Неотразимый бродяга

Дейли Джанет

Гай захлопнул за ней дверцу и на мгновение задержался у открытого окошка.

– Никто не застрахован от ошибок, Диана.

«Конечно, но это была не просто ошибка, а полное и окончательное поражение», – подумала Диана. Но она была благодарна за поддержку.

– А некоторые делают очень большие ошибки. – Ее губы искривились в горькой усмешке. – Правда?

– Точно! – улыбнулся ей в ответ Гай. Он обошел машину спереди и сел за руль. Выехав с территории аэропорта, он привычно свернул на шоссе, бежавшее на юг.

–

Может, хотите остановиться в городе, чтобы выпить кофе и перекусить?

– Нет, – покачала головой Диана. – Больше всего мне сейчас хочется поскорее попасть на ранчо.

– Я рад, что вы вернулись домой, – радостно сообщил ей Гай.

– Я тоже, – но в ее голосе бодрости не ощущалось.

Наверное, ей вообще не следовало уезжать, но теперь как-то бессмысленно об этом сожалеть.

– Как дела на ранчо?

– Отлично.

Диана взглянула на него. Жесткий профиль Гая напомнил о его отце.

– Как ваши взаимоотношения с Холтом? – спросила она, вспомнив их прежнюю отчужденность.

– Получше. – Губы молодого человека все же скривились в ироничной усмешке. – Если можно так выразиться, мы постепенно научились терпеть друг друга. Холт очень тяжелый человек. Я никогда не мог определить, что у него на душе и почему он возится со мной. Из чувства вины, наверное.

Диана с трудом представляла, что Холт Мэлори способен чувствовать себя в чем-то виноватым. Внезапно ей расхотелось обсуждать это с Гаем.

– Как Майор?

– Поправляется, – ответил Гай и притормозил перед поворотом.

– То есть как – поправляется?! Что ты имеешь в виду?! – нахмурилась Диана.

– Разве вы не знали? – он бросил на нее удивленный взгляд. – Пару месяцев назад Майор перенес еще один сильный сердечный приступ.

Холодок пробежал у нее по спине. Она, оцепенев, смотрела на дорогу прямо перед собой.

– Нет, я не знала, – глухо сказала она. – Он ни единым словом не обмолвился о том, что плохо себя чувствует, ни в письмах, ни по телефону. Почему никто не сообщил мне? Это обязанность Холта. Почему он этого не сделал?

– Наверное, думал, что вы знаете. – Гай вовсе не пытался защитить отца, а просто высказывал предположение.

– Два месяца назад… Как раз когда я сообщила Майору, что у нас с Рэндом проблемы, – вслух стала вспоминать Диана.

– Это не имеет к его состоянию никакого отношения. – Кажется, Гай понял, о чем она думает. – Майор просто перетрудился. Во время отела ударили холода, и нам пришлось работать-до упаду, чтобы уменьшить потери.

Диана пыталась заставить себя поверить в версию Гая.

– А как он воспринял известие о нашем с Рэндом разводе?

– Довольно стоически. Конечно, он расстроился, но… – Гай замялся. – Почему вы вышли за него замуж, Диана? – неожиданно спросил он.

– Не знаю, – она пожала плечами и посмотрела в окно. – Мне казалось, что я люблю его. Рэнд был таким красивым, умным, удачливым. Он хотел жениться на

мне и понравился Майору. Не знаю, может, мне просто нужно было, чтобы кто-то меня любил.

Долгое время они ехали молча. Шоссе взбиралось в гору, пересекало редкий лесок, состоящий из чахлых сосен, и спускалось в долину, поросшую травой и пестревшую яркими цветами шалфея. Когда они заговорили снова, то уже старательно избегали больных тем.

Примерно через час Гай свернул во двор ранчо и остановился. Диана пристально смотрела на дом, где прошло ее детство. Она надеялась увидеть стоящего на крыльце Майора, который вышел встречать ее, услышав звук приближающегося автомобиля. Нокрыльцо было пустым. Ей стало как-то безнадежно тоскливо.

– Диана?

Гай распахнул дверцу пикапа и ждал, пока она выйдет. Она вылезла из машины, нервно проведя рукой по своей строгого покроя юбке.

– Идите же в дом, – поторопил он, когда Диана в нерешительности остановилась рядом с ним. – Я принесу чемоданы.

Диана вошла. Гай держался шага на два позади нее. Все выглядело точно так же, как в то время, когда она жила здесь. Даже мебель не переставляли. Оглянувшись по сторонам, она почувствовала, как к горлу подкатывается ком. Из коридора, ведущего в кухню, показалась экономка.

– Привет, Софи.

Женщина, казалось, нисколько не постарела.

– Здравствуйте, мисс. Майор отдыхает в своей комнате.

– Как он?

– Хорошо, но доктор настаивает, чтобы он утром и днем проводил пару часов в постели, – объяснила Софи. – Идите к нему.

Экономка взглянула на Гая, стоявшего на пороге с чемоданами в руках.

– Я покажу Гаю, куда отнести ваши вещи. Только теперь Диана поняла, что побаивается встречи с Майором. Она чувствовала себя блудной дочерью, которая вернулась домой и не знает, как ее встретят. Девушка беспомощно взглянула на Гая, который весь последний час словами и даже просто своим молчанием приободрял ее.

– Идите, – улыбнулся он. – Увидимся за ленчем.

– Спасибо, что встретил меня в аэропорту, – поблагодарила Диана и поспешила пройти к отцу, пока не улетучились последние остатки ее мужества.

Дверь была закрыта, и она постучала. В ответ твердый мужской голос пригласил ее войти. Майор, полностью одетый, лежал на застеленной кровати поверх покрывала.

– Диана, – улыбнулся он. – Мне показалось, что я слышал звук подъехавшей машины, и подумал, что это, должно быть, ты.

Он не сделал попытки встать с кровати при появлении дочери.

– Здравствуй, отец, – Диана порывисто склонилась к отцу и поцеловала его в щеку. – Как ты?

– Прекрасно! – он ободряюще похлопал ее по руке. Диана видела, что болезнь наложила свой отпечаток на этого полного жизненной энергии человека. Он похудел, хотя оставался еще физически крепким. У него был землистый цвет лица, а волосы стали совсем седыми. Ее горло сжали спазмы.