Непобедимое Солнце

Skyrider

Принц проделывал операцию с водой и простынями ещё несколько раз. И каждый раз Щенок отвечал одно и то же. Но крики постепенно становились все тише и тише. И когда Принц явился с четвертой порцией воды и простыней, они стихли окончательно. Дверь отворилась, показался качающийся от усталости Щенок. А мгновение спустя раздался оглушительный детский визг, а за ним не менее пронзительный голосок Котенка:

– Щенок, быстро сюда, а кто пуповину резать будет? Ну что ты за помощник такой! Неумеха длинноухая! Быстро!!!

Щенок, испуганно схватив ведра, скрылся за дверью опять, а вскоре пронзительный крик малыша прекратился и наступила тишина.

Принц

сидел на полу, дрожа всем телом, весь мокрый от пота, обхватив руками голову, словно боясь, что она вот-вот скатиться у него с плеч прямо на пол.

Наконец, из-за двери показался Котенок. Крови на нем уже не было - видимо, успел уже умыться. Правда, серая шерстка его промокла насквозь, а сам он шатался от усталости.

– У-уф!!! Устал...
– тихим голосом сказал Котенок, проводя лапкой по лбу.

– Как она?
– с тревогой спросил Принц.

– Все хорошо... Мальчик... Сейчас кормит его, Щенок следит... Ослабла правда очень, едва дышит... Таких тяжелых родов не припомню за всю свою жизнь... Едва дух не испустила...

– Когда я могу попасть к ней?

– Не сегодня, это точно. Ей нужен покой...
– строго сказал Котенок, но не успел он договорить, как из комнаты вышел Щенок и, смущенно переминаясь с лапки на лапку, робко сказал:

– Она... она просит... Хозяина к себе, в общем...

Котенок уже открыл было рот, чтобы ответить, но Принц вскочил и, отпихнув Котенка в сторону, вбежал в комнату.

Лили лежала на кровати, застеленной свежими чистыми простынями - все использованные Зверята уже убрали куда-то - в чистой белой ночной рубашке. Подушки были подняты так, что она полусидела на кровати, на руках у неё лежал маленький красно-розовый сверток, который шевелился и громко чмокал - он сосал грудь. Лицо Лили - белее мела, губы подернуты легкой синевой, щеки впали, под глазами чернели тени, веки опухли, волосы - растрепаны. Красота её значительно поблекла. Но это только на первый взгляд. Само выражение лица, несмотря на смертельную усталость и крайнее истощение, было таким, что для Принцу показалось, что где-то в глубине души молодая мать испытывает неземное блаженство.

Она не могла оторвать глаз от своего малыша и тихо улыбалась, глядя, как он жадно сосет молоко, крепко вцепившись крошечными розовыми кулачками в оборки ночной рубашки.

– Сядь со мной, не стой, вот сюда...
– указала Лили пальцем на край кровати. Принц послушно сел и испуганно посмотрел на крошку, словно не понимая, откуда он вообще здесь появился и что это вообще такое.

– Правда, хорош?

– Правда...
– прошептал Принц.

– А смотри - все черты лица у него почему-то мои - и нос, и губки, и глазки, твоих вообще нет, странно, не правда ли?

– Ничего странного, - улыбнулся Принц, - у меня уже есть дети, а этот ребенок - целиком твой, и только твой...

– Верно, ты прав, ведь я его заслужила... тысячелетиями заточения в золотой клетке... заслужила...

Глаза Лили подернулись паволокой, её головка несколько раз дернулась и опустилась на грудь.

– Котенок! Что с ней?!
– закричал Принц.

На зов в комнату влетели оба Зверенка.

– Я же говорил, хозяин, мррр-мяу, ей нельзя говорить, нельзя!!! Она слаба, очень слаба!! Уходите, хозяин, уходите, ради Создателя! Мы сами обо всем позаботимся, мы ученые, уходите, умоляю, м-мяу!

И Котенок вытолкал Принца из комнаты. Дверь с шумом захлопнулась.

И тут грянул второй, а следом за ним третий взрыв ещё большей мощности. Принц потерял равновесие

и рухнул, не удержавшись на ногах, на пол, а сверху на него посыпался золотой песок. В комнате Лили пронзительно закричал испуганный малыш и тут же замолк.

Возмездие неминуемо приближалось...

5.

Все новые и новые драконы подлетали к отверстию пещеры, высаживая все новые и новые волны закованных в сверкающую иссиня-черную броню големов-десантников. Всё новые и новые "кроты" собирали карлики в устье пещеры, все новые и новые аватары самых разнообразных видов прилетали, чтобы принять участие в штурме Муравейника.

Лишь ограниченная вместимость пещер препятствовала всей этой армаде одновременно ринутся внутрь, а потому приходилось делать высадки малыми группами, зато эти группы прибывали бесконечно. Может быть, если бы мурины увидели задействованные против них несметные полчища армии Поднебесья, они бы прекратили свое отчаянное и бессмысленное сопротивление, но у них и без того хватало дел внутри Муравейника.

А сопротивление мурин действительно было и отчаянным, и бессмысленным.

Следующие девятнадцать гротов-отсеков мурины вынуждены были оставить, как и первый. Правда, здесь уже, наученные горьким опытом, они старались не доводить дело до такого печального конца - ведь в прошлый раз в огненном аду распались на кварки почти три сотни лучших воинов! Мурины изменили тактику - перед нападением на передовые отряды "кротов" они расставляли разведчиков с особенно чувствительными усами-вибриссами, и как только те чувствовали приближение аватаров с бомбами, мурины тут же очищали отсек, и тем самым минимизировали свои потери.

Однако каждый отсек оставлялся с боем. Чтобы избежать дополнительных потерь, мурины уже не шли на рукопашную схватку с "кротами". Они предпочитали выставлять ловушки. Каменные завалы, разверзающиеся на каждом шагу пропасти, паучьи сети, попав в которые, "кроты" застревали и становились легкой добычей обитателей подземелий, град зеленых плевков, сбивавших с брони отстреливающихся големов...

Потери у наступающих были огромны и в принципе мурины могли бы выиграть эту битву, но новое оружие, придуманное специально для операции "Возмездие" 6-м отделом "ЖАЛА", выбивало у них почву из-под ног, заставляя отступать все дальше и дальше, в самое сердце подземной цитадели. Мурины пробовали ставить магические щиты подальше от места боя, чтобы взрывы происходили дальше от отсеков, но сила взрывов была такой колоссальной, что не помогало ничего - огненные волны распространялись на несколько миль в диаметре и выжигали все дотла.

Наконец, первые "кроты" добрались до сердца Муравейника - до секретных лабораторий, пыточных, заставленных черными жертвенниками, залитыми ещё свежей кровью, до секретных архивов с томами накопленных черных знаний, записанных в фолиантах из звериной и человеческой кожи. Отступать больше было некуда. Азаил понимал, что это конец.

Причина такого катастрофического исхода сражения состояла, конечно же, в том, что мурины просто не были готовы к внезапному нападению на их цитадель. Ведь её расположение было абсолютно секретно - за бесчисленные тысячелетия феям никак не удавалось её засечь - отводные заклинания Азаила, поглощающие магические волны анализаторов работали безотказно. По этой причине у мурин просто не оказалась необходимого количества кровавых жертв - источников их магической энергии, и достать их во время стремительного прорыва армий Поднебесья было негде и некогда. А без этого оказать достойный отпор они не могли.