Неприличные
Шрифт:
А не надо бы. Хотя голос ведь все равно выдает, где болит.
– Кровь была? – продолжает допрос Тоник.
– Не помню. Я была растеряна, случившееся очень ударило по самооценке… Может, нелепо открываться тебе…
– Нелепо поступил тот парень, Ками, – обрывает Евгений. – Сейчас все сделаем красиво, девочка, – произносит он с какой-то особенной нежностью и целует в губы.
6 глава
Секс – последнее, из-за чего стоит терять голову. Но как ее не потерять?
С каждой новой секундой накал между
Пальцы Жени задерживаются у входа, он толкается одним, затем подключает второй. Что-то неразборчиво шепчет мне в губы, чем безумно заводит и одновременно смущает. Но смущение какое-то неправильное. Не Евгения стесняюсь, а себя, ведь впервые в жизни ощущаю такое желание, когда невозможно себя контролировать. Грязные фантазии, которых у меня отродясь не было, появившись, оживают, становятся реальностью. И даже срываются с языка.
– Сзади тоже хочу тоже попробовать… – Щеки обдает жаром, когда произношу это.
– Анал? – удивляется Тоник.
– Нет, позу…
– Всякие попробуем, Ками, – дерзко лыбится он.
Я ничего не знаю об этом парне, кроме того, что он до одури горяч, но заочно ревную его ко всем подружкам, с которыми он так же проводит время.
Головка члена касается промежности. Женя медленно входит.
– Тугая, пиздец… – хрипло произносит он.
Я испытываю какой-то запредельный кайф, особенно когда наши глаза встречаются. По телу бежит электрический разряд от того, как Евгений смотрит.
– Ками?
А как имя мое произносит… К светлячкам внутри, которые собрались в сердечко, подключается еще одна группа и рисует второе.
– Больно?
– Немного дискомфортно, но не больно. Мысль, что ты остановишься, смерти подобна…
Женя опять улыбается. Когда он полностью оказывается внутри, я достигаю пика эмоций. Они переполняют, и кажется, самооценка немного восстанавливается после неудачного первого раза. Если его вообще таковым можно назвать. Лично я буду думать, что лишилась девственности сегодня, прямо сейчас. С Тоником. Симпатичным парнем из бара, который заступился за меня, не побоявшись получить в челюсть.
С самооценкой и вправду все плохо. Если я так каждому, кто заступится, буду давать направо и налево…
– Ками? – Женя обхватывает мое лицо рукой, сдавливая скулы. – Все хорошо?
Он не двигается, словно дает привыкнуть к своему размеру и этой чрезмерной наполненности.
Все не просто хорошо – все офигенно. Я бы даже сказала, идеально, будь это мой постоянный партнер.
Киваю и расслабляюсь. В то же мгновение ловлю от Тоника упругий толчок и не могу сдержать протяжного стона. Как же это приятно, боже…
В какой-то момент до затуманенного желанием мозга доходит, что я не одна подвываю – Симон вторит. Это очень ржачно со стороны. Мы с Тоником смеемся, и он, схватив подушку с дивана, пуляет ею в кота. Тот недовольно фырчит и уходит.
Без
Женя ритмично двигается, задевая какие-то чувствительные точки. Кажется, я медленно теряю рассудок и вот-вот слечу с катушек от невозможного удовольствия. Когда наступает его пик, изнутри словно рвет на кусочки и душа отделяется от тела. Я и в реальности, и одновременно непонятно где, где-то в другом измерении. Это самое лучшее, что происходило со мной за последнее время, а может, вообще за всю жизнь.
– Ками, – долетает словно издалека голос Евгения, и я различаю его учащенное, тяжелое дыхание.
В промежности пульсирует, сердце бьется как сумасшедшее.
– Ты как? – Он целует в висок и вглядывается в меня.
– Восхитительно, – шепчу. – Потрясающе… – не скуплюсь на эмоции.
– Сейчас презерватив сменю и повторим. Сзади ты хотела?
– По-всякому. Если будет так же классно, как только что, можешь делать это со мной всю ночь…
Женя смеется. Наклонившись к лицу, он убирает влажную прядь волос мне за ухо и выдыхает прямо в рот:
– Опасное предложение, Ками. Коту и тебе можем голос так сорвать. Кстати, это точно кот? Больше на собаку похож.
Он слегка прикусывает мою губу, снова заигрывая и распаляя.
– Отчасти так и есть. Я забрала его из приюта. Приехала выбрать собачку, а там он сидит… Я же говорила, что Симон немного странноватый: он вырос среди собак.
Матрас пружинит, Евгений поднимается с кровати и идет в ванную сменить презерватив. Возвращается через пару минут.
– Сюрприз этого вечера, – кивает на пятно подо мной. – Презерватив тоже был в крови.
Хочется сгореть от стыда. Впрочем, краснеть надо Костику, а не мне. Со мной, как оказалось, все более чем в порядке. Умирать от желания и кончать, теряя связь с реальностью, вполне умею и никакая не дефектная. Но немного неприличная, не без этого.
Замутить с барменом из ресторана и дать ему через час после знакомства – явно тянет на безумие с моей стороны. Зато как же это было приятно, крышесносно и незабываемо… Бабочки и светлячки никак не хотят расходиться – требуют немедленного продолжения.
– На живот ложись, – командует Тоник.
Снова прихожу в трепет, как и скопище живности у меня внутри, и предвкушаю, что сейчас переживу те же самые ощущения, что и пять минут назад.
В этот раз эмоции куда сильнее, они словно идут по нарастающей. Возможно, завтра придется отменить все дела: не уверена, что смогу после этого стоять на ногах. Да и вообще шевелить губами, зацелованными Джин-тоником.
7 глава
Наутро просыпаюсь в своей постели одна, и первое, что чувствую, – дискомфорт между ног. Немного болит голова. Ну и губы будто не мои. Да, впрочем, как и я вся. Половина светлячков и бабочек валяются бездыханными, сердце уже никто не рисует.