Неоконченные предания
Шрифт:
Кирион и Эорл
«Хроника Кириона и Эорла» [176] начинается только с первой встречи Кириона, наместника Гондора, и Эорла, вождя народа эотеод, произошедшей после того, как закончилась битва на Поле Келебранта и враги Гондора были разгромлены. Но и в Гондоре, и в Рохане существовали песни и легенды о великом походе рохиррим с Севера. Именно из них взяты повествования об этом народе, содержащиеся в позднейших хрониках [177] , а также многие иные сведения, касающиеся народа эотеод. Здесь они кратко изложены в форме хроники.
176
Рукопись под этим названием не сохранилась, но, без сомнения, повествование, составляющее третью главу («Кирион и Эорл»), является ее фрагментом.
177
Таких, как «Книга королей». — (прим. авт.) - В начале приложения A к ВК первоначально была ссылка на эту работу — там говорилось, что она (вместе с «Книгой наместников» и «Акаллабет») была в числе гондорских летописей, которые король Элессар показывал Фродо и Перегрину. Но в исправленном издании эта ссылка опущена.
Эотеод впервые стали известны
178
Восточная Лука, более нигде не упоминаемая, — это обширная выемка на восточном краю Лихолесья, которую можно видеть на карте к ВК.
Эти северяне были потомками того же народа, что и люди, которые в Первую эпоху пришли на запад Средиземья и стали союзниками эльдар в их войнах с Морготом [179] . Таким образом, они приходились отдаленной родней дунедайн или нуменорцам, и крепкая дружба связывала их с народом Гондора. Северяне служили Гондору надежной защитой, охраняя от вторжений его северные и восточные границы. Короли Гондора не сознавали всего значения этой защиты до тех пор, пока она не ослабла и не была в конце концов разрушена. Закат северян Рованиона начался с Великого мора, который вспыхнул в их землях зимой 1635 года, а вскоре перекинулся и в Гондор. В Гондоре смертность была велика, особенно среди жителей городов. Но в Рованионе она была еще больше, ибо, хотя северяне жили в основном на открытых пространствах и не строили крупных городов, мор начался зимой, в холода, когда и люди, и лошади забились под крышу, и их невысокие деревянные дома и конюшни оказались переполнены. Кроме того, северяне были мало сведущи в искусствах целения и врачевания, о которых в Гондоре было известно немало, ибо там все еще хранились крупицы познаний Нуменора. Говорят, что к тому времени, как мор миновал, вымерло более половины народа Рованиона, и они лишились половины своих табунов.
179
По всей видимости, ближайшей родней северян был третий, наиболее много численный из народов Друзей эльфов, которым правил дом Хадора. — (прим. Авт.)
Силы их восстанавливались медленно, но в течение длительного времени их слабость не подвергалась испытаниям. Несомненно, народы, обитавшие на востоке, тоже пострадали от мора, так что враги тревожили Гондор главным образом с юга и с моря. Но когда начались вторжения кибитников и Гондор оказался втянут в ряд войн, продолжавшихся без малого сто лет, северяне приняли на себя первые удары. Король Нармакиль II повел большую армию на север, на равнины к югу от Лихолесья, и собрал все рассеянные остатки северян, какие сумел, но был побежден, и сам пал в бою. Остатки его армии отступили через Дагорлад в Итилиэн. Гондор потерял все земли к востоку от Андуина, кроме Итилиэна [180] . Что же касается северян, то, как рассказывают, часть из них переправилась через Кельдуин (реку Бегущую) и смешалась с жителями Дэйла у подножия Эребора (с которыми они были в родстве); часть укрылась в Гондоре, а остальных собрал Мархвини, сын Мархари, погибшего, прикрывая отступление армии после битвы на Равнинах [181] . Они отправились на север, пройдя между Лихолесьем и Андуином, и поселились в Долинах Андуина, где к ним присоединились многие беглецы, которые пришли через Лес. Так возник народ эотеод [182] , хотя в Гондоре о них в течение многих лет ничего не знали. Большинство северян были обращены в рабство, и все их прежние земли захватили кибитники [183] .
180
Спасением от полного уничтожения армия Гондора отчасти была обязана мужеству и верности всадников северян под командованием Мархари (потомка Видугавии, «короля Рованиона»), сражавшихся в арьергарде. Но гондорские войска нанесли кибитникам настолько серьезный ущерб, что у кочевников не было сил развивать вторжение, пока они не получили подкреплений с востока, и пока что они удовлетворились тем, что завершили завоевание Рованиона. — (прим. авт.) — В приложении A к ВК сказано, что Видугавия, называвший себя королем Рованиона, был самым могущественным из князей северян; ему благоволил король Гондора Ромендакиль II (умер в 1366), которому Видугавия помогал в войне с истерлингами, а женитьба Валакара, сына Ромендакиля, на Видумави, дочери Видугавии, привела к разрушительной междоусобной войне в Гондоре в XV веке.
