Непобедимое Солнце
Шрифт:
Тут уж гнев юношей невозможно было сдержать. Они закричали в один голос, замахали кулаками, так что разобрать что-то в этой каше было совершенно невозможно. Но Азаил опять воздел руку, и все тут же замолчали.
– Я требую вызвать сюда Стеллу, мою жену, по праву мужа - и немедленно! Мне нужно с ней поговорить. Если вы этого не сделаете - предупреждаю - я буду вынужден прорываться силой! Прольется кровь, за которую вы будете нести ответственность, ясно?! Я сказал - немедленно!
– Это невозможно, - тут же последовал бесстрастный ответ Жемчужно-Белой.
– Феи с таким именем у нас нет. А
Но договорить она не успела.
Из распростертых рук Азаила вырвались ослепительно сверкнувшие ветвистые молнии, ударившие прямо в грудь говорившей. Та упала как подкошенная с розового облака, на котором она мгновение назад с таким важным видом стояла, и камнем полетела вниз. Благо, что под этим облаком, всего в шагах пятиста ниже, было другое, на которое лишившаяся чувств (разряд был щадящий) Жемчужно-Белая упала. Но именно этот удар и спас жизнь будущей бессменной Старшей Сестре всемогущего "ЖАЛА"...
...Потому что феи, явно не ожидавшие такого оборота событий, замешкались, а вся толпа закутанных с ног до головы в плащи юношей в тот же миг с диким воем, уже не слушая никаких команд и не обращая внимания на Азаила, устремилась вперед, на штурм розовых облаков. Ситуация вышла из-под контроля. Несколько сотен пылающих оранжево-желтых шаров полетели в разные стороны. Раздалась серия оглушительных взрывов, криков боли и ужаса и... Первые три облака были полностью очищены от находившихся там фей, а юноши тут же, с торжествующим воплем, приземлились на захваченных рубежах. Облака были буквально усеяны телами раненых и умирающих фей. Фее было невыносимо смотреть на их обгоревшие, окровавленные, изуродованные тела, искаженные болью лица. Но видение не отпускало её, властно приказывая смотреть и слушать дальше...
Не успели юноши осознать масштаб того, что произошло, как остальные феи опомнились и ударили. Огненные шары, длинные сверкающие ветвистые молнии полетели на них со всех сторон. То тут, то там раздавались оглушающие хлопки взрывов. Несколько десятков юношей упали замертво, ещё несколько десятков - в сильных ожогах корчились на ватной поверхности только что захваченных облаков. Наконец, Азаилу и его товарищам удалось поставить достаточно мощный щит, отражавший все пущенные против них заряды. Видимо, подумала Фея, сказалась неопытность - ведь это был первый бой в их жизни, равно как и в жизни их бывших жен и дочерей...
Но зато, пользуясь тем, что юноши занялись сооружением щита, феи, благодаря своему значительному численному превосходству, смогли окружить три захваченных облака и перенести огонь непосредственно с юношей - на сами облака. Несколько крупных разрывных шаров попали в одно из розовых облаков, и оно тут же вспыхнуло, как стог сена, и стало таять на глазах. Добрый десяток юношей, из стоявших на нем, тут же превратились в живые костры. Другим все же удалось вовремя взлететь в воздух и спастись от огня.
– За мной! В атаку! Бросайте эти дурацкие облака, пока мы тут все не сгорели! Впере-е-е-ед!
– страшным голосом взвыл Азаил. Лицо его исказилось от гнева и злобы, глаза стали красными, а длинные пальцы рук скрючились наподобие когтей хищного животного.
Он воздел руки вперед
Тогда Азаил опустил руку куда-то за складки плаща и торжествующе вынул оттуда искрящийся серебристыми искрами, подобно камням его дворца на Лысой горе, длинный тонкий меч. Долетев до края защитного поля, он рубанул его, что есть силы. Раздался оглушающий грохот, и фей, державших щит, разметало по облакам сильнейшим откатом. Из ушей и носа их текли струйки крови и на несколько мгновений они все вышли из строя. Защитное поле лопнуло и орда крылатых юношей, также вынувших из-за пояса такие же клинки, ворвались на четыре розовых облака, располагавшимся в центре позиций противника, и устроили кровавую резню. Облака из розовых в несколько мгновений стали кроваво-красными...
Остальные же феи, едва очнувшись, ударили по захваченным облакам фонтанами жидкого огня и те опять вспыхнули и снова далеко не все успели вовремя его покинуть - около тридцати юношей превратились в горстку черного пепла...
Но дело, видимо, было сделано. Кордон был прорван и отряд Азаила, оставив бесполезные позиции, уже беспрепятственно поднимался всё выше и выше.
5.
Вскоре голубое небо осталось далеко внизу. Отряд двигался среди странного скопления серебристого тумана. Фея, едва оправившись от ужаса от кровавой бойни на розовых облаках, с расширившимися от удивления глазами смотрела на это совершенно незнакомое ей царство...
Видимость была практически нулевая, везде - одна бесконечная серебристая вата. Каким образом в ней можно хоть как-то ориентироваться - оставалась загадкой. Не было видно не то, что дороги вперед, но даже и путь назад был закрыт. Невозможно было определить, где север, а где юг, где лево, а где право. Жуткое и воистину страшное место!
Оказавшись в таком месте, любой бы запаниковал и впал в отчаяние, но не Азаил. Он как раз, судя по всему, чувствовал себя здесь как рыба в воде, чутьем определяя направление в этом туманном хаосе. Он летел то влево, то вправо, то останавливался, определяя направление дальнейшего движения, то стремительно летел дальше. Он чем-то напоминал собаку, которая пробирается по чаще леса в кромешной тьме исключительно при помощи своего нюха. Оставалось только удивляться поистине удивительным способностям этого могущественного Волшебника - прирожденного лидера и изобретателя, бесстрашного первооткрывателя и гениального полководца.
Наконец, серебристый туман закончился, и крылатые юноши вылетели на открытое пространство.
Это было плоская как блюдо долина из клубящегося серебристого тумана под ногами и черным небом над головой - без солнца, но с большими, размером с человеческую голову, звездами и луной в полный человеческий рост.
Посреди этой серебристой пустыни на горизонте виднелась высокая башня из какого-то желтовато-белого материала, напоминающего слоновую кость. На вершине башни было закреплено какое-то чашеобразное устройство со светящейся серебристой поверхностью.