Нэк Меч

Пирс Энтони

Нэка отсчитала вдоль стены несколько плиток и нажала на одну из них. Потом отсчитала снова, но уже в другую сторону и нажала опять. Потом еще раз повторила то же самое. Ничего не происходило.

— Для того чтобы пустить воду, нужно повернуть рукоятку, — сказал Нэк. — Вот эту для холодной воды, а эту — для горячей. Только зачем тебе мыться — ты только-только начала пахнуть как настоящая кочевница…

— Попробую проделать все то же самое, но быстрее, — продолжала говорить сама с собой Нэка. — Нужные плитки я нашла, попробую быстрее.

Мистический ритуал с нажатием плиток был повторен

ею снова. Нэк почел за лучшее терпеливо ждать. Ненормальные они и есть ненормальные!

За стеной душа что-то громко щелкнуло. Нэка надавила на одну из плиток на стене посильнее, та откинулась, за ней оказалась обыкновенная дверная ручка. Нэк вытаращил глаза — он отродясь не знал, что в стенах душа спрятаны такие ручки! Если она не для горячей или холодной воды, тогда для чего?

Нэка повернула ручку и потянула ее на себя — часть стены душевой открылась, как дверь.

За стеной душа обнаружилась маленькая комнатка — и это-то внутри центральной колонны хижины, которая спокон века считалась цельной!

— Пошли! — позвала она Нэка и первой шагнула внутрь.

Нэк вошел следом, беспокойно нащупывая рукоятку меча. Комнатка была совершенно пустой и едва могла вместить их двоих. Нэка закрыла дверь и нажала на стене какую-то кнопку. Раздалось гудение, и пол начал проваливаться вниз.

Нэк подпрыгнул и начал хвататься за меч. Нэка рассмеялась.

— Эх ты, кочевник! Это цивилизация. Называется лифт. Во всех наших домах есть такие, и у подземных жителей тоже. Это тайный ход, который используется для снабжения хижины всем необходимым. Когда кочевники видят, как грузовик ненормальных подъезжает к хижинам, они думают, что машины прибыли с провизией, — но на самом деле мы приезжаем, чтобы забирать оружие и еду из хижин. Кое-что, в основном громоздкое и тяжелое оборудование, поступает к нам через другие точки, о которых кочевники даже представления не имеют.

Пол под ногами остановился. Нэка нажала на невидимую рукоятку, и часть стены снова распахнулась. Перед ними открылся уходящий в темноту коридор.

— Дело плохо, — тревожно сказала Нэка. — Лифт работает от тока, вырабатываемого из солнечного света хижиной. Лампы в туннеле горят от тока Геликона. Похоже, ты был прав — подземный мир мертв.

Нэка включила фонарь, о существовании которого у нее Нэк даже не подозревал.

— Все равно нужно посмотреть.

Проход привел их в комнату с разбросанными по полу пустыми коробками.

— Кто-то уже побывал здесь, — сказала Нэка. — Они приходили за припасами. После этого никто больше склад не пополнял.

— Наверное, это люди с последнего грузовика — с того, что не вернулся.

— Наши люди никуда дальше этого склада не ходят, — сказала Нэка. — Но где-то здесь должен быть ход, ведущий в Геликон. Нужно найти его.

— Там внутри может оказаться не слишком-то приятно.

Нэк в свое время наслушался рассказов о подземных лабиринтах заваленных мертвыми телами. Во многом это могло быть преувеличением, но тем не менее…

— Я знаю.

Нэка поцеловала его — с некоторых пор она взяла это в привычку и ужасно гордилась своим достижением. Затем она начала ощупывать стены склада по периметру, как недавно в душевой, —

искала тайный вход.

— Если вас не хотели пускать внутрь, дверь вряд ли будет открываться с этой стороны, — заметил Нэк. — Кроме того, за ней может быть ловушка.

— Не думаю. Вход, конечно, охранялся, но мы не враждовали. Я говорю о ненормальных и жителях Геликона. Мы были нужны подземным жителям так же, как и они нам, потому что, несмотря на свои достижения в гидропонике, выращивать нормальные овощи или тем более лес они не могли. Для населения Геликона было выгодно вести с нами торговлю, поэтому все свои усилия они сосредоточили на тяжелой промышленности, которой с тех пор мы не касались. Это любимая тема разговоров доктора Джонса, он мог говорить про это часами и называл это основой сотрудничества цивилизаций.

— Итак, ты уверена, что там внутри бояться нечего, — подытожил Нэк.

Нэка снова начала выстукивать стенные панели, без очевидного результата.

Нэк исследовал пол и изучил потертости и царапины на нем, так же как это он делал в оставленном бандитами лагере.

— Здесь, — сказал он, дотронувшись рукой до одной из секций стены. — Вход внутрь здесь.

Нэка тут же присоединилась к нему:

— Ты уверен? Снаружи не видно никаких следов.

Без слов Нэк направил на пол свет ее фонаря. Ответ был ясен. Получив таким образом подсказку, через некоторое время они обнаружили на стене тонюсенькие щели, окаймляющие дверь.

— Вероятно, дверь открывается внутрь. С этой стороны нет ни петель, ни царапин на полу.

Нэка поводила лучом фонаря вдоль найденной нижней щели:

— Если только дверь не отодвигается в сторону…

Нэк с трудом просунул острие меча в боковую щель и осторожно нажал. Часть стены сдвинулась в сторону — на долю фута.

— Дверь отодвигается вбок, но сейчас она заперта или зажата чем-то.

— Наверное, заперта с той стороны, — предположила Нэка. — Сможешь ее открыть?

— Мечом нет. Но у нас в грузовике есть ломик. Если хорошенько нажать им, дверь поддастся.

Они вернулись к машине и выбрали необходимые инструменты. Через некоторое время дверь была открыта.

За дверью в мрачную даль уходили рельсовые пути.

— Они пользовались железной дорогой! — изумилась Нэка. — По ней сюда возили припасы, может быть, даже управляя вагонами на расстоянии. Вот это да!

Однако никаких транспортных средств на рельсах не оказалось, поэтому дальше пошли пешком. Нэк ощущал беспокойство в месте незнакомом и, очевидно, опасном, но Нэке было все нипочем. В темноте она нашла его руку и тихонько сжала.

Нэк начал считать шаги. Примерно через милю или чуть больше рельсы кончились. По обе стороны от них возвышались платформы, заставленные ящиками и картонными коробками. В нескольких местах платформы перерезали боковые пути, на которых стояли напоминающие их грузовик механизмы, только поменьше размером. Выбравшись на платформу и вытянув за собой Нэку, Нэк открыл одни из ящиков — внутри него рядком лежали блестящие металлические стержни — фехтовальные палки, на глаз около дюжины.

Значит, это была правда: подземные жители изготовляли оружие кочевников. Знал ли об этом Безоружный, когда объявлял Горе войну?