Неограненный алмаз

Крисуэлл Милли

Брок не удержался от вопроса:

– Почему тогда мисс Даниелс назначила управляющим Стюарта? Ей следовало бы по крайней мере провести расследование.

– Расследование было. Мисс Даниелс помогал наш сосед, Джекоб Морган. – Шорти выпустил из трубки клуб дыма. – Именно он и рекомендовал Стюарта. До того Стюарт работал на ранчо Моргана, оно граничит с нашим на юге.

– Ваше ранчо мне не подходит, – сказал Брок, направляясь к лошади, терпеливо ожидавшей его у ограды. – Не люблю иметь дело с чужими проблемами. Мне бы со своими справиться.

Шорти

потер подбородок и задумчиво прищурил глаза.

– Не могу вас за это осуждать. Но если все время отворачиваться от того, что перед тобой, можно свернуть шею.

Брок только собрался ответить на это саркастическое замечание, как вдруг услышал со сторона дома громкие крики. Оглянувшись, он увидел Дэйвл Стюарта и Пруденс Даниелс, которые выясняли отношения, стараясь перекричать друг друга. Пруденс при этом энергично качала головой, и ее рыжие волосы развевались по плечам, подобно гриве жеребенка.

– Похоже, что мисс Пруденс горячее, чем гейзер в Иеллоустонском национальном парке. Мне кажется, она сейчас взорвется, – прокомментировал Шорти.

Бросив седло возле ограды, Брок направился к дому. Шорти последовал за ним. Приблизившись к спорящим, Брок вынужден был отметить, что мнение Шорти вполне соответствовало истине. Лицо еще недавно собранной и выдержанной мисс Пруденс Даниелс было краснее, чем физиономия пьяницы.

– Я говорила вам, мистер Стюарт, что, если еще раз застану вас возле женской части дома, вы за это поплатитесь. Правила распространяются на всех, и вы не исключение.

Изображая оскорбленную невинность, Стюарт возражал:

– Но, мисс Даниелс, это Луанн просила меня прогуляться с ней. Я не вижу в этом ничего плохого.

– Все плохое вы уже сделали. Об этом говорит ее брюхо.

– Минуточку, дорогая леди. Этот грех вы на меня не повесите. Меня не было даже поблизости, когда эта дама попала в свое положение. И вообще это с ней не впервые. Она гуляла со всеми ковбоями отсюда и до Денвера.

На это трудно было что-либо возразить, так как Луанн Джонс когда-то была проституткой. В Абсолютен она прибыла, чтобы поступить в бордель мадам Евы. Но кем бы она ни была раньше, Пруденс не собиралась разрешать мужчинам тянуть к ней свои лапы.

– Я в этом не уверена, мистер Стюарт, – ответила она, – и я не думаю, что вы хотели просто прогуляться. Или вы намеревались предложить ей руку и сердце?

Лицо Стюарта вытянулось:

– Дьявол, конечно нет! Если мы и поцеловались пару раз при свете луны, это вовсе не значит, что я собираюсь жениться на этой девке.

В этот момент к спорящим, кроме Шорти и Брока, подошло еще трое работников, которые тоже были не прочь посмотреть бесплатное представление.

– Ну и ну, – негромко сказал Шорти. – Сегодня эта женщина определенно встала не с той ноги. – Он издал смешок. – А Дэйва Стюарта мы, похоже, видим в последний раз.

По-видимому, Шорти оказался прав, поскольку мгновением позже Дэйв выпалил:

– Ты

просто никому не нужная старая дева. С твоим языком на тебя не позарится никто. – Заметив, что Пруденс задохнулась от гнева, он гадко ухмыльнулся: – Я ухожу.

– Мистер Морган узнает о вашем поведении.

– Не сомневаюсь в этом, мисс Даниелс. К завтрашнему дню об этом узнает вся округа.

Не попрощавшись Стюарт направился к домику работников.

Слушая негромкие переговоры и одобрительные возгласы ковбоев, которым явно понравилось, что их хозяйку погладили против шерсти, Брок вдруг почувствовал жалость к стоящей в растерянности девушке. Он повернулся к Шорти:

– Может, стоило бы поговорить со Стюартом, чтобы он не уходил?

– Может быть. Но поговорить нужно и с мисс. Брок машинально кивнул, хотя тут же пожалел об этом. Однако он все же направился к веранде, на которой скрылась Пруденс. Нашел он ее сидящей в кресле-качалке.

– Доброе утро, мисс Даниелс, – произнес Брок, опершись плечом о дверной косяк. К его удивлению, лицо хозяйки успело изменить цвет с пурпурно-красного на мертвенно-бледный. – Я не мог не слышать ваш разговор с управляющим. Может, вам требуется помощь?

Тут Брок сам поразился тому, что сказал. Он совсем не хотел предлагать свои услуги. Все, чего он хотел в действительности, – это оседлать Уилли и отправиться в дорогу. Брок вдруг увидел совершенно неожиданную реакцию на свои слова – глаза Пруденс заблестели. Он никак не ожидал, что на глазах у этой суровой женщины могут появиться слезы.

Пруденс быстро встала и спрятала дрожащие руки в карманы фартука. Спорящей с кем-то ее видели часто, но еще никогда и никому она не позволяла видеть себя в минуту слабости.

– Мне жаль, что вы стали свидетелем этой сцепы, мистер Питерс. Мистер Стюарт за последние недели сделал много такого, чего делать не следовало. То, что он совершил вчера вечером, было просто последней каплей, переполнившей чашу. Чашу моего терпения, если быть точной.

Брок сдвинул шляпу на затылок.

– Если вы хотите выслушать мое мнение, мисс Даниелс, я бы заметил, что на такое хозяйство вам нужно вдвое больше работников. У некоторых из ваших людей и зубов-то уже нет. – Здесь Брок подумал, что Шорти наверняка не сможет продержаться в седле целый день. – А один паренек моложе, чем трава на вашем пастбище.

Пруденс тяжело вздохнула.

– У нас трудности с деньгами, мистер Питерс. А этот паренек скоро уезжает. – Она подумала, что в ноябре уедут и другие. – Приближается зима, и я не могу позволить себе много работников. А те, кто стар, работают у нас очень давно, и мы не можем с ними расстаться. Они работали еще у моего отца. Что касается Уилла, молодого парня, – это младший брат Полли Флетчер. Он привез ее несколько недель назад из Нью-Йорка, и я просто не могла отправить его обратно.

– У вас очень тяжелое положение, мисс Даниелс, – деликатно заметил Брок.