Непоседа
Шрифт:
Наконец распрощался и ушел Сутар — за дверями шута ждали двое слуг. Стал неохотно собираться и Адрон. Почему-то он счел своим долгом еще раз поговорить с Триксом, пообещать ему всяческую поддержку и рассказать про то, что он хочет вернуться в королевство, вот только сомневается, возможно ли питаться едой, которую там выращивают, не убьют ли шутки ради стражники и остались ли под владычеством Маркеля хоть какие-то академии, где он сможет работать. Трикс как мог попытался развеять его опасения, но Адрон, продолжая рассказывать о своих планах вернуться на родину, одновременно качал головой,
— Странный он какой-то, — сказал Иен, когда они отправились спать. Для Иена в комнатку Трикса притащили набитый соломой матрас и еще одно одеяло. — Если ему тут нравится, то зачем он говорит, что хочет вернуться? А если не нравится, то почему не возвращается?
— Он слишком долго здесь прожил, — сказала Аннет, присев на подсвечник. В глазах ее поблескивали языки пламени. — Когда-то испугался тягот и трудностей, решил пересидеть их в Самаршане. Потом долго и горько пытался устроиться здесь. А если он сейчас вернется, то будет считать, что зря потратил пятнадцать лет своей жизни.
— Но ведь он и впрямь их зря потратил? — спросил Трикс. — Или нет?
Фея тихонько засмеялась.
— Все-таки ты совсем еще глупый мальчишка… Знаешь, иногда мужчина и женщина, прожив вместе много лет, решают расстаться. Они расстаются, находят новую любовь и живут счастливо. Но при этом постоянно повторяют: «Я зря потратил драгоценные годы своей жизни…» Это смешно. Ведь это были хорошие годы. Это была жизнь. И вовсе не факт, что с другим человеком они прожили бы эту жизнь лучше. Можно расстаться, можно сойтись… Можно уехать, можно вернуться… Но только тот и в самом деле теряет кусок своей жизни, кто говорит — «годы были прожиты зря». Жизнь не зря, мальчики. Какая бы они ни была — человек живет не зря… — Аннет вздохнула. — И фея — тоже.
— Нет, я так жить не собираюсь, — твердо сказал Трикс. — Я женюсь на Тиане. И разводиться с ней не буду. И заниматься тем, чем не хочу, не стану. И жить там, где не нравится — тоже. Я так буду жить, чтобы сразу все хорошо получилось.
— Я тоже! — пылко сказал Иен. — Я, может, не сразу понял, кем хочу стать. Я бы магом хотел стать, только способностей нет. Но теперь понял — рыцарство моя стезя! Тем более я уже совсем благородный!
Фея улыбнулась и пожала плечами.
— Возможно. Иногда такое и впрямь получается. Это очень здорово, если у вас все сразу в жизни получится, ребята… Погасить свет?
— Угу, — сказал Трикс. — А ты где ляжешь?
— Луна, — просто ответила фея. — Я потанцую немного в лунном свете. Поищу местных фей… странно как-то, все цветет, а фей не видно… Спокойной ночи.
Она взмахнула крылышками, погасив свечу, и светлым силуэтом выпорхнула в окно.
— Надо мне что-то с ней делать, — озабоченно пробормотал Трикс. — Вся эта местная самаршанская растительность… для нее это слишком сильно.
— Трикс… — позвал с пола Иен.
— Ну?
— Ты не переживай за перстень. Я его обязательно тебе верну. Я даже придумал как.
— Да ладно тебе… — сонно сказал Трикс. — Совершу подвиг — мне Маркель еще подарит…
— Нет, я верну, — упрямо повторил Иен. — Всенепременно. Я же теперь благородный человек, почти рыцарь. А рыцарь не оставляет зло безнаказанным.
Но Трикс уже спал.
Драконов в Дахриан прилетело и впрямь немало. Наверное, это были все самаршанские драконы, а их здесь водилось куда больше, чем во всем остальном мире.
Трикс и Иен, разинув рты, стояли на городской стене и смотрели вниз. Там, на месте бывшего пастбища, неторопливо прогуливались, спрятав голову под крыло, дремали, о чем-то оживленно беседовали и скучающе поглядывали на людей драконы. Были они всех цветов радуги и даже больше — красные и оранжевые, желтые и зеленые, голубые и синие, фиолетовые и белые. Особняком держались несколько черных, самых крупных и горделивых. У самых мелких драконов расцветка вообще могла сложной — к примеру, хвост синий, туловище красное, а голова белая.
Народа на стене толпилось немало. Всем жителям хотелось посмотреть на драконов и желательно из безопасного места. Разумеется, было бы не в натуре самаршанцев оставить просмотр на самотек. У ворот, ведущих на стену, выставили стражников, которые взимали с каждого зеваки по медной монете. Зато смотреть можно было сколько угодно, хоть с утра до вечера.
— И где твой дракон? — спросил Иен.
— Он не мой, — поправил Трикс. — Он просто знакомый.
— И где твой знакомый дракон?
Трикс пожал плечами. Он не видел ни Элина Мумрика, ни его строгого папу Зуа Хамида, ни остальных членов драконьей семьи.
— Где-то тут, — неопределенно сказал Трикс. — Они оранжевые… Один большой, другой маленький. И еще дракониха, желтая…
Им, конечно, стоило взять с собой фею. Но после ночных танцев при луне Аннет была не в духе, просыпалась плохо и ребята в итоге решили идти без нее.
— Тут полно и оранжевых, и желтых, — сказал Иен, склоняясь над стеной. У самых крупных драконов, когда они стояли, голова была выше, чем городская стена. Некоторые этим пользовались, разглядывая людей совершенно бесцеремонно… впрочем, как и люди — драконов. — Придется туда идти… Фу, как воняет!
— Они же разумные, — удивился Трикс, принюхиваясь. — Думаю, они по своим делам куда-то уходят…
— Да нет, просто драконами воняет. Чувствуешь? Такой горьковатый запах… и немножко как тухлыми яйцами.
Трикс кивнул и ответил дипломатично:
— Пахнет немножко. Слушай, Иен, а ты их совсем не боишься?
— Я же будущий рыцарь! — удивился Иен. — А рыцарь драконов бояться не должен. Вот если бы я был простым мальчишкой, твоим слугой, к примеру, то я бы от страха глаза закрыл. А рыцарю бояться неуместно!
— Как-то странно у вас, — признался Трикс. — Я вот все равно побаиваюсь, хоть вроде с ними и задружился, и летал на одном…
— Летал? — восхитился Иен.
— Тс-с! Об этом не принято говорить, драконы этого стесняются!
— А я бы с удовольствием… воспарил! — сказал Иен искренне.
Трикс с сомнением посмотрел на него. Потом сказал:
— Тогда пошли…
К драконам их выпустили без спора. Похоже, самаршанские стражники уже соскучились охранять ворота, выходящие по ту сторону стены, и два смелых подростка показались им достойным объектом для наблюдения. Только один стражник попросил: