Непобедимый Олаф
Шрифт:
Суровые викинги радовались, как дети, при виде такой диковинки. Они даже изъявили желание ополоснуться, что в походе вообще было вещью немыслимой. Кака Яма же пожал плечами, не разделяя их восторгов. В его стране море всегда было таким и даже иногда цвело от жары, но он с удовольствием последовал за северянами, ибо никогда не упускал возможности помыться.
Значительно посвежевшие, путники пошли дальше, держась берега моря. Они двигались так довольно долго и уже начали уставать. Тропа была прямой и поразительно однообразной. Горы справа
Олаф обернулся, услышав позади приглушенное щебетание Кака Ямы.
Всегда поразительно спокойный чужеземец отчаянно жестикулировал, указывая руками вверх.
Торкланд поднял голову и застыл. Гора вновь приобрела знакомые очертания, выпятившись уже знакомыми скалами и валунами. Друзья двигались по кругу.
Хэймлет отчаянно плюхнулся на землю.
– Можете присаживаться,- любезно разрешил товарищам датский принц,- я предлагаю поиски продолжить завтра, если оно здесь вообще существует. Похоже, что если в Ирии царствует вечный день, то в этих забытых Одином краях всегда ночь. А сейчас я предпочел бы выспаться.
– Я не против,- согласился Торкланд.- Хотя жаль, конечно, что нечем промочить горло,- добавил он, выискивая камень помягче себе под голову.
Кака Яма, видимо разделяя общее мнение, не стал тратить время на разговоры, а просто лег там, где стоял, и тут же заснул.
– Я все никак не могу привыкнуть к этому малому,- зевая, проворчал Олаф,лег на камни, как на перину, и сразу же вырубился. Только посмотри, Хэймлет, какой булыжник торчит из-под его ребер. А ему хоть бы что.
Но конунг слышал слова товарища уже в полудреме.
Хэймлет проснулся оттого, что кто-то дергал его за палец. Он тихонечко приоткрыл один глаз.
Маленький человечек, стоя на четвереньках, кряхтя от усердия пытался стянуть фамильный перстень с его пальца. Человечек весь покраснел от натуги, по его уродливому лицу так и стекали капли вонючего пота. Глупый, он не знал, что в одной из битв у Хэймлета была раздроблена фаланга как раз того пальца, на котором сидел перстень, и теперь его невозможно было снять вообще.
Датчанин осторожно подобрал вторую руку и, изловчившись, схватил цверга за шиворот.
– Ах ты, крыса подгорная, вор могильный,- отчитывал конунг барахтающееся в его руке существо.
– Только не бей меня, я тебе все скажу!
– пропищал цверг, осознав всю тщетность своих попыток вырваться из железной хватки викинга.
– Ну, говори, пока я не открутил тебе голову.- И датчанин попытался скорчить угрожающую физиономию.
Он поставил карлика на землю, но пальцы сжал еще крепче.
– А что ты мне подаришь, если я открою тебе секрет? Хэймлета аж перекосило от подобной наглости. Видимо, выражение его лица стало действительно угрожающим, потому что воришка тут же принялся оправдываться:
– Не сердись, пожалуйста, я ведь не хочу ничего лишнего, всего лишь плату за проход по моему царству.
– Так эта
Все легенды про этих маленьких жадных человечков гласили о том, что любимым развлечением горных уродцев было морочить путников иллюзиями и водить их годами вокруг одного и того же места. Выбившись из сил, идя по бесконечному пляжу, друзья вполне, могли двигаться вокруг какого-нибудь камня.
– Может, это и твое царство,- вступил Хэймлет в дискуссию с гномом,- но сейчас я поймал тебя как обычного вора, и поэтому мы квиты. Давай снимай свои чары.
– Нет, ничего я не крал, я только хотел взять причитающееся мне,- не уступал местный владыка.
У молодого конунга возникло желание сейчас же вышибить карлику мозги. Но он знал, что от этого колдовство не исчерпает свою силу. А наследник мелкого монарха, видя участь своего предшественника, так легко в руки не дастся.
– Дело в том,-сдался викинг,- что я не могу дать тебе этот перстень, так как для этого мне придется отрезать себе палец. Сам понимаешь, я лучше разобью тебе голову. Но я могу дать тебе прекрасную замену, во всяком случае, там золота будет раз в несколько больше.- Он залез свободной рукой под тунику и извлек оттуда массивную цепь с увесистым крестом.
Этот трофей достался Хэймлету, когда они взяли одну из крепостей христианских колдунов, под названием "Аббатство святого Мартина". А цепь с крестом его хирдманы сняли с шеи предводителя всех колдунов - епископа. И отдали Хэймлету, чтобы колдовская сила от поверженного вождя христиан перешла к их конунгу. Но Хэймлет, сколько ни таскал эту побрякушку, ни разу не почувствовал ее действия, поэтому без сожаления отдавал крест цвергу.
– Не намного тут и больше золота,- скептически проговорил гном,подбрасывая драгоценность на руке. Однако в маленьких глазках загорелся алчный огонек.
– Ладно, ты свое получил, теперь давай делай дело,- настаивал Хэймлет.
– Свободная птица не поет в клетке, даже в золотой! Сначала отпусти меня,гордо заявил цверг.
– Ну, вот это уж дудки. Наслышан я о вашем брате. Хоть лично и первый раз встречаюсь, но ты ведешь себя точно как в сагах сказано. Отпущу - только тебя и видели.- И он перехватил карлика за шею, при этом слегка стиснув кисть.
– Ой! Ой! Осторожнее, варвар!
– застонал гном.- На, возьми, только брось шею.
Гномий монарх извлек из кармана маленький клочок пергамента и протянул Хэймлету Конунг развернул его.
Датчанин был очень грамотным человеком. Он умел не только считать, но, как и полагалось наследнику трона, знал руны, хотя мог прочитать далеко не все комбинации этих замысловатых значков. В данном случае рунический рисунок абсолютно ничего не говорил принцу.
– Ну, и что мне с этим делать?
– тряхнул он карлика.- Рассказывай сам, что на пергаменте написано. Темновато. здесь, чтобы читать,- выкрутился Хэймлет, скрывая свою недоученность.