Некромант против тьмы
Шрифт:
Моё лицо искажает коварная ухмылка. Сейчас «зверушки» увидят, что значит связаться не с тем демоном. Тем более высшим!
А чтобы лешие не избежали кары, я прячу свою атаку с помощью заклинания скрытности. Накидываю на магический шар простейшие руны, и он становится невидимым. Просто воздух дрожит от напряжения – и больше ничего. Не видно и не слышно. Как раз то, что нужно!
Смотрю вниз, выискивая взглядом леших. Те собрались в кучку посреди леса и следят за мной, задрав мордочки вверх. Решают, наверное,
– Не думайте. Всё равно не додумаетесь, – кричу я лешим, хохоча.
Пара всплесков природной магии хлопают далеко внизу, не доставая до меня.
– Можете не стараться, пушистенькие. Не достанете!
Я прицеливаюсь и направляю невидимую сферу точно в то место, где собрались лешие.
– Ловите, твари, – шепчу я сквозь зубы.
Моего удара лешие не видят, но скорее всего что-то чувствуют своим магическим нутром. Возможно, тьму в его составе. Сфера проделывает половину пути к земле, когда лешие бросаются врассыпную. Однако уже поздно. Магический шар раскалывается. Раздаётся оглушающий хлопок и по округе раскатывается грохот взрыва.
Эффект впечатляющий!
Столб тёмного магического пламени взвивается в небо и тёмно-серыми клубами расходится в облаках. Он вырастает над лесом, словно гигантский гриб из дыма и пепла. Деревья гнутся до самой земли, как тонкие прутики. Волна пламени окутывает лес и с сумасшедшей скоростью расходится вокруг. Пара мгновений, и вся тьма на расстоянии нескольких километров обращается прахом.
Приятно видеть!
Довольно улыбаюсь, отряхиваю ладони и не спеша спускаюсь вниз.
Я сделал всё, как по учебнику. Собрал Силу воедино и надёжно скрепил её рунами, создав магическую сферу в несколько килотонн Тьмы.
Однако, кое-что я добавил чисто от себя. Эксперимент чистой воды. Я заставил Силу в сфере реагировать на точно такую же тёмную Силу – суть любой нечисти. При их столкновении происходит выброс магии, уничтожающий тьму в любом предмете, существе или растении. В деревьях, например. И в леших.
А то, что не затронуто тьмой, оставалось целым.
Идеально!
И идеальное применение моих знаний!
Таких магических сфер мир ещё не видывал.
Мысленно ставлю себе «отлично» в зачётку и хвалю: «Умница, Ксандр!»
* * *
Опускаюсь на землю, складываю крылья и обращаюсь человеком. Думаю, что больше в споре с лешими мне мой истинный облик не понадобится.
Вокруг меня тихо. В этом лесу и до взрыва не было слышно ни птиц, ни зверей, но теперь тишина поистине «мёртвая».
Тлеют остатки напитанных тёмной магией деревьев, тлеет трава под ногами, тлеет вся нечисть. Лес, докуда видит глаз, обратился в выжженную пустошь.
Моих рук дело! Смотрю и не нарадуюсь.
– Ах ты ж ирод окаянный! Ты чего натворил?
Оглушающий крик раздаётся из-за обгорелых кустов.
– Ты пошто лес искалечил? Совсем нас добычи лишить решил?
– А толку тебе от этого леса, если им пользоваться нельзя? – спокойно спрашиваю я. – Ни охоты, ни добычи.
Когда Митька подлетает вплотную, я поворачиваюсь и опускаю на него взгляд. Парень сразу вспоминает о разнице в наших размерах и напирать перестаёт.
– Ну как же… Ну лес же… – пытается собраться с мыслями он, нелепо разводя руками. – Как же теперь?
– А теперь – поговорим! – Я нахожу взглядом очередную засыпанную золой шевелящуюся кучку, подхожу и легонько пинаю её ногой. – Слышь, енотик, поговорим?
Куча отряхивается, и на свет появляется истощённый до последней капли сил леший.
– Грр… Грр, – тихо издаёт он. Словно мопед завестись не может. – Я… Е… Егр-р…
– Егор? – почти угадываю я.
Леший кивает. Садится в кучу золы, совсем недавно бывшей каким-то величавым деревом, и устало выдыхает:
– Поговорим.
Так-то лучше.
– Мить! – зову я. – Сходи за лесорубами. Пусть подберут подходящие деревья и начинают вырубку. Заодно в деревне подмогу возьмите. Надо запас древесины сделать, – небрежно указываю рукой на лешего, – пока «хозяин леса» не против. – Наклоняюсь к нему и нарочито громко уточняю: – Ты же не против, а, Егорка?
Егорка отрицательно мотает головой и что-то недовольно ворчит себе под нос.
– Что-что? – уточняю я, настроенный силой «убедить» лешего в том, что он не прав.
– Я-то не против, – отвечает леший, но прежде чем я довольно кивну, добавляет: – Только вот не я тут хозяин леса…
– Оп-па! – вырывается у меня. – А кто?
Леший Егор поднимает на меня раскрасневшиеся глаза и шепчет:
– Сама Тьма!
Мы с Митькой переглядываемся. Он пожимает плечами, и, видит Тьма, я хочу сделать точно так же. Но мне нельзя – я тут за главного, а главный знает всё.
– Звучит, конечно, страшно и таинственно, – говорю я, обращаясь к Егору, – но разве не вы, лешие, местная тьма и нечисть?
– Не-ечисть мы, – тянет Егор, закатывая глаза. – Только вот не мы этот лес тёмным сделали.
– Ага. Конечно. А людей кто жрёт?
Егор поднимает на меня наполненный тоской взгляд и отвечает:
– А ты спроси сначала, демон проклятущий, почему мы людей жрём.
Оскорбление я пропускаю мимо ушей. Да и не оскорбление вовсе, а констатация факта.
– Ну и почему же вы, бедные-несчастные, людей жрёте против собственной воли?
– Почему сразу против воли-то? – оживляется леший. – Люди вкусные, а мы – голодные. Мы их в своё удовольствие жрём. И в свои животики.
Он довольно потирает пузо, а я молчу.