Неотразимый граф
Шрифт:
Лиззи села перед туалетным столиком.
– Не думаю, Бетти, что лорд Уэстбрук придет ко мне сегодня. Он очень устал.
Бетти фыркнула.
– Что вы, миледи. Мужчины никогда не бывают настолько уставшими, чтобы отказаться от постельных забав. Увидите, он скоро будет здесь.
Будет? Бетти была так уверена в этом. Но Робби ведь ясно сказал, что нужно выспаться. Или она ошиблась?
У Лиззи разболелся живот. Она и впрямь не знала, чего хочет.
Коллинз, черт его возьми, насвистывал.
– Я думал,
Робби отвернулся, чтобы положить на бюро булавку для шарфа. За той дверью находилась Лиззи. Лучше не думать об этом.
– Нужно было переговорить с Бентли. Ты ведь знаешь, что я отрядил людей на поиски Эндрю.
Коллинз кивнул.
– И что? Удалось обнаружить этого ублюдка?
– Нет. Но это неудивительно. Он не станет нигде появляться, пока не заживет лицо. – Робби стянул с шеи шарф. – Я просто не хочу, чтобы он доставлял хлопоты Лиззи.
Коллинз помог ему освободиться от сюртука.
– Вряд ли он станет докучать ей, коль скоро она стала леди Уэстбрук.
– Искренне надеюсь, что не станет, но он совершенно не раскаялся в том, что сделал с ней до этого. А ведь герцог Олвард не тот человек, кого хотелось бы иметь своим врагом.
Коллинз пожал плечами:
– Но сейчас, милорд, леди Элизабет – ваша жена. – Он снова ухмыльнулся. – Я уверен, что вы хорошо присмотрите за ней. – Он подмигнул.
Робби заскрежетал зубами. Если Коллинз сейчас не уйдет, то он размажет кулаком эту всезнающую ухмылку.
Хотя это не Коллинза вина. Он сам только что женился и, наверное, наслаждается каждым мгновением своего счастья. По-видимому, ждет проявления такой же радости со стороны Робби.
– На сегодня все, Коллинз.
«Господи, что за ухмылка – от уха до уха. Надо же!»
– Желаю вам очень... – Коллинз снова посмотрел в сторону двери в спальню графини, – очень приятной ночи, милорд.
Робби тяжело вздохнул, проводив слугу.
Посмотрел на дверь в смежную комнату. Лиззи там, рядом. Наверное, она в постели, лежит в своей ночной рубашке. Что это за рубашка? Та с высоким воротом, которую она носила у Тинуэя, или какая-нибудь другая – прозрачная? Мм... Такая, сквозь которую просматриваются ее милые грудки и треугольник светлых волос ниже ее живота? Такая, что легко соскользнет с ее прекрасного тела...
Ждет ли она его? Ведь должна была понять его намек. Но как быть, если она все-таки ждет его?
Она в незнакомом доме, с чужой прислугой, причем после пережитого насилия со стороны лорда Эндрю, последовавшего за этим скандала и поспешного замужества. Должно быть, расстроена, нервничает. Сплошные эмоции. Нужно пойти к ней. Поговорить. Поцеловать ее.
Непокорная часть его сразу восстала при мысли об этом.
Робби взялся за дверную ручку.
Хотелось осыпать ее тысячью поцелуев, зарыться лицом в ее волосы, устроиться меж ее бедер, войти...
Да уж. А когда захочет войти, вдруг окажется, что не может? Этот готовый
Господи, это же невыносимо. Лучше пойти в кабинет и напиться.
Глава 18
– Ты выглядишь ужасно.
– Спасибо, Фел. Я знаю это. И чувствую себя тоже отвратительно.
– В последнее время ты не появляешься на приемах.
– Неужели ты считаешь, что с моим лицом можно показаться на публике?
– Не считаю. – Фелисити прислонилась к стволу дерева. Сад лорда Палмерсона был на удивление большим и темным. Здесь можно было уединиться без труда. Она попыталась разглядеть в полумраке лицо Эндрю. Если его лицо и было расцвечено всеми цветами радуги, то все другие части тела, похоже, были в полном порядке. Фелисити протянула руку к его ширинке.
Он отпрянул от нее.
– Робеешь, Эндрю?
– Нет, просто не хочу отвлекаться от намеченной цели. Разве ты не злишься из-за того, как все обернулось? Ведь это была твоя идея – заарканить Уэстбрука и скомпрометировать леди Элизабет.
Фелисити пожала плечами:
– Мне это, конечно, не нравится, но что я могу поделать? Уэстбрук уже женат.
– Да, но не обязательно счастливо. Готов поклясться, между Уэстбруком и его женой что-то не так.
– Ты-то откуда знаешь? Тебя вообще не было видно, с тех пор как мы вернулись в Лондон.
Эндрю фыркнул и подмигнул ей:
– Ты права, у меня сейчас не самое красивое лицо, чтобы появляться в обществе, но есть люди, которые следят за происходящим. Ты ведь, Фел, тоже видела Уэстбрука и леди Элизабет. Тебе не кажется, что они не очень ладят друг с другом?
– Ну нет. Правилами хорошего тона не предусмотрено, чтобы муж с женой миловались на людях.
– Даже новобрачные, Фел? Они женаты-то всего две недели. А ты ведь, наверное, заметила, как они сторонятся друг друга и не обмениваются любящими взглядами? Совсем не похоже на то, как они вели себя раньше в свете.
Наверное, Эндрю прав. Она была озабочена поисками другой подходящей партии, поэтому не следила больше за Уэстбруком. Но теперь, подумав об этом, готова была признать, что... Да, между ними что-то пробежало. Ощущался некоторый холодок в их отношениях. И леди Элизабет...
– Ты прав. У новобрачной леди Уэстбрук такой вид, будто она недополучает супружеской ласки.
– Вот именно. Что-то мешает Уэстбруку в постели.
– Интересно. – Фелисити усмехнулась. Если бы могла, с удовольствием доставила бы неприятности этой семейке. – Как ты полагаешь, отчего это?
– Обычно слухи делают свое дело. Представь себе, если новоиспеченная леди Уэстбрук прослышит что-то о странных сексуальных пристрастиях мужа.
– Но, Эндрю, у него нет никаких сексуальных отклонений. Во всяком случае, я ничего такого не заметила. Он либо слишком порядочный, либо евнух.