Нелюдь
Шрифт:
– Вспомнил! – радости в голосе Кости было мало. Злость была. И какая-то растерянность. – Андрюха, посмотри поближе. Помнишь то заседание, на которое Витек ввалился?
– Погоди, как его… Вован?! Тот, что за вином бегал?!
– Он самый. У меня на лица память хорошая, работа такая, что не обойдешься. Да и учили нас…
– И что вы заканчивали? – заинтересовался особист. – Юридический?
– Он самый, – Костя коротко кивнул. – Теперь, правда, называют академией права, а юридический институт у нас в городе – бывшая школа милиции. Так что, гражданин
– Вроде бы не видать… Погоди, а вот этого я знаю. Товарищ полковник, они нас уже бить пытались. Костя, вон тот, слева под кустиком, туристу нашему руку тогда и сломал. Помнишь, когда гопа Сашку искала.
– Помню, – Костя присел над трупом Вована. – Гражданин полковник, а на шее у этого… субъекта… ничего не было? След такой, словно цепочку сдернули.
– Было, коллега, – особист встретил удивленный взгляд легкой усмешкой. – Я даже показывал, что именно. Причем, у него одного. Сам досматривал.
– Даже во-от как… Заня-я-тно, – процедил сквозь зубы юрист.
– И что же тут занятного? Надо было выяснить, кого мы ловим.
– Да я не о вас… Мне бы с их командиром сейчас очень хотелось потолковать. Очень. Да, кстати! – Костя хлопнул себя сначала по лбу, потом по поясу. – Вот черт, перекладывал же…
Он достал из-за пазухи сотовый телефон. Голубовато засветился экранчик, зеленым фосфором – кнопки. Некоторые тут же скрылись под пальцами.
– Та-ак, записывал я его номер… Ага, ну-ка, сейчас я кому-то пожелаю спокойной ночи…
Внезапно по ночному лесу разнеслась тоненькая, пищащая музыка. Карпенко отскочил за дерево и вскинул автомат, полковник рванул висевшую на боку кобуру. Писк повторился. Знакомая какая-то мелодия. Ну конечно же! «Турецкий марш». В исполнении мобильного
телефона.
– А вот и наш абонент, – хмыкнул Костя. – Вполне доступен. Можно пойти и посмотреть.
– Сейчас посмотрим, – Карпенко щелкнул рацией. – «Полста второй», я «Пятый», сижу на заборе. Быстро ко мне!
Где-то за спиной треснула ветка, зашуршала прошлогодняя листва. Через минуту в сторону пиликающего телефона двинулись перебежками четверо автоматчиков. Еще трое остались прикрывать начальство.
– Здесь он! Лежит, готовый уже! – донеслось из темноты.
– Ну и все, нечего батарейки зря сажать, – «Турецкий марш» оборвался, Костя засунул свою трубку в карман. – Посмотрим, кого они там нашли?
Зрелище было не из приятных. Даже по сравнению с телами Вована и его товарищей. Фонарик высветил красно-желтое месиво, обернутое камуфляжными лохмотьями. Кто-то присвистнул:
– Это чего, из «владимира», что ли?
– Похоже на то, – полковник взял фонарь, нагнулся, присмотрелся внимательнее. – Точно. Я думал, еще из дробовика могли, в упор. Нет, все-таки БТР его достал. Это же надо было так попасть – на бегу и точно в голову! И как теперь это опознавать? По пальцам?
Действительно, процедура не из простых. Человеческий череп – вещь довольно прочная, но на попадание крупнокалиберной пули явно не
– Подождите, товарищ полковник, – Андрей встал на одно колено, перевернул обезображенный труп на спину. Достал карманный нож, взрезал липкие тряпки. – Точно, Костя, это он.
Карпенко вполголоса выматерился. Особист сдержано хмыкнул, плюнул себе на палец, потер грудь убитого – слева, под соском. Еще раз подсветил себе фонариком. Поднялся.
– Татуировка настоящая. Подлинная, насколько могу разобрать. Занятные у вас знакомые, ребятки.
В желтоватом электрическом свете разлегшийся на холодной коже волк казался зеленым.
– Ну что, можете радоваться, – продолжил полковник. – Больше с вами воевать некому.
– Не можем, – тоскливо ответил Костя. – Если бы он один был… С Витьком… – голос сорвался. – С ним хоть как-то могли бы договориться. А теперь где я главных искать буду? Единственная зацепка была.
– Да-а, так тут контора еще серьезнее, чем я думал, – полковник потер подбородок. – Похоже, у вас будут интересные времена… и у нас тоже.
– Просто удивительные, товарищ полковник, – Андрей рывком поднялся. – И чем дальше, тем удивительнее.
ГЛАВА 18
Дребезжание звонка отдалось эхом в подъезде, скатилось по лестнице и вылетело в давно разбитое пыльное окно. За дверью тут же гулко и хрипло залаяла собака. Простужено как-то. Полаяла и утихла, обиженно подвыв-зевнув напоследок. И больше никто не отозвался.
Стоявший перед дверью снова дотянулся до желтоватой кнопки, придавил. Тут же кашляющий лай возобновился, стал глуше, удалился куда-то в недра квартиры. Вернулся, но на этот раз за ним двигалось неторопливое шлепанье. Приблизилось, замерло у двери. Чуть заметно мигнул дверной глазок.
– Кто там? – наконец отозвалась хозяйка. Не такой уж старый голос: посетитель ожидал встречи со старушкой лет шестидесяти. Или это дочка?
– Мне Раису Александровну. Я вчера звонил, насчет заговора…
– Помню, помню, – скрежетнул замок, серебристо звякнула цепочка. Хозяйке и в самом деле было не больше пятидесяти. Даже меньше – если судить по виду. Впрочем, посетитель по виду и не судил, у него были свои принципы и методы. – Заходите. Вы Сергей, если я не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь, – молодой человек в потертом джинсовом костюме шагнул через порог. Остановился, услышав неодобрительное рычание. – А вы – Раиса Александровна? Ведьма?
– Не ведьма, а целительница! – строго поправила хозяйка. – Да вы не бойтесь, не укусит. Место! Место, сказала!
Собака злобно поблескивала глазами из-под густой серой шерсти. Команду выполнять явно не торопилась, скорее наоборот: скалилась желтыми клыками, пыталась проскользнуть за дверь. Наконец снова залаяла-закашляла – на этот раз не с подвыванием, а с грозным рыком. Будь она побольше, могла бы и напугать. Хотя вообще-то бойцы из миттельшнауцеров неважные. Могут, конечно, и выше колена достать, но только в прыжке. А такой бочонок на лапках, который скалился из-за двери, прыгать вряд ли сможет.