КАК именно всё изменится! Отвечай или…
— Или что? — с вызовом бросает Рома. — Лишишь меня всего, как угрожал?
О чём он говорит? Похоже, мне есть о чём спросить Рому? Неужели это Олег заставлял Рому заботиться обо мне и ребёнке?! Но если так, почему он сам оказывал мне знаки внимания? Что хочет этот мужчина? У меня просто голова кругом. Похоже, Олегу просто нравится брать запретное…
— Валяй! — кипятится Рома. — Отбирай у меня всё! Вот только дело не в деньгах, папа! Я хочу этого ребёнка… Сначала не понимал, с чем придётся иметь дело, но теперь хочу.
— Ты хочешь? Ты эгоист. Думаешь только о себе, — цедит сквозь зубы Олег. — Ты ни на секунду не задумался ни о Мире, ни о её ребёнке.
— Это и мой ребёнок!
— Да? — усмехается Олег. — Но ты ведёшь себя так, словно это проблема. И проблема не твоя…
— Ты ошибаешься, па. Просто я не могу так быстро настроиться на другой ритм жизни. Мне сложно перечеркнуть всё одним махом. Да, иногда случаются осечки. Но я хочу быть с Мирой и постараюсь, чтобы ошибок больше не было, — чуть спокойнее говорит Рома. Но он всё ещё напряжён.
— Меняйся или вся жизнь пролетит мимо тебя!
— Олег, спасибо вам за заботу, — решаю вмешаться, пока не стало слишком жарко. — Я хочу побыть с Ромой наедине. Мне нужно спросить у него кое-что.
В дверь палаты стучат.
— Можно?
Мы втроём переводим взгляды на дверь. Я едва не вою от отчаяния. В палату с гордым видом заходит мама Ромы. Она бросает на меня всего один взгляд.
Но я сразу же понимаю, что сломанный нос Ромы кажется для неё вселенской катастрофой. И причина этой катастрофы — я.
Глава 28 Олег
Вот только Оли нам не хватает для полного счастья!
— Рома, тебе нужно показаться врачу, — обеспокоенно говорит Оля, поворачивая лицо сына из стороны в сторону.
— Я уже был у врача. Ничего серьёзного.
— Сломанный нос — это, по-твоему, ничего серьёзного? — ужасается Оля.
— Мама, тебе нельзя переживать. Это не смертельно… — морщится Рома. — Нет причин для беспокойства.
О Роме Оля справляется с куда большей заботой, чем о Мире. Для меня остаётся загадкой, кто сообщил Оле о том, что Мира находится в больнице.