Неискушенно мудрые
Шрифт:
— Очевидно, — заявила сова, — как утверждал один христианский святой: «Слово „Я“ выражает чистую сущность Бога».
— Он также сказал: «Я есть ТО-ЧТО-Я-ЕСТЬ»! — прибавила сова после небольшой паузы. — Были ли когда-либо сказаны слова более великие, чем эти?
— Безусловно, нет, — тепло согласился единорог. — Я думаю, что мы все согласны, что религия — величайшая из вещей, не так ли?
— Она делает нас такими счастливыми! — проговорил кролик, вздыхая печально. — Разве мы не должны поблагодарить Бога?
— «Благословенны
— Спасибо, — заключила сова, официально кланяясь, — так и будет, так и было бы сейчас, если бы ваши «сердца» были «чистыми».
— А как «сердце» может быть нечистым? — поинтересовался кролик, почесывая одно ухо.
— «Сердце» в основных языках, — ответила сова, — обычно означает то, что сейчас мы называем «умом».
— А наш ум нечист? — продолжил кролик, опуская глаза.
— Слово «чистота» означает «без примесей», или целостность, и ничего более, — объяснила сова терпеливо, — но вы расщепленные, и потому «нечистые».
— И поэтому я не могу увидеть Бога? — пробормотал кролик в задумчивости.
— «Видеть Бога» означает «быть Богом, с целостным умом», — настаивала сова, — так что «целостные умом будут Богом и так будут благословенны», как было замечательно сказано. Также слово «целостный» является синонимом слова «священный» — наш друг, вероятно, предпочтет это слово.
— Именно так, — подтвердил единорог, — это священно.
— То есть, ты имеешь в виду?.. — задумался кролик.
— Такой, как Бог, — проухала сова, расправляя свои огромные крылья, — и только Бог ЦЕЛОСТЕН.
26. Метрически
— Дружественные создания, эти боголюбивые животные. С ними совсем не трудно! — заметил кролик.
— Эмоциональный, аффективный подход, долгий и трудный, — объяснила сова. — Только особенно одаренные могут отойти от своего воображаемого «я», несмотря на эмоции.
— Почему? — спросил кролик.
— Искать Бога там, где Бог не является Богом, — это объективность, — резко ответила сова. — Позитивный путь беспределен!
— Так какой путь самый лучший? — поинтересовался кролик.
— Нет «самого лучшего» пути, — ответила сова, — только кружной или прямой!
— А какой самый прямой? — не отступал кролик.
— Зависит от обусловленности, — ответила сова, — только обусловленность может помешать.
— Значит, если обусловленность подходящая?.. — настаивал кролик.
— Метрика, полагаю, — ответила сова.
— А это что такое? — спросил кролик удивленно.
— Я есть включающее
— А я? — робко поинтересовался кролик.
— Все «ты» созданы из трех моих вспомогательных направлений измерения: длины, ширины и высоты, которые составляют объем, растянутый в пространстве-времени, — ответила сова, — то есть феноменальную Вселенную, состоящую из моего восприятия.
— Неужели? — воскликнул кролик, подпрыгнув от удивления. — Как любопытно!
— Скорее очевидно, — ухнула сова. — Чем же еще «ты» можешь быть?
— Но откуда они измеряются? — пробормотал кролик.
— Отсюда