Непобедимый Олаф
Шрифт:
– Ну и на том спасибо,- ответил Олаф,- веди нас к выходу, если он здесь есть, раз ты так хорошо видишь в темноте.
Викинги встали в цепочку, положив руки друг другу на плечи. Они пошли вслед за Чипи, возглавляющим процессию. Такой способ хоть и был очень неудобен, но никто не смог предложить ничего лучшего.
Торкланд попытался считать шаги, однако его знания арифметики быстро исчерпались.
– Эй, Кабни, считай шаги!
– крикнул он советнику.
– Я это делаю с самого начала, мой король,- ответил тот.
Действительно,
Олаф задумался, передвигать ноги в полном мраке было утомительно, его раздражало то, что он, могучий воин, сейчас полностью зависит от какого-то маленького уродца. Наконец он не выдержал.
– Сигурд, держись за Чипи,- повернулся Торкланд к следовавшему за ним ярлу,- я и сам смогу идти.
Конунг сделал шаг в сторону, уступая свое место Трюфальду, и уверенно шагнул вперед.
Раздался предостерегающий вскрик маленького пикта но Торкланд его уже не услышал. Нога конунга не нашла опоры, и он, не удержав равновесия, рухнул в какую-то яму.
Стены колодца были не отвесные, а расположенные чуть-чуть под наклоном, поэтому он не полетел вниз, а заскользил под уклон, оглашая руганью своды пещеры.
– Ах вы, вонючие обезьяны, помет бешеных йотунов, наковыряли здесь дыр, не пройти доброму человеку, грязные пожиратели деревьев!
– донеслось до викингов откуда-то снизу. Потом все затихло.
Олаф, получив немало шишек и изрядно порвав на спине кольчугу, наконец очутился на дне колодца. Первое, что бросилось ему в глаза, когда он закончил ругаться и обратил свое внимание на окружающий мир, было голубое свечение где-то в конце коридора.
"Ну, это уже что-то",- подумал Торкланд и, поднявшись, осторожно пошел вперед, постоянно ощупывая руками стену.
Проход был совсем узким, так что до обеих стенок было легко дотянуться, не особо вытягивая руки.
С каждым шагом свечение приближалось, затем коридор круто повернул вправо, и Торкланда, вышедшего из темноты, просто ослепил призрачно-божественный свет, исходящий из центра большого зала. Ощущение нереальности усилилось, когда от стены отделилась до боли знакомая фигура и двинулась в направлении конунга.
– Эй, Хэймлет, если мы уже не в Мидгарде, то тогда скажи, на каком мы свете. А если ты призрак, то лучше не подходи ко мне,- выдавил из себя пораженный Олаф, обнажая меч.
– Слушай, ты, рыжая борода, что ты при виде меня каждый раз хватаешься за оружие, словно псих какой-то? Неужели я и вправду похож на покойника? ответило существо голосом датского конунга.
Олаф облегченно вздохнул, фигура отбрасывала тень, это был действительно Хэймлет, живой и невредимый.
– А мы тебя уже похоронили.-Олаф обрадованно стукнул товарища по плечу.
Радость друга оказалась действительно сильной, и Хэймлет отлетел к стене огромной залы.
– Сейчас ты меня точно
– Ладно, Хэймлет, не строй из себя неженку, скажи лучше, куда это мы попали и можем ли выбраться отсюда?
– Выбраться, говоришь?
– переспросил Хэймлет.- Без сомнения, пошли.
Он направился в другой конец помещения, обходя испускающий сияние предмет.
– Хэймль, дружище, раз уж ты тут освоился, то объясни мне, что это за штука светится, посреди комнаты? На очередную пакость ужвутов она не похожа, слишком красива и, по-моему, безобидна.
– Я знаю об этой вещице не более твоего, хоть и провел в этой гробнице какое-то время. Когда мы шли с Локкинсоном по галерее и из темноты высветилась морда чудовища, я от неожиданности оступился и упал. Тут я понял, что встать уже не успею, но я помнил о колодце, который только-только обошел, и прыгнул в него чуть ли не вниз головой как раз вовремя, чтобы не быть раздавленным этой мерзкой тушей. Вот так я оказался здесь. Я обследовал этот коридор и нашел выход, но, уверяю тебя, Олаф, ты предпочтешь сдохнуть с голоду, чем воспользоваться им.
Викинги тем временем обошли ползала, и Хэймлет указал другу ход в противоположной стене. Здесь было еще светлей и заметно потеплело. Спина Олафа покрылась потом.
Чем дальше товарищи шли по этому коридору, тем больше голубоватое свечение сменялось оранжевым, жара уже стала невыносимой.
– Слушай, дядюшка Хэймлет, уж не в Муспелльсхейм ли ты меня ведешь? поинтересовался Торкланд, выжимая из бороды пот.
– Вполне возможно,- ответил датчанин.- Во всяком случае, то, что ты сейчас увидишь, ничем от него не отличается.
Коридор неожиданно кончился, и викинги оказались на краю карниза, сверху был каменный свод, а где-то очень далеко внизу расстилалось безбрежное море огня.
– Да, Хэймль, пошли обратно, этот выход явно не для нас, я думаю, нам стоит отсюда срочно убираться, пока кольчуга на мне еще не совсем расплавилась.
Люди уже собрались уходить, когда их внимание привлекла яркая вспышка, затмившая огненное море. Она не погасла, а, обратившись в слепящий шар, стала быстро подниматься к карнизу, на котором стояли друзья, по пути тускнея и приобретая форму человеческой фигуры.
– Это еще что за явление?
– пробурчал Торкланд.
– Кто бы он ни был, а терять нам все равно нечего, - резонно заметил Хэймлет.
Тем временем шар окончательно приобрел человеческий вид и опустился на карниз в образе хорошо знакомого обоим викингам аса.
– О, вы здесь оба!
– довольно воскликнул Локи.- Вы славно поработали, и я на этот раз сдержу свое обещание, хотя это вовсе не в моих правилах,разоткровенничался Великий.- Осталось немного - вытащить вот тот синий кристалл на карниз, и побыстрее, пока оставшиеся ужвуты не добрались сюда. Они очень дорожат этим камушком.