Ненависть

Алиса Борей

–

Остаток ночи прошел отвратительно. Опять снился горящий город и светловолосая девушка в прозрачном платье. Она манила его за собой, и он рвался к ней сквозь пламя, сквозь горящие, рушащиеся дома, но никак не мог достичь. Каких-то жалких дюймов всякий раз не хватало, чтобы дотянуться до ее протянутых рук. И еще туман, плотный как желе, он клубился перед ее лицом, мешая ему рассмотреть.

– Да кто ты такая? – Граф вскочил в постели.

Настроение было отвратное, голова гудела от выпитого накануне. Вийон

огляделся, – где это я?

Заскрипела отворяющаяся дверь, и в комнату вошла служанка.

– Я принесла вам воду для умывания. – Она поставила тазик на стол и взглянула в мутные покрасневшие глаза графа.

– Где я? – Вийон повторил вопрос.

Служанка отвела взгляд.

– Это бывшая спальня ваших родителей, господин. Комендант Готард приказал приготовить ее для вас.

Она стушевалась и, сделав книксен, поспешила удалиться.

– Дура. – Беззлобно бросил граф в сторону захлопнувшейся двери.

Глава 5

Схватившись двумя руками за край таза, Вийон полностью опустил голову в воду и забулькал. Холодная жидкость приятно охлаждала лицо, разгоняя похмелье. Он терпел до последнего, и лишь когда легкие начали разрываться от удушья, рванулся вверх. Длинные черные волосы заметались из стороны в сторону, разбрызгивая потоки воды. Жадный глоток живительного воздуха наполнил грудь, и граф, перестав мотать головой, довольно улыбнулся.

Хватит страдать ерундой, – он вытер лицо полотенцем и подошел к окну.

Яркое солнце ударило по глазам.

Жизнь прекрасна, – губы растянулись в улыбке, – и никто не сможет испортить мне этот замечательный день.

Он отогнал надвинувшиеся было воспоминания о прошедшей ночи.

Не хочу даже думать об этой ведьме. Выживет – ее счастье, а нет, так пусть горит в аду.

Вийон окинул взглядом мощенный двор и как был, в длинной белой рубахе навыпуск и холщовых штанах, зашлепал босыми ногами к двери.

– Надо вернуться к обычной жизни, – словно убеждая самого себя, он заговорил вслух, – хватит пить и киснуть, пора заняться делами.

Дверь тяжело заскрипела и пахнуло сыростью каменного коридора. Замелькали под ногами ступени. Еще одна дверь и граф, щурясь от слепящего света, вышел во внутренний двор. По ушам сразу ударил грохот железа. На ристалище пятерка молодых бойцов в полной боевой броне валтузила друг друга тупыми учебными мечами. У края засыпанной песком площадки на деревянной колоде сидел Давиго и с ироничной улыбкой наблюдал за происходящим.

– Развлекаешься? – Вийон бесшумно подошел к незамечающему его капитану.

Давиго вскочил и с удивлением уставился на босого в одном исподнем графа.

– Да вот учу дураков, – он замялся, еще не раскусив в каком настроении Его Сиятельство.

Не обращая внимания на отвисшую челюсть своего капитана, граф прошел мимо и ступил на теплый песок.

– Это

правильно, дураков надо учить. – Его взгляд остановился на длинном обломке копейного древка, валяющегося под ногами.

Вот что мне сейчас пойдет на пользу, – промелькнувшая мысль отразилась на лице хищным оскалом.

Вийон подобрал обломок и, крутанув в руке, крикнул отчаянно рубящимся воинам.

– Эй вы! Ставлю полновесный серебряный реал тому из вас, кто хотя бы коснется меня своей железякой.

Бойцы остановились, и пять темных прорезей в стальных шлемах уставились на графа.

– Смелей, губошлепы! – Граф шагнул вперед, покручивая дубинкой. – Одолеете, с меня еще ведро пива на всех.

Молодежь, поглядывая на своего капитана, не могла решиться. Граф без доспехов, босиком. Все это выглядело как-то странно.

Давиго тоже пребывал в растерянности. Хозяин последнее время сам не свой, черт его знает, может он и сейчас не в себе. Не дай бог зашибут его, хоть это и зелень неученая, но парни крепкие и все же пятеро на одного.

Вийон, прекращая всякие сомнения, резко засадил палкой по шлему одного из бойцов. Колоколом загудела сталь, и парень пошатнулся от удара.

– Неужто стерпите, сопляки? – Он хищно осклабился. – Налетай, серебряный реал на дороге не валяется.

Молодежь закрылась щитами и подняла мечи. Они уже поняли, это проверка, и графа надо аккуратно завалить, желательно не покалечив.

Первые удары пошли довольно вялые и Вийон. легко уклоняясь, колотил палкой своих соперников.

– Шевелитесь, коровы! – Он врезал по затылку одного из нападавших.

Парни, подстегнутые обидными ударами, заводились все больше и больше. Мечи неслись с разных сторон с азартным свистом рассекая воздух. На ристалище запахло кровью, но граф, словно не замечая опасности продолжал издеваться, мотая тяжелых бойцов по рингу. Озверевшая пятерка, наконец-то сменила тактику и перестав бегать толпой за противником начала старательно загонять его в угол. Удары пошли все ближе и ближе, а свободы маневра становилось с каждой секундой все меньше. Даже Давиго напряженно поднялся, готовясь вмешаться в любой момент, но в тот миг, когда его рот уже открылся готовый крикнуть отбой, граф вдруг резко нырнул вперед, пропуская пролетевший над головой меч и одним ударом подсек ногу впереди стоящего парня.

Грузно рухнуло на землю отягощенное доспехами тело. Вийон сильно ткнул палкой под самый край кирасы прямо в незащищенный живот. Боец, задохнувшись от боли, завыл и завалился набок.

Учить надо дураков, – пробурчал себе под нос граф, видя, что остальные замерли в растерянности. – Нельзя в бою рот разевать.

Резкий бросок и, один конец дубинки ударил в шею под открывшуюся под шлемом щель, а второй рубанул по незащищенному колену. Теперь уже три человека стонало и ползало песку.