181
Весьма интересный факт, который, кажется, ни в одной из рукописей отца не обсуждается: имена древних королей и князей северян и эотеод — готские, а не древнеанглийские (англосаксонские), в отличие от имен Леода, Эорла и рохиррим более поздних времен: «Видугавия» (Vidugavia) - латинизированное написание готского Widugauja («лесной житель», реальное готское имя), аналогично «Видумави»(Vidumavi) - готское Widumawi («лесная дева»); в именах «Мархвини» и «Мархари» имеется готское слово marh — «конь», — соответствующее древнеанглийско му mearh, мн. ч. — mearas (так в ВК называются роханские кони); «вини» (wini) — «друг» — соответствует древнеанглийскому wine, присутствующему в именах некоторых королей Марки. Поскольку, как сказано в приложении F (II), «язык Рохана представлен древнеанглийским», предки рохиррим носят имена на самом древнем из дошедших до нас германских языков.
182
Хотя такую форму это слово приобрело позднее. — (прим. авт.) — Это древнеанглийское слово, означающее «конный народ»; см. прим. 36.
183
Предшествующее повествование не противоречит изложенному в приложении A (I, iv и II) к ВК, хотя оно гораздо короче. Здесь ничего не сказано ни о войне, которую в тринадцатом столетии вел с истерлингами Миналкар (принявший имя Ромендакиля II), ни о том, что этот король принял в гондорскую армию многих северян, ни о браке его сына Валакара с княжной северян, ни о гражданской войне в Гондоре, воспоследовавшей в результате этого брака; но здесь приведены некоторые факты, не упомянутые в ВК: что причиной угасания северян Рованиона был Великий мор; что то сражение, в котором в 1856 году был убит король Нармакиль, и о котором в приложении A говорится только, что оно произошло «за Андуином», произошло на широкой равнине к югу от Лихолесья и было известно как битва на Равнинах; и что огромная армия Гондора была спасена от уничтожения благодаря тому, что ее отход прикрывал отряд Мархари, потомка Видугавии. Здесь также более отчетливо показано, что именно после битвы на Равнинах эотеод, остатки северян, стали отдельным народом,
Но со временем король Калимехтар, сын Нармакиля II, справившись со всеми прочими врагами [184] , решил отплатить за поражение в битве на Равнинах. К нему явились вестники от Мархвини с предупреждением о том, что кибитники собираются вторгнуться в Каленардон через Отмели [185] ; но они сообщили также, что готовится восстание порабощенных северян, которое начнется, если кибитники ввяжутся в войну. А потому Калимехтар при первой же возможности вывел войско из Итилиэна, позаботившись, чтобы врагам стало известно о его приближении. Кибитники пришли со всеми силами, какие у них были; и Калимехтар отступил перед ними, уводя кибитников от их поселений. В конце концов на Дагорладе разразилась битва, и долгое время исход ее был неясен. Но в разгар битвы всадники, посланные Калимехтаром через Отмели (которые враги оставили без охраны), вместе с большим эоредом [186] , ведомым Мархвини, нанесли кибитникам удар с фланга и с тыла. Гондор одержал победу, полную — но не решающую. Когда враги были разбиты и в беспорядке бежали к себе на север, Калимехтар не стал их преследовать, проявив этим большое благоразумие. Почти треть войска кибитников осталась гнить на Дагорладе, среди праха других, более благородных сражений прошлого. Но всадники Мархвини настигли беглецов и перебили изрядное их количество, пока те спасались бегством через равнины. Только когда вдали показалось Лихолесье, всадники оставили беглецов, насмешливо крича: «Не спешите на север, Сауроново племя! Бегите лучше на восток! Смотрите, дома, что вы украли, в огне!» Ибо в небо поднимались огромные клубы дыма.
184
Его дед Телумехтар захватил Умбар и сломил мощь корсаров, а народы Харада были в это время заняты своими собственными войнами и междоусобицами. — (прим. авт.) — Взятие Умбара Телумехтаром Умбардакилем произошло в 1810 году.
185
Огромные западные излучины Андуина к востоку от Фангорна; см. первую цитату в приложении C к «Истории Галадриэли и Келеборна», стр. 260.
186
По поводу слова «эоред» см. прим. 36.
Восстание, которое задумал и поддержал Мархвини, в самом деле вспыхнуло. Отчаянные изгои вышли из Леса, подняли рабов, и общими усилиями им удалось поджечь множество жилищ кибитников, их амбары и укрепленные лагеря, составленные из повозок. Но большинство их при этом погибло, потому что они были плохо вооружены, а враги не оставили свои дома без охраны: к подросткам и старикам присоединились женщины помоложе, ибо женщин этого народа тоже обучали владеть оружием, и они яростно сражались, защищая свои дома и детей. И потому в конце концов Мархвини пришлось отступить в свои земли на Андуине, и северяне, его соплеменники, так и не возвратились в свои прежние дома. Калимехтар же вернулся в Гондор, и его страна на некоторое время (с 1899 по 1944 год) получила передышку перед большой войной, в которой едва не пришел конец роду гондорских королей.
Тем не менее союз Калимехтара и Мархвини не был напрасен. Если бы войска кибитников Рованиона не были разбиты, эта война началась бы раньше, и враги оказались бы сильнее, так что гондорское королевство могло бы и вовсе погибнуть. Но самые главные последствия этого союза проявились в далеком будущем, которого никто не мог предвидеть. То были два великих похода рохиррим на помощь Гондору: появление Эорла на Поле Келебранта и пение рогов войска Теодена над Пеленнором, — а без последнего напрасным было бы возвращение короля [187] .
187
Этот рассказ значительно подробнее, нежели краткое изложение в приложении A (I, iv) к ВК: «Калимехтар, сын Нармакиля II, с помощью тех, кто поднял восстание в Рованионе, в 1899 году сумел одержать великую победу над истерлингами на Дагорладе, отомстив за гибель своего отца, и на время опасность миновала».
Тем временем кибитники зализывали раны и строили планы мести. Вне досягаемости оружия Гондора, в землях к востоку от моря Рун, откуда никаких известий к гондорским королям не доходило, расселялись и множились родичи кибитников. Они мечтали о победоносных войнах и богатой добыче и были полны ненависти к Гондору, стоявшему у них на пути. Однако прошло много времени, прежде чем они зашевелились. С одной стороны, они побаивались могущества Гондора и, не зная, что происходит к западу от Андуина, считали это королевство куда более сильным, а народ его — куда более многочисленным, чем было на самом деле. С другой стороны, восточные кибитники расселились на юг, за Мордор, где столкнулись с народами Ханда и их соседями, проживающими дальше к югу. Но в конце концов эти враги Гондора заключили мир и договорились о союзе, и приготовились нанести удар одновременно и с севера, и с юга.
Конечно, в Гондоре ничего или почти ничего не знали об этих переселениях и замыслах. То, что здесь сказано, было много позднее выведено историками из последовавших событий. Историкам также сделалось очевидно, что ненависть к Гондору, союзы и согласованные действия его врагов (для которых у них самих не хватило бы ни ума, ни воли) были результатом козней Саурона. На самом деле, Фортвини, сын Мархвини, предупреждал короля Ондохера (который в 1936 году унаследовал трон после своего отца Калимехтара), что кибитники Рованиона оправляются от слабости и страха. Фортвини подозревал, что они получают помощь с востока, потому что кибитники часто устраивали набеги на южную часть его земель, приходя то вдоль реки, то через Стяжку [188] . Но Гондор в то время мог сделать только одно: собрать и обучить настолько большую армию, насколько это было возможно. Таким образом, когда в конце концов Гондор подвергся нападению, королевство не оказалось застигнуто врасплох, хотя сил у него было меньше, чем требовалось.
188
Название «Стяжка» относится, видимо, к узкому «перехвату» на юге Лихолесья, образованному Восточной Лукой (см. прим. 3).
Ондохер знал, что его южные враги готовятся к войне, и у него хватило мудрости разделить свои войска на северную и южную армии. Вторая уступала первой в численности, потому что опасность, грозящая с юга, казалась меньшей [189] . Ею командовал Эарниль, который, будучи потомком короля Телумехтара, отца Нармакиля II, принадлежал к королевскому роду. Его ставка находилась в Пеларгире. Северной же армией командовал сам Ондохер. В Гондоре всегда существовал обычай, что король мог, если желал того, вести войско в сражение, но только если у него имелся наследник, обладающий неоспоримым правом на трон. Ондохер принадлежал к воинственному роду, его любили и уважали в войсках, и у него было два сына, оба уже достаточно взрослые, чтобы носить оружие: Артамир, старший, и Фарамир, примерно тремя годами моложе.
189
И не без оснований. Ибо нападению из Ближнего Харада — если бы его не поддержал Умбар, что на тот момент было маловероятно, — противостоять было куда проще. Вторгшееся войско не могло переправиться через Андуин, а продвигаясь на север, оно оказалось бы зажато на тесной полоске земли между рекой и горами. — (прим. Авт.)