Неофит
Шрифт:
— Да, мне нравится, — согласился я. Действительно, её вариант звучал лучше, хоть и непривычно. Все-таки русский рок — это, скорее, о тексте, чем о вокале. Но в данном случае можно совместить хорошую мелодию, текст и сильный вокал. Вопрос только в том, позволят ли мне мои природные данные так спеть.
— А у меня получится? — тут же озвучил я свои сомнения.
— Безусловно! — рубанула она. — У вас хорошие данные, отличный диапазон и видно, что вокалом вы занимались. Мои упражнения для вас выглядели привычными. Бросили, когда начал ломаться
— Примерно так, — кивнул я. Хорошая версия, объясняющая мои знания и при этом плохое владение голосом.
— Отлично, пишите слова, буду вам помогать, и приступим к разбору!
Прозанимались мы, в итоге, почти на полчаса больше, чем договаривались. Виолетта немного смущенно приняла оплату — три рубля, и я наконец-то покинул дом творчества. Усталый, но довольный. У нас с ней получилась отличная песня. Во время припева Виолетта работала бэк-вокалом, поскольку я еще не тянул на должный уровень. В итоге, уверен, это будет бомба.
Пройдя немного по улице, я зашел в столовую пообедать. После еды решил пешком отправиться домой. Идти не слишком далеко, чуть более получаса. И тут меня накрыло — накатило чувство стыда. Вспомнил, как пел песню, заглядывая в глаза Виолетте. Представил, как глупо это выглядело со стороны. Мелкий, худой и нескладный парень пялится на взрослую девушку и пытается поразить её новой песней. Н-да… Похоже, комплексы Виталика отлично передались мне по наследству. Ну, ничего, как говорил мой психолог: самое главное — осознать проблему, а проработать её уже не так сложно.
К концу прогулки, вроде, отпустило. Пусть оно идет, как идет. Возраст — дело такое, проходящее. А вот мои знания и пусть небольшой, но ценный жизненный опыт — они же остались со мной!
Деда еще не было дома. С работы он приезжает часов в восемь вечера. Так что, сварганив себе на скорую руку пару бутербродов, я засел за компьютер. Пока было настроение, начал записывать песни из своего мира. Первым делом прогонял через поисковик строчки текста — вдруг в этом мире они уже кем-то написаны — но нет, ни один хит из моего мира здесь не существовал. Затем по памяти записывал текст и правил под местные реалии. За пару часов работы набросал больше десяти песен. Думаю, на диск наберу без проблем.
Спустился в общую гостиную и включил музыкальный канал — надо глянуть, что сейчас в тренде. Крутили, в основном, попсу. Была пара поп-роковых групп. В принципе, по вокалу и музыкальному сопровождению местная музыка была на хорошем уровне. Но, на мой взгляд, достаточно однообразна. Песни из моего мира отличались как текстами, так и мелодикой. Тут уж я задумался — зайдут ли они? Все- таки музыкальный вкус надо подготавливать. Люди, которые всю жизнь слушали Пугачеву, могут принять песни Лепса, но примут ли они «ДДТ»? А песни группы «Рамштайн», боюсь, сразу проклянут! Надо пересмотреть подготовленный репертуар.
На часах было почти восемь вечера. Я разогрел ужин, который утром привезли из ресторана, и накрыл на стол. Как только
— О, ты уже накрыл на стол, молодец! — похвалил он меня, усаживаясь напротив.
— Да, было свободное время, — кивнул я.
Дмитрий Александрович не спеша ел, расспрашивая меня о прошедшем дне. Рассказал, что купил гитару, хочу петь песни. Сходил на занятия по вокалу и погулял по городу. В общем, вполне теплая беседа ни о чем деда и внука.
После ужина Дмитрий Александрович налил себе красного вина и устроился в кресле. Пересев к нему, я некоторое время наслаждался вкусным чаем. Дед явно ждал, что я буду его расспрашивать. Я решил оправдать его ожидания:
— У меня есть некоторые вопросы, — осторожно начал я разговор, — в первую очередь — какого наше финансовое состояние? — Меня весьма заботила эта тема. Виталик, к моему удивлению, вообще не интересовался семейными делами. Денег ему хватало, больше и не надо было. А вот у меня уже имелись определенные планы.
— Хороший вопрос, — дед слегка задумался, но не стал затягивать паузу. — У нас есть месторождение нефти и компания, которая её добывает. Это, в принципе, основной источник дохода нашей семьи. На наших землях расположен небольшой городок Хадыженск, где живут сотрудники и их семьи. В нем у нас имеется торговый центр, на окраине стоит принадлежащий нам пансионат-лечебница с минеральными водами. В городе имеется вся необходимая социальная инфраструктура. Она княжеская, но мы помогаем деньгами. Это поликлиники, школы, детский сады, пожарная часть, полицейский участок и так далее.
— Много там жителей?
— Порядка восьми тысяч человек. Хадыженск — небольшой город.
— Любопытно, получается, у нас свой город во владении? — затаив дыхание, уточнил я.
— Да, можно сказать и так. Мы же не мелкопоместные дворяне, а владетельные, — с гордостью в голосе ответил дед и усмехнулся, видя мою реакцию. Он читал меня, как открытую книгу.
— Блин! Мне это мало что говорит. Вроде, из памяти Виталика: владетельные дворяне — это князья?
— Не совсем так. В Европе мы бы звались баронами, но в Российской Империи такого титула нет. Есть только князья и дворяне. Из богатых семей есть еще промышленники. Некоторые из них управляют таким большим количеством земли и людей, что им завидуют сами князья. Да и капиталами они владеют приличными, многим дворянам такие суммы только снятся.
— Любопытно. А что нам дают эти владения?
— Титул, статус. Хотя, по факту, — просто кучу социальных проблем. На самом деле, все города и села, скорее, княжеские и имперские. Мы имеем некоторую власть на своих землях. Можем назначать мэра города и совет. Управлять частью налогов. Но если управление городом будет плохим, начнутся волнения. Род попадет в опалу. Управлять городом могут поставить внешнего управляющего от императора. Тогда род лишится многих преференций, и, конечно, это серьезный урон чести!