Неоновые Боги

Роберт Кэти

Мое тело выбирает этот момент, чтобы напомнить мне, что я часами ходила по холоду на этих богом забытых каблуках, а потом бежала босиком по гравию и стеклу. У меня болят ноги. У меня болит спина. Мои ноги… Лучше не думать о них слишком много. Я так невероятно измучена, достаточно, чтобы действительно заснуть сегодня ночью.

Я снова оглядываю комнату. Аид, может быть, и не так плох, как Зевс, но я не могу рисковать. Я осторожно поднимаюсь на ноги и хромаю к двери. Там нет замка, из-за чего я тихо ругаюсь. Я ковыляю в ванную и чуть не всхлипываю

от облегчения, когда обнаруживаю, что на этой двери действительно есть замок.

Мои мышцы, кажется, превращаются из плоти в камень с каждой проходящей секундой, придавливая меня, когда я стаскиваю массивное одеяло с кровати в ванную. Ванна более чем достаточно велика, чтобы в ней можно было спать, удобно это или нет. После короткого внутреннего размышления я возвращаюсь к двери спальни и подтаскиваю к ней приставной столик. По крайней мере, я услышу, как кто-то идет сюда. Удовлетворенная тем, что сделала все, что могла, я запираю дверь ванной и практически падаю в ванну.

Утром у меня будет план. Я найду способ двигаться дальше, и это не будет похоже на конец света.

Мне просто нужен план…

Глава 5Аид

После нескольких часов беспокойного сна я спускаюсь на кухню в поисках кофе и обнаруживаю Гермеса, сидящую на моем кухонном островке и поедающеую мороженое из коробки. Я резко останавливаюсь, слегка встревоженный тем фактом, что она одета в обрезанные шорты и футболку большого размера, которую она определенно не носила прошлой ночью.

— Ты хранишь одежду у меня дома.

— Да. Никто не хочет нести домой последствия своих пьяных приключений. — Она машет рукой

за спину, не глядя. — Я поставила кофе.

Благодарите богов за маленькие милости.

— Кофе и мороженое — один из способов справиться с похмельем.

— Ш-ш-ш. — Она делает гримасу. У меня болит голова.

— Представь себе, — бормочу я и подхожу, чтобы взять нам обе кружки. Я наливаю ее стакан на

две трети и передаю. Она быстро бросает огромную порцию мороженого в кофе, и я качаю головой.

— Знаешь, я, кажется, помню, как запирал дверь прошлой ночью. И все же ты здесь.

— Я здесь. — Она одаривает меня слегка помятой версией своей обычной злой усмешки. — Ну же,

Аид. Ты же знаешь, что в этом городе нет замка, который мог бы удержать меня снаружи.

— Я осознал это с годами. — В первый раз она появилась всего через месяц после того, как

получила титул Гермеса, примерно пять или шесть лет назад. Она напугала меня в моем кабинете и в результате чуть не получила пулю в голову. Каким-то образом это взаимодействие привело к тому, что она решила, что мы большие друзья. Мне потребовался год, чтобы понять, что не имеет значения, что я думаю о так называемой дружбе. Затем Дионис начал появляться с ней примерно через шесть месяцев после этого, и я перестал бороться с их присутствием.

Если они шпионы Зевса, то они совершенно

неэффективны и не получают никакой информации, которую я не хочу, чтобы он имел. Если это не так…

Ну, это не моя проблема.

Она делает большой глоток своего кофе с мороженым и издает тревожно сексуальный звук.

— Ты уверен, что не хочешь немного?

— Уверен. — Я прислоняюсь к стойке и пытаюсь решить, как в это играть. Я не могу

по-настоящему доверять Гермесу. Неважно, что она, кажется, считает нас друзьями, она одна из Тринадцати, и я был бы десять раз дураком, если бы забыл об этом. Более того, она устраивает свой дом в тени башни Додона и подчиняется непосредственно Зевсу — по крайней мере, когда это ее устраивает. Сдавать карты до того, как у меня появится конкретный план, — это путь к катастрофе.

Но рыба заглотила наживку во всех отношениях, которые имеют значение. Люди Зевса уже сообщили ему о местонахождении Персефоны. Подтверждение Гермеса ничего не меняет.

Дионис, спотыкаясь, входит в дверь. Его усы в беспорядке, а бледная кожа почти зеленая. Он неопределенно машет в мою сторону и направляется прямиком к кофе.

— Доброе утро.

Гермес фыркает.

— Ты выглядишь как смерть.

— Это ты виновата. Кто пьет вино после виски? Злодеи, вот кто. — Он долго созерцает кофейник

и, наконец, наливает себе кружку.

— Просто выстрели мне в голову и избавь меня от страданий.

— Не искушай меня, — бормочу я.

— Да, да, ты очень задумчивый и пугающий. — Гермес поворачивается на островке лицом ко

мне. Ее темные глаза озорно загораются. — Все эти годы я думала, что это притворство, но потом ты появляешься, неся свою жертву похищения.

Я начинаю уточнять, что на самом деле я никого не похищал, но Дионис заливается смехом.

— Так что это не было галлюцинацией.

Персефона Деметроу всегда казалась немного солнечной занудой, но она только что стала интересной. Она ушла с той вечеринки менее чем через тридцать минут после того, как Зевс объявил об их помолвке, а затем она оказывается на другой стороне реки Стикс, куда хорошие девушки из верхнего города определенно не ходят? Очень, очень интересно.

Я хмурюсь, не в силах удержаться от того, чтобы сосредоточиться на наименее важной части того, что он только что сказал.

— Солнечный зануда? — По общему признанию, мы едва ли встретились при идеальных

обстоятельствах, но эта женщина совсем не скучна.

Гермес качает головой, отчего ее кудри подпрыгивают.

— Ты видел ее только в ее публичном образе, когда ее мама тащила ее на мероприятия,

Дионис. Она не так уж плоха, когда ее не запирают, особенно когда она тусуется со своими сестрами.

Дионис открывает один глаз.

— Дорогая, шпионаж очень не одобряется.

— Кто сказал, что я шпионю?

Он открывает другой глаз.

— О, так ты проводила время с сестрами Деметроу, не так ли? Четыре женщины, которые