Неотразимый граф

Маккензи Салли

– Лиззи! – Робби ухватил ее за плечи и встряхнул так, что у нее замоталась голова. – Не говори такие вещи. Ты мила и прекрасна, как бриллиант чистой воды. Ты самая желанная из всех женщин. Если бы у меня был выбор, то пал бы прежде всего на тебя.

– Тогда почему?..

– Потому что...

– Милорд?

Лиззи обернулась. Дверь кареты была открыта, и на ступеньке стоял лакей, ожидая их выхода.

Робби с улыбкой вошел в гостиную леди Беатрис. Хотя Томас как раз вовремя отворил дверь

экипажа, это была всего лишь отсрочка. Все равно предстоит разговор с Лиззи, тем более что она клеймит себя за все, что произошло. Боже! Слышать, как она винит себя, было невыносимо. Ее слова ранили его сердце.

– Как ты себя чувствуешь, Лиззи? – Леди Беатрис рассматривала ее через свой лорнет, а потом повернула чертову штуковину в его сторону. Ее маленькие глазки впились в его лицо.

Робби выдержал этот взгляд; хотя очень хотелось оттянуть с шеи шарф, который начал душить его.

– Со мной все нормально, леди Беатрис, – глухо отозвалась Лиззи.

На Робби снова накатило привычное с момента женитьбы чувство меланхолии.

– А вы, лорд Уэстбрук? – Леди Беатрис смерила его взглядом через лорнет. – Вы тоже что-то неважно выглядите.

– Я прекрасно себя чувствую. – Робби постарался сказать это как можно холоднее. Но леди Беатрис было трудно обвести вокруг пальца.

– Хм. Такое впечатление, что вы простужены. Голос хриплый. Вам нужно выпить. Олтон, подайте графу бренди.

Робби мог поклясться, что Олтон укоризненно посмотрел на леди Беа, прежде чем налить ему бренди.

– Наполни три бокала. Я тоже с удовольствием выпью. Да и Лиззи, думаю, захочет принять немного горячительного. Правда, мисс?

– Я... мм... – Лиззи посмотрела на Робби. – Что ж, да, хорошо. Спасибо.

Робби принял бокал из рук дворецкого. Где же остальные приглашенные?

Этот вечерний прием показался вдруг ему очень странным.

– Вы еще кого-нибудь ждете, леди Беатрис? – спросил Робби, отпив немного бренди, которое успокаивающе действовало на его нервы. – Почему нет Мэг?

– Мэг в театре, – улыбнувшись, ответила леди Беатрис. – Я разве не говорила вам? Вы с Лиззи – единственные мои гости.

Робби поперхнулся. Бренди обожгло горло.

Олтон своевременно похлопал его по спине.

Робби утер выступившие на глазах слезы. Когда у него прояснился взор, он увидел, что леди Беатрис, усмехаясь, смотрит на него.

– Честно говоря, мне просто захотелось пообщаться с новобрачными. Что-то не вижу радости на ваших лицах. В чем дело?

К счастью, на этот раз у него во рту ничего не было, хотя он чуть было не прикусил от неожиданности язык. Чисто инстинктивно в надежде на поддержку он взглянул на единственного присутствовавшего в комнате мужчину. Олтон ответил сочувственным взглядом. Этот человек более сорока лет делил дом, а может быть, и постель с леди Беатрис. Он должен был привыкнуть к ее странным выходкам.

– Леди Беатрис, попрошу вас, – негодующе заметила Лиззи,

гневно глядя на свою бывшую наставницу. – Наша женитьба ни в коей мере вас не касается.

– Не надо нервничать, девочка. Естественно, это не может быть мне безразлично. Я была твоей наставницей и чувствую ответственность за тебя. Между вами явно что-то не так.

Робби ощутил щемящее чувство стыда.

– Ваше отношение к Лиззи похвально, мэм, но я решительно против всякого вмешательства в нашу личную жизнь.

– Хм... – Леди Беатрис с любопытством посмотрела на него. Робби сохранял невозмутимо корректное выражение. Он многие годы практиковался в натягивании вежливой маски на лицо.

Пожилая женщина вдруг улыбнулась:

– Очень хорошо. Сменим тему. Олтон, ужин готов?

– Сейчас спрошу. – Дворецкий выразительно посмотрел на хозяйку. Она ответила усмешкой.

Черт возьми, они выглядели как старая супружеская пара.

– До меня недавно дошли некоторые неприятные слухи, – сказала леди Беатрис. – Нелепые домыслы в отношении вас, лорд Уэстбрук. Если верить им, вы никогда не вылезали из своей кровати... и также никогда не спали.

Робби почувствовал, как у него запылали уши.

– Конечно, глупая болтовня, но мне показалось, вы хотели сменить тему разговора.

Леди Беатрис пожала плечами:

– Мы обсуждаем последние новости. Это обычная светская тема. – Она повернулась к Лиззи: – Ты находишь такие пересуды безосновательными?

– Конечно. Мы как раз говорили об этом, пока ехали к вам. До нашей женитьбы подобных слухов не было и в помине. То, что они вдруг появились сейчас, явно свидетельствует о том, что сплетни распускают леди Фелисити и лорд Эндрю.

Леди Беа кивнула:

– Я тоже так думаю. И если позволите мне заметить...

– Разве у нас есть выбор?

Леди Беатрис сурово взглянула на Робби.

– Перестаньте бормотать, и, конечно, у вас нет выбора. Как я уже сказала, слухи слишком нелепы, чтобы в них поверили. Этим двум проходимцам следовало бы выбрать что-нибудь одно. Тогда им скорее поверили бы.

– Спасибо.

– Я уже просила вас не бормотать, сэр.

Робби скрипнул зубами, но сдержался, поскольку решил, что рычание тоже не будет встречено с одобрением.

– Значит, вы не ссоритесь из-за этих глупых сплетен?

– Нет, – одновременно ответили Робби и Лиззи, и в этот момент в дверях появился Олтон.

– Ужин подан, – объявил он.

– Прекрасно. Пошли.

Леди Беатрис взяла Олтона под руку. Тот оторопел и сердито посмотрел на нее.

– О, не строй из себя старого зануду, Билли. Дело семейное, в конце концов. Ты отужинаешь с нами.

Робби мог поклясться, что слышал, как у Билли скрипнули зубы.

– Миледи, я дворецкий. А дворецкому не пристало сидеть за одним столом с хозяйкой. А что касается семьи, то ни лорд Уэстбрук, ни леди Уэстбрук не приходятся вам родственниками.