Некондиционный

Силоч Юрий Витальевич

Было ясно как Божий день, что будет с этим «Городом счастья» через несколько лет. Яркая краска облезет, проложенные наспех коммуникации придут в негодность, дороги смоет дождями, а на поддержание «развитой инфраструктуры» в виде детского сада на сотню мест и средней школы, воспитывающей малолетних преступников, с жителей будут драть такие налоги, что те взвоют. Но это будет потом, сейчас там искусственные газоны, яркие детские площадки, и в смоге даже есть немного воздуха.

Я много где успел побывать и обнаружил, что любой город можно представить в виде девушки. В этом смысле Кайра

была маскотом Нейро-Сити. Во-первых, она была шлюхой. Но не уличной, а в некотором роде элитной - принимала и обслуживала клиентов у себя дома, в тепле и уюте. Во-вторых, она выглядела очень нестандартно даже в нынешнее, богатое на всяческих фриков, время. Её идеальное тело было покрыто цветными татуировками, и мне в пьяном бреду частенько казалось, что они шевелятся, сплетаясь в какие-то совершенно непостижимые узоры. Длинные и пышные чёрные волосы были полностью выбриты над левым ухом, и на оголённом месте красовался стилизованный под скорпиона серебряный мозговой имплантат-бустер.

Я позвонил Кайре с уличного телефона-автомата, уцелевшего лишь благодаря тому, что он уже лет сто как был никому не нужен.

– Привет. Это Морт. Я перекантуюсь у тебя пару дней?..

– Да, конечно, – Кайра всегда была легка в общении и позволяла пожить у неё в тяжелые времена.
– Купи пива.

– Прости, я пустой. Ни гроша в кармане.

– Я переведу, не парься.

– Хорошо. Переведи мне тогда ещё чуток, куплю себе шоколадок. Жрать охота.

– Опять с кем-то подрался? – она была осведомлена о моих особенностях.

– Да.

– Хорошо, жди деньги, сейчас переведу, – она собралась отключиться, но я крикнул в трубку:

– Стой! Погоди!

– Что такое? Меня тут ждут…

– Просто хотел попросить тебя отключить Brains, пока я буду у тебя, ок?

– Ла-адно, – недовольным голосом протянула она.

– Ты у меня просто золото, – я повесил в трубку и порысил в ближайший супермаркет, замотав лицо длинным чёрным шарфом.

Люди в своем развитии свернули куда-то не туда, если женщина просит купить пива, а мужик клянчит деньги себе на шоколад.

Я съел четыре энергетических батончика по дороге к дому Кайры. Жрать хотелось просто неимоверно, и мне не терпелось употребить остальное.

– Привет, сладкий, – Кайра открыла мне двери в одном чёрном нижнем белье и чулках, чмокнула в щеку и забрала пакет. На завёрнутый в простыню дробовик она не обратила никакого внимания; от неё нестерпимо пахло сексом.
– Топай в комнату и не отсвечивай, ко мне скоро придут.

Апартаменты были очень просторные и уютные – не чета моей грязной берлоге. Чёрт возьми, тут даже цветы в горшках стояли на окнах! Уму непостижимо, как они только выжили. Следующие два часа я провел, сидя на диване, уставившись в стену-экран, треская шоколадные батончики и слушая, как за стеной трахают Кайру.

– У-ух… - наконец-то дверь за последним на сегодня клиентом закрылась и голая хозяйка дома заглянула ко мне.
– Как ты тут? Не скучал? – глаза у неё были будто подернуты пеленой от удовольствия.

– Нет, всё нормально.

– Тогда я в душ. Тащи пиво сюда. Чёрт… - она посмотрела на чулок.
– Опять стрелка. Козлы.

Спустя десять минут

мы уже торчали перед экраном, смотрели какую-то чушь и пили пиво. Кайра в коротком мягком розовом халате выглядела очень уютной и домашней даже несмотря на татуировки и серебряного скорпиона на голове.

– Можно я всё-таки зайду в Brains? – спросила она, в сотый раз за вечер переключая канал.

– Нет.

– Да ладно тебе. По телевизору одно дерьмо! – она обиженно надула губки, но со мной этот фокус не прокатывал: я прекрасно знал, что она этими губками вытворяла.

– А в сети, значит, не дерьмо?

– В сети я хотя бы выбираю его сама.

Я рассмеялся:

– Выбранное тобой дерьмо не перестаёт быть дерьмом. К тому же я не хочу, чтобы о моём присутствии тут кто-то узнал. Не думаю, что ты настолько хорошо контролируешь свои мысли.

– Ах да. Ты же с кем-то подрался. Никого не убил, надеюсь?..

Я серьёзно взглянул на неё:

– Не смешно. Сама же знаешь, что когда включается боевая программа…

– … ты перестаёшь себя контролировать, я помню. Ты мне все уши этим прожужжал.

– Именно. Поэтому вопрос неверно поставлен. Надо было спрашивать, скольких я убил.

– И?..
– Кайра не отрывалась от телевизора и переключала каналы в поисках чего-нибудь стоящего. Ей было глубоко плевать на то, что кто-то умер в мучениях. Точно так же, как и остальному Нейро-Сити.

– Шестерых, – я не стал уточнять, что голыми руками разорвал на тряпки сынка Коромальди и что его папочка наверняка уже назначил цену за мою голову.

– Хреново, – она равнодушно пожала плечами и уставилась в экран, где показывали, как по сцене прыгает какой-то парень в цветастых обтягивающих шмотках.
– Если что, я ничего не знала.

– Конечно. Уложи меня спать.

– Ага, располагайся как обычно. Я тоже пойду. Устала.

– Затрахалась? – не удержался я от колкости.

– Ага, - хохотнула Кайра в ответ, - а что, ты тоже хочешь?

– Прости, у меня голова болит, – я честно пытался шутить, но остроумие, как и всегда в обществе симпатичных женщин, меня покинуло.

– Конечно, болит, – кивнула Мисс Нейро-Сити.
– У тебя же в ней огромная вмятина.

– Забыл про неё, – смутился я.
– Спокойной ночи.

– Сладких, – Кайра, виляя бедрами, ушла к себе на рабочее место - огромную постель-траходром, пропитанную потом и любовными соками, а я, не раздеваясь, устроился на диване - и через несколько минут уже храпел.

Я сплю очень чутко и быстро реагирую на любой шорох. Ночью ко мне просто невозможно подобраться незамеченным – я тут же просыпаюсь, готовый к бою. Именно так я и думал до этой ночи.

Вломились уже под утро – часов в пять. Секунду назад царила мёртвая тишина и спокойствие, а потом р-раз… - и квартира до отказа забита угрюмыми мужиками самого что ни на есть уголовного вида. Меня стащили с дивана и в два счета скрутили руки за спиной. Сверху уселся какой-то амбал, вонявший застарелым потом и пивом. Из соседней комнаты зачем-то приволокли голую Кайру, которую, разобравшись что к чему, тут же перегнули через подлокотник дивана и собрались изнасиловать.