Некромант против тьмы
Шрифт:
– Я пока точно не знаю, как Степан лишился памяти и можно ли ему помочь, – говорю я и делаю лешим предложение, от которого невозможно отказаться: – Но я сделаю всё, чтобы вернуть ему память.
– Ты нам поможешь? – с надеждой спрашивает серая белочка.
– Помогу.
– А зачем тебе нам помогать? – уточняет енот.
– Мне тоже у Степана нужно кое-что узнать – отвечаю я. – Так что, в этом наши желания совпадают.
Лешие отходят на минутку и о чём-то тайком шепчутся. До меня долетают только обрывки фраз, но и по ним понятно: они
Наконец, ко мне возвращается енот, а остальные ждут его поодаль.
– Мы посовещались, и я решил, что нас всё устраивает, – сообщает мне енот. – Иди, некромант Ксандр, в деревню, помоги Степану и обязательно узнай, куда же делся хозяин леса. А мы будем ждать.
– Договорились, – согласно отвечаю я.
Лешие расступаются в стороны, давая нам пройти, а я всё никак не могу отделаться от мысли, что мир, в который я попал, полностью повёрнутый. Ну почему здесь так не любят сотрудничать? Почему все так жаждут меня убить? Это уже начинает мне надоедать. И ведь совсем скоро надоест окончательно. А мне бы этого не хотелось. Очень сильно не хотелось бы.
Глава 20. И пришла Тьма
Зная, кого именно нашёл в лесу, я иду напрямик к домику Прохора. Подвожу старика-мага к калитке и зову хозяина дома:
– Прохор! Выходи! Разговор есть!
По своему обыкновению недовольно ворча, Прохор выглядывает из окна.
– Чего хотел, некромант? – недружелюбно спрашивает он. – И не ори! Ночь на дворе. Люди спят.
– Гостя к тебе привёл, – отвечаю я и кладу руку на плечо старика. – Приютишь?
Прохор скрывается в доме, и из окна слышится только его недовольное ворчание:
– Привёл он кого-то. Кормить! Будто нам своих ртов мало.
– Куда?.. Куда мы пришли? – тихо спрашивает меня Степан.
– Домой, – шепчу я в ответ.
Прохор выходит на крыльцо. У него в руках масляная лампа. Он светит ей перед собой и щурится, разглядывая нас.
– Кто?.. – спрашивает он и вдруг умолкает. Смотрит на меня. – Это?..
– Да.
– Это же…
– Да.
Я толкаю старика вперёд. Он встаёт напротив Прохора и тоже внимательно его рассматривает.
– На сына моего похож, – говорит Степан, указывая на Прохора. – Только тот помоложе был.
– Лет на десять, – добавляю я. – Ну что, Прохор, теперь узнал?
– Батька! Батька! – кричит тот и бросается обнимать старика. Оборачивается к дому и зовёт: – Прасковья, глянь-ка! Степан вернулся!
– Как Степан? Который Степан? – Прасковья выходит на крыльцо и с удивлением глядит на нас. – Степан?
– Отец мой! – с гордостью отвечает Прохор, разглядывая морщинистое лицо старика. Затем смотрит на меня и строго спрашивает: – Ты нашёл?
– Я нашёл.
Прохор отпускает отца и подходит ко мне. Ожидаю чего угодно, но только не этого: он крепко обнимает меня и благодарит.
– Спасибо тебе, некромант! Спасибо, что отца домой вернул! Вовек тебе этого
Последнее звучит чуть ли не как угроза, но я слишком устал, чтобы обращать на это внимание.
– Да ладно тебе, – говорю я, пытаясь выбраться из чересчур крепких объятий. – Оно само так вышло.
– Как вышло? Расскажи!
– Да что же мы тут-то стоим! – восклицает Прасковья. – Идём в дом. Там всё и расскажешь.
Теперь, когда тьма в лесу полностью уничтожена, я больше не скрываю, зачем снова туда ходил. Прохор только хмыкает, услышав, что тьма не была уничтожена с первого раза.
Пока я описываю спасение старика-мага и освобождение леса от тьмы, Прасковья накрывает на стол и приводит старика Степана в порядок. За стол он садится полностью преображённым: умытый, в новой чистой одежде и с аккуратно причёсанной бородой. И не скажешь, что десять лет в лесу у тёмного портала просидел.
Я вижу, как Прохор прячет слёзы при виде отца, и улыбаюсь. Хорошее дело я сделал. Человека домой вернул. Уважение и честь заслужил. Не зря помогать Молотне взялся.
– Так, значит, это портал был? – уточняет Прохор. – И куда он вёл?
– Не знаю, – пожимаю плечами я. – Я ведь его не ставил, разрушил только. Но точно тебе скажу, Прохор, маг-портальщик должен быть силён, как высший демон, чтобы такое провернуть.
– Думаешь, это сделал кто-то из ваших? – напряжённым голосом спрашивает Прохор.
Глупый вопрос вызывает у меня приступ смеха.
– Я не знаю всех демонов лично, Прохор, – говорю я, смеясь. – Как и ты не знаешь всех людей этого мира. Не говоря уже про другие.
– Ну, мало ли.
Вот действительно. Хотя откуда Прохору знать, может мы, демоны, и правда, друг с другом знакомы все. Я снова смеюсь.
– Ладно, Прохор. Сегодня был отличный день, но слишком длинный даже для меня.
Я протягиваю ему руку, и он её пожимает. Провожает меня до порога.
– Я рад, что твой отец нашёлся. И что он жив, – добавляю я.
– И я рад, – говорит он, отводит взгляд и смущённо добавляет: – Ты это, извини, что я такой… Ну, так… Я ж просто раньше-то никогда среди тёмных нормального мужика и не встречал. А ты – человек! – Он смущается ещё больше. – Ну, в смысле, не человек ты, но…
– Я понял. Ничего страшного, Прохор, – перебиваю его я. – Как видишь, и среди тёмных есть нормальные «люди». И я рад, что ты это понял.
– Ты это… – продолжает Прохор. – Если что, я для тебя всё сделаю. Прям вот всё! Чего хочешь проси.
– Хорошо, хорошо, – отвечаю я. – А что мне нужно, ты и так знаешь.
Прохор чешет макушку и через силу выдаёт:
– Я там не совсем всю правду про ту бумагу сказал. – Он разводит руками. – Ты уж извини, ты всё же нечисть.
Быстро я у Прохора скачу от благодетеля до нечисти. Но я не в обиде.
– Я знаю.
– Как?
– Я ж нечисть.
Прохор прищуривается, глядя мне в глаза, а затем вдруг понимает. Он громко хохочет и дружески хлопает меня по спине.