Неполоманная жизнь

Гордиенко Александр Николаевич

– Спасибо вам, Саша, вы подарили мне нечто большее.

– Я люблю белый цвет… чистый. Символ искренности и честности.

– Саша…

– Все, Маша. Я спешу. Извините меня, у меня больше нет времени…

– Саша!!!

– Да!

– Спасибо вам, Саша.

– Да ладно вам… Маша, у меня к вам единственная просьба – если вы еще попадете в аналогичную ситуацию, постарайтесь иметь в резерве дней пять – семь по времени.

– Зачем?

– У меня больше ничего нет. Ну, а чтобы продать квартиру, машину или, – Железнов улыбнулся, – ограбить банк, меньше чем за неделю не управишься.

– Саша, вы это серьёзно? Вы действительно готовы пойти на это ради меня?

– Ограбить банк?

– Саша!

Я серьёзно!

– А вы проверьте, – с лица Железнова слетела улыбка. – Как говорили философы от материализма: «Практика – критерий истины». Всё, Маша, я побежал. Удачи вам.

Железнов развернулся и, не оборачиваясь, двинулся вниз по Тверской, где ему с большим трудом удалось втиснуть машину возле какого-то пивного бара с немецким названием.

Маша смотрела вслед Железнову до тех пор, пока он не растворился в толпе. Ею овладело какое-то странное состояние, главным в котором было ощущение защищенности… опоры и защищенности. Впервые в жизни она встретила человека, готового вот так, просто так, отдать ей всё, что у него есть.

*** (3)(5) Преступление

Незадолго до финальной игры

Диалог неизвестных (2)

– Елена Николаевна, я пригласил вас для того, чтобы задать один очень простой, но очень важный вопрос: «Что вы себе думаете?» – Сергей Тимофеевич Малинин, начальник управления по связям с общественностью, крупный мужчина «в самом расцвете сил», владелец одной из самых располагающих улыбок холдинга выскользнул из своего безумно дорого обволакивающего кресла, прихватил по пути пепельницу, обошел Т-образный стол и уселся напротив посетительницы.

– Так что вы думаете, Елена Николаевна?

– Вы о чем, Сергей Тимофеевич, – Елена Николаевна достала пачку очень дорогих сигарет, изящную зажигалку, приобретенную на одном из аукционов Альбиона, глубоко затянулась, – ваша уважаемая секретарша…

– Помощник-референт…

– Хорошо… пусть будет референт-помощница, ничего другого, кроме того, что вы срочно хотели бы видеть меня, не удосужилась мне сообщить. Думаю я о многих вещах… Думаю, например, о том, Сергей Тимофеевич, когда же вы все-таки решитесь пригласить меня куда-нибудь провести вместе вечер? Или это не входит в ваши планы? – Елена была абсолютно уверена в своей неотразимости – яркая блондинка, выглядела лет на десять моложе своего возраста. Знающие люди из числа «подруг» поговаривали, что сей эффект достигался за сумму, приблизительно равную годовому бюджету небольшого городка районного масштаба.

– Входит, Лена, это входит в мои планы. Но об этом – потом. Вы у нас – главный специалист по рекламе. Опять же, вы понимаете, что будем мы усиливать продвижение нашего бренда, не будем – пока это не столь существенно с точки зрения нашего бизнеса. Газ нужен всем и всегда. Без всякой рекламы. Это понимают все грамотные люди. И мы – монополисты, чтобы там ни говорили. Поэтому, сейчас речь идет о нашем имидже. Рано или поздно должна состояться финальная игра «Мисс ТВ-Россия»…

– Вот ты о чем?

– Мы уже на «ты»?

– Так ты же меня практически пригласил, то бишь – соблазнил, к чему ломать комедию?

– Лена, это от нас не уйдет. Вопрос очень важный – участвовать или нет Ольге в конкурсе? После того как она выиграла одну из 32-х игр и прошла в финал, мы стали активно размещать ее на обложках журналов… рекламные ролики, сотни интервью… Я согласен, все это позитивно сказывается на имидже нашей компании. А теперь финал. Тридцать две победительницы сезонных игр схлестнутся в финале. Тридцать две красавицы. Ты уверена, что Ольга выиграет?!. А если проиграет?!. Ты представляешь, сколько злобных усмешек это вызовет? Мы всегда и везде должны быть первыми!

Лучшими!

Нам нельзя давать поводы усомниться в том, что мы лидеры во всем.

– А мы и не дадим.

– Каким образом?

– Существуют различные способы.

– Что ты имеешь в виду? – услышав это очередное «ты», Елена Николаевна почувствовала, что задача практически решена – вначале она сведет его с ума, потом «загонит в угол», а потом… потом она его вышвырнет и займет его место, которое станет новым трамплином в ее карьере.

– Я имею в виду, что поставленную цель – быть лидером во всем – можно достигать по-разному. Первоначально мы переложим задачу ее достижения на обворожительные плечики Ольги – я ей скажу, что если она не выиграет финальную игру и не станет «Мисс ТВ-Россия», мы будем вынуждены расторгнуть с ней контракт и заключить его с той, кто сумеет это сделать.

Ольга – девочка сообразительная… И очень захочет остаться на завоеванных ею позициях. Конечно же, мы ей поможем, чем сможем. Она будет обеспечена той командой специалистов, какой не будет ни у одной из других участниц финала.

– А с другой стороны? Ты сказала, что это – с одной стороны. Так что – с другой?

– А с другой, дорогой мой Сережа, с другой стороны мы накануне финала разместим ряд публикаций в очень известных изданиях, что Ольге уже неинтересно быть «обычной дворянкой, а хочет она быть царицею…», то есть, что Ольге уже неинтересно быть просто лицом компании, что она хочет себя попробовать… ну, например… в кинематографе… хочет развиваться и совершенствоваться. Ну, и так далее…

– А если она не захочет давать подобные интервью?

Елена иронично посмотрела на Сергея Тимофеевича:

– Захочет! – отрезала она. – А не захочет – отключим газ и воду.

– В каком смысле? – Сергей Тимофеевич явно не понял последней мысли Елены.

– В переносном, Сережа, в переносном. Классику надо знать. Мы с тобой с этого и начнем – пригласи меня в театр, я скажу тебе – в какой…

*** (1)(12) Маша

Офис телекомпании

За 8 месяцев и 27 дней до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится».

Пятница. 17:47. Кабинет финансового директора телекомпании

Железнов уже минут пять занимался «совещательным рисованием»: правильной формы круг – к нему четыре касательных, между каждой парой касательных опять вписывал круг, к которому проводил ещё две касательных, помимо имеющихся… В общем, при желании, процесс мог быть бесконечным… или конечным, до тех пор, пока Фюрер на закончит разговаривать по телефону. Железнов уже давно привык к этому: к тому, что финансовый директор телекомпании не менее четырех – пяти раз в день приглашал его к себе в кабинет (благо – недалеко, метров двадцать) для выяснения «почём ныне овёс» – просил прокомментировать сметы, отдельные пункты договоров, целесообразность графика оплаты по новому сериалу и т. д. и т. д. И – к тому, что практически каждая такая встреча хоть раз, но прерывалась телефонным звонком. Поначалу Железнов к звонкам относился с раздражением – «Почему тот, кто звонит по телефону, получает приоритет перед живым общением, и почему он должен тратить свое время, которого как всегда не хватает на выслушивание проблем (Фюрер коротко говорить не умел), к которым он, Железнов, отношения не имеет». Но… Но со временем Железнов понял, что это – практически единственная слабость его непосредственного начальника – неумение быстро «закруглить» разговор. Во всем остальном, что касалось профессионализма, человеческой и деловой порядочности, глубины мышления Фюрер выглядел в Сашкиных глазах на высоте, что и примиряло его с некоторыми нефункциональными потерями времени.