Неизведанные пути

Бодров Виталий

Домишко был ветхий – казалось, он может рассыпаться от одного порыва ветра. На вид – тут не каждая бродячая собака рискнула бы поселиться. Единственная дверь была накрепко забита досками, окна скрывались за ставнями. Рубай озадаченно почесал затылок.

– Как же мы сюда войдем? – поинтересовался он.

– Это, видимо, маленький экзамен от Серого, – пояснил Голова. – Ну-ка, посмотрим повнимательнее, где-то должна быть лазейка.

Лазейку отыскала Лани. Одно из окон, почти у самой земли (строение было кособоким), показалось ей подозрительным, и

девушка внимательно исследовала его. Как она и предполагала, ставни оказались с секретом. Нажав на одну из них, можно было сдвинуть вторую в сторону, что Лани успешно и продемонстрировала. Оконной рамы за ставнями не было вовсе, Голова и Лани бесшумно скользнули внутрь дома. Рубай идти отказался наотрез:

– Я вас лучше здесь подожду. В тенечке посижу.

– Добро, – согласился Голова. – Только будь настороже. Район здесь такой… небезопасный. Городская стража сюда редко заглядывает. Горло за медную монетку вскрыть могут. А за серебряную – в задницу поцеловать.

– За серебряную я их сам поцелую, – прогудел Рубай, хищно поглаживая рукоять ножа.

– Ладно, жди. – И Голова вслед за Лани исчез в недрах дома.

Как выяснилось, настоящее жилище мастера воровского снаряжения находилось под землей. И было отнюдь не таким уж убогим, как смотрелось снаружи. Полутемный коридор, в котором Лани почти ничего не видела, вывел их к обитой железом двери. Голова внимательно исследовал ее (то есть дверь, а не Лани), после чего решительно постучал. Никаких секретов и скрытых пружин-рычажков он не заметил.

Минуты через две дребезжащий голос за дверью поинтересовался:

– Кого блин принес?

– Открывай, – предложил Голова. – От Серого мы.

Защелкали, заскрежетали открываемые замки и задвижки. По звуку Лани определила, что запоров было никак не менее восьми. Интересно, зачем ему столько? – недоумевала она. Шпана сюда не пройдет и так, а от воров или стражников замки не спасут. Разве что задержат на несколько минут. Может, у него потайной ход на поверхность выходит?

Дверь наконец распахнулась. Голова, чуть пригнувшись, чтобы не зацепить головой о косяк двери, шагнул через порог. Лани последовала за ним.

Хозяин жилища оказался щуплым плешивым стариком, одетым в синий камзол, поверх которого был нацеплен кожаный фартук. Среди морщин прятались маленькие хитрые глазки. Но Лани больше всего поразили его руки – изящные кисти, длинные пальцы (на одном блестел тонкий ободок кольца с некрупным изумрудом), ни единой морщины на коже. Ухоженные руки, руки, которые сделали бы честь любому магу. Или вору. Руки мастера.

– Что сказал Серый? – поинтересовался мастер. Он с каким-то непонятным интересом вглядывался в лицо Головы, не обращая на Лани никакого внимания.

Может, голубой? – предположила девушка, с любопытством глядя на старика. Про голубых она только слышала, видеть же еще не доводилось, а ведь интересно было бы взглянуть!

Мастер как-то странно замялся, затем неуверенно произнес:

– Безгол, это ты, что ли?

– Твою мать! – взвыл Голова, отшатываясь. –

Беклен, ты тут как оказался? Что, в столице уже стало тесно? Или, чтобы меня спалить, сюда подался?

– Да ладно, Безгол, – отмахивался Беклен. – Ты меня знаешь, я не сдам. Кровью клянусь!

– Не клянись, и так верю, – широко улыбнулся Голова. – Ты малым надежным был. Запомни только: здесь я – Голова. Умер Безгол, понимаешь?

Беклен так неожиданно заливисто заржал, что Лани твердо решила, что он спятил. Тот ухватил опасливо-растерянное выражение ее лица, мгновенно догадался о причине.

– Я не спятил, девочка. Просто Безгол означает Безголовый. Я вот знал человека по имени Безголовый, а теперь он приходит и заявляет, что он – Голова. Разве не смешно?

– Смешно, – согласилась Лани и засмеялась. В самом деле смешно. Был Безголовый – а теперь Голова. Однако сам атаман почему-то не смеялся.

– За мной хвост, Беклен, – мрачно сообщил он. – С Королем я тогда не поладил. С самим главой гильдии. Как ты думаешь, долго мне еще жить?

– Пока он тебя не найдет, – согласился Беклен. – Эй, я же тебе сказал, что не сдам! Кровью клянусь, не сдам. Если ты в девочке своей уверен, то волноваться не о чем.

– Уверен, – отозвался Голова и внимательно посмотрел на Лани. Видно, не так был уверен, как хотел показать.

Лани в ответ улыбнулась и подмигнула. Лицо атамана прояснилось. Не сдаст, решил он и перестал волноваться.

– Слушай, Беклен, ты бы подсобил с инструментом, – попросил он. – Серый говорил, что такого мастера, как ты, даже в столице нет.

– Конечно, нет, – невозмутимо ответил тот. – Откуда же ему там взяться, если я здесь, а не в столице? Что тебе из инструмента надо? «Кошка»? Резак? Отмычки?

– Полный комплект, – сказал Голова. – И «кошку» с веревкой, и резак, и фомку, и набор отмычек – полный, лопатку складную, комплект веревок, тонких, но прочных, сверло… Еще бы из магических штучек кое-что…

– Ну ты губу раскатал, – восхитился Беклен. – Веревки, надо полагать, эльфийские требуются? А «кошка» и фомка, напротив, гномьей ковки?

– Угадал, – согласился атаман.

– Ладно, сделаем. Но не задешево, – предупредил мастер. – Дружба дружбой, а жрать всем надо. Что же до волшебных штучек, так с этим сейчас туго. «Петушиный час» магов, почитай, совсем не оставил. Штучки упомянутые делать теперь некому.

– Чтоб воры не укрыли пару-тройку магов? Ни в жизнь не поверю, – ни в жизнь не поверил Голова. – Наверняка у Серого кто-нибудь есть.

– Есть, – согласился Беклен. – Но у меня-то нет. У Серого и спрашивай. А все остальное – за мной, даже не сомневайся. Лучшее, что только есть.

Он скрылся в подсобке, раздался треск, грохот, звон металла. Лани встревоженно посмотрела на атамана, тот покачал головой. Ничего, мол, не случилось, просто у Беклена всегда бардак в вещах, был бы вором, уже погиб бы через неаккуратность свою.

Беклен вернулся минут через десять.

– Посмотри пока, – бросил он и исчез в другом помещении.