Неизбежное

Данина Дарья

Выдохнув, я нервно провёл пальцами по теперь уже коротким волосам, чувствуя как мягкие стержни щекочут ладонь. Качнул головой и поднялся на ноги.

— Мы же взрослые люди… — Добавил, глядя на связку ключей, оставленную Гелей на столе. После взглянул на широкие окна-витрины, подмечая, что с внутренней стороны сняты ручки на рамах.

— Взрослые? — Задрав голову, Руслана посмотрела мне в глаза. — Ты не взрослый, Егор. Совсем это не про тебя. Взрослый человек умеет контролировать себя. Не живёт одним днём. Он знает,

что такое ответственность. Твои приоритеты не про взрослость…

— Откуда тебе знать?

Я почувствовал укол. Прямо под рёбра. Серьёзно. Прям больно.

Скрипнув зубами, я усмехнулся. Сделал несколько шагов, собирая слова в предложение. И, пока Руся вынимала из-под себя ноги, вытягивая их перед собой, я незаметно сгрёб связку ключей и засунул их в карман.

Если понадобится, мы здесь заночуем…

Глава 32

Я так и знала, что этот разговор ни к чему не приведёт. Это бессмысленно. Просто лишняя трата времени и нервов.

Старательно игнорируя его холодную усмешку, я со вздохом поднялась на ноги и подошла к окну. Мизинцем провела по стеклу, очерчивая кривоватую границу пропиской буквы и решила, что завтра нужно будет это исправить.

— Да, здесь немного криво.

Комментарий был лишним и раздражающим. Я оглянулась через плечо. Схлестнувшись с ним взглядом, не смогла не покачать головой.

— Я и так это знаю.

— Могу помочь, если позволишь? — Сделав в моём направлении шаг, он кивнул на бардак на полу. — Можем вместе…

— Я справлюсь. Это моя работа. У тебя есть своя.

Огрызаться с ним у меня получалось автоматически. Это стало привычкой. Барьером. Защитным механизмом. Я почти не контролировала это.

Это ужасно.

Что он сделал с тобой, Руслана?

Это он всё начал.

Отвернувшись, я обвела беглым взглядом надпись на стекле и сравнила её с эскизом на своём планшете.

Есть над чем поработать. Все недочёты замечаешь позже. И уверена, что завтра я найду их ещё больше.

— Тебе всегда нравилось рисовать? — Прозвучал вопрос после минутной паузы.

Я снова повернула голову, замечая с каким любопытством он заглядывает через плечо в мой планшет.

Я прекрасно понимала, что он просто заговаривает мне зубы. Ищет отвлечённые темы, цепляется за общие интересы и тем самым оттягивает неизбежное.

Но всё же я ответила. Это ведь лучше, чем беспрестанные споры…

— Сколько себя помню. Но не думала, что буду зарабатывать этим. — Выдохнула я, задерживая взгляд на его профиле: точёном и очень мужественном. С тяжёлой квадратной челюстью, выдающимся кадыком, полными губами, прямым носом с лёгкой, едва заметной горбинкой… и поняла, что не дышу.

— Нравится? —

Спросил, не глядя на меня.

А я даже не поняла о чем речь. О рисовании? Или о его профиле?

— Если бы не нравилось, я бы этим не занималась. — Я почувствовала, как дёрнулся мой глаз и часто заморгала, надеясь, что это поможет мне избавиться от волнения. — А тебе? Давно ты этим занимаешься?

— Чем именно? — Егор повернул ко мне голову. Цепкий взгляд опалил мои ресницы.

Я немного отпрянула. Внутри не просто потеплело… — погорячело. Медленно плавилось, превращая всё в густую кипящую массу.

— Ты… татуировщик. Это ведь тоже своего рода искусство. Так ведь? — Выдавила я, ощущая себя перед ним крошечной донельзя.

— А, ты об этом? — Усмехнулся Егор. — Ну, да. Мне это нравится. Рисовать я начал рано. Мама отдала меня в художественную школу. Не скажу, что там было интересно. — Пожал плечами. — Но это было полезно.

Я услышала из его уст слово мама. И, застыв, нехотя внимала каждому слову. Это что-то сокровенное? Или я себя накручиваю?

— А кроме тату? Больше не рисуешь? Не пишешь?

Я даже при большом желании не могла себе представить Егора с кистью в руках или напротив холста.

— Давно не пробовал. Я карандаш больше люблю…

— А институт? Тебя отчислили? На кого ты учился? — Накопившиеся вопросы сами собой посыпались из моего рта.

— Меня не отчислили. Кто тебе это сказал? Артём?

Он провёл ладонью по своим коротко остриженным волосам и развернулся ко мне всем корпусом. Мой взгляд скользнул по его шее, задерживаясь на адамовом яблоке и спускаясь ниже, к яремной впадине и ключицам. Сглотнув, я, заставила себя вернуться к серым глазам.

— Не знаю… может, я что-то напутала?.. — Я уже и сама не была уверена в том, что говорю.

— Меня никто не отчислял. Я ушёл в академ. Мне пришлось. Так сложились обстоятельства.

Только сейчас я осознала, что между нами завязался самый настоящий диалог. Диалог цивилизованных людей. И мне, как ни странно, не хотелось снова переходить из обороны в нападение. Мне хотелось продолжить разговор. Говорить и узнавать.

— Обстоятельства? — Выгнув бровь, я слегка прищурилась. — Ты что-то натворил?

— Что-то противозаконное… это ты хотела сказать?

Не сводя с меня глаз, Егор медленно поднял руку и, зацепив прядь моих волос, осторожно намотал её на свой палец. Погладил подушечкой большого пальца и тихо усмехнулся.

— Считаешь меня отморозком. — Утверждая, качнул головой. — Так ведь?

— Я… не… не совсем. — Заикаясь ответила я. — Ты же сам это подтверждаешь своим поведением.

Я вытянула прядь из его пальцев и сделала шаг назад.

— Да? — Он сделал вид, что удивился. — А ты не напомнишь, когда я подтверждал это? Ну, так… а то я запамятовал.