Неотразимый бродяга
Шрифт:
– Ты его боишься. – Его рука заскользила вдоль ее спины, что должно было, по-видимому, вызвать в ней ответное чувство. Гай начал целовать волосы девушки и искать губами ее лицо, но она решительно отвернулась от его поцелуев. – Мы уедем, уедем далеко отсюда, только ты и я. Уедем туда, где его угрозы больше не будут тебя беспокоить.
– Я не хочу никуда уезжать! Это мой дом! – Неужели так ничто из ее слов и не проникло в его затуманенный алкоголем мозг?
– Хорошо, давай останемся здесь. Где ты – там буду и я. Я сделаю так, как ты скажешь, – с поспешной готовностью
– Нет! – Диана попыталась наконец докричаться до его сознания.
– Я так люблю тебя, Диана. Я просто хочу быть рядом с тобой. Хочу держать тебя в своих объятиях, целовать тебя. Давай же поедем на пруд, – умолял он. – Обещаю, что все будет так же прекрасно, как и тогда.
– Нет! – Собравшись с силами, Диана оттолкнула его и, сделав несколько шагов назад, гневно посмотрела на Гая своими сверкающими от раздражения голубыми глазами. – Я уже пожалела, что была там с тобой однажды.
– Это неправда. – Он застыл, пораженный ее признанием и все еще ей не веря. – Ты ведь говорила, что не жалеешь.
– Тогда не жалела, а теперь ты заставил меня пожалеть. Господи, неужели ты действительно настолько слеп?! – Она вонзила пальцы в свои волосы, мучительно соображая, как же ему наконец втолковать. – Мы были с тобой друзьями. По неосторожности я позволила нам обоим зайти слишком далеко, это разрушило наши прежние отношения, не возместив их ничем другим. Ты же, всякий раз находясь со мною рядом, не можешь думать ни о чем другом. А я не имею никакого желания повторять то, что однажды произошло.
Губы Гая искривились от боли.
– Но ведь ты говорила, что я нравлюсь тебе.
– Да, ты мне нравишься, но я тебя не люблю. – Диана по-прежнему не была уверена, что до него доходит смысл произносимых ею слов. – Гай, я не хочу, чтобы ты страдал.
– Ты пытаешься уберечь меня от чего-то? Ты боишься Холта и опасаешься, что я все-таки что-нибудь сделаю, чтобы остановить его. Ведь так? Ты пытаешься предостеречь меня?
Это было безнадежно!
– Ты пьян, Гай. Может быть, когда ты протрезвеешь, до тебя дойдет то, что я пыталась тебе сказать. Невозможно же до бесконечности повторять одно и то же. Ты не желаешь ничего слушать и переворачиваешь все с ног на голову, представляя все так, как тебе больше нравится. – Диана резко повернулась и, подойдя к лошади, ловко вскочила в седло.
– Я не пьян. – Гай снова завел свою волынку. – Я, правда, выпил пару банок пива, но…
Диана в сердцах ударила лошадь каблуками, заставив ее бодрой рысью поскакать к конюшне.
19
Диана рассеянно перелистывала страницы журнала, но ничто из напечатанного в нем так и не привлекло ее внимания. Она чувствовала себя взвинченной и не могла отделаться от навязчивых воспоминаний об утреннем разговоре с Гаем, все еще продолжая мысленно приводить запоздалые аргументы. Вдобавок ко всему и Холт с его странным признанием, и завтрашние
– Почему бы тебе не прокатиться после обеда в город? – мягко предложил ей Майор. – Думаю, тебе было бы полезно выйти из дому. Все эти приготовления к похоронам Руби, похоже, слишком на тебя действуют.
– Дело не только в этом, – ответила Диана и поднялась с дивана, чтобы подойти к окну. – К тому же если я поеду в город, то придется заходить в похоронное агентство.
– И все-таки я считаю, что тебе следует немного развеяться. Что-то не припомню, чтобы ты хоть раз улыбнулась за последние два дня. Поезжай повидаться с Пегги. Эта женщина всегда действует на окружающих благотворно.
– Пожалуй, – вздохнула Диана в ответ. – Возможно, ты и прав. Съезжу-ка я к Пегги, только ненадолго. – Диана направилась к двери. – Не забудь прилечь после полудня.
– Я позабочусь о себе сам, – заверил ее Майор. – Поезжай и ни о чем не беспокойся.
Взяв пикап, Диана отправилась на соседнее ранчо. Машин на дворе Торнтонов не было, но доносившиеся из дома звуки свидетельствовали о том, что Пегги никуда не отлучалась. Диана постучала в противомоскитную сетку и вошла внутрь.
– Пегги!
– Да, – послышалось из глубины комнат, и сама хозяйка вскоре появилась на кухне с хнычущим ребенком на руках. В ее каштановых волосах запутались многочисленные бигуди, белая блузка покрыта мокрыми пятнами от слюней младенца. – Привет, Диана. – Губы женщины растянулись в приветливой улыбке. – Только что уложила девочек поспать после обеда. Проходи и садись. Хочешь чаю со льдом? Мне так точно стаканчик не повредит.
Под глазами Пегги залегли такие глубокие тени, что Диана подумала: «Именно тебе нужен сейчас послеобеденный сон». Подруга действительно выглядела крайне утомленной.
– Ты сама лучше присядь, а я приготовлю нам чай.
– Не буду спорить. – Пегги устало рассмеялась. – Кувшин с чаем в холодильнике, а чашки – в левом шкафчике над мойкой.
Она устроилась за кухонным столом, а Диана принялась хлопотать. Резиновое кольцо выпало из рук малыша, и он принялся кричать. Пегги нагнулась и вернула ему игрушку. Ребенок унялся.
– Я была потрясена, услышав о том, что случилось с Руби. Вчера утром я вам звонила и разговаривала с Майором. Все это просто ужасно! – сказала Пегги.
– Да, ужасно. – Диана поставила полные стаканы на стол и присела рядом с хозяйкой.
– Алан говорил, что видел тебя вчера вечером в похоронном бюро. Вы уже успели все организовать?
– Да. Народу, видимо, будет не много, поэтомуограничимся скромным отпеванием прямо в бюро. Ну и, конечно, само погребение.
– Полагаю, что те, с кем он вместе работал, скажут последнее слово.
– Да, конечно, – кивнула Диана, заметив краем глаза что-то красное, мелькнувшее в дверях кухни. Старшая из девочек в нерешительности остановилась в арке, ведущей из кухни в жилые комнаты. Ее губки были капризно надуты, а на щеках еще не просохли слезы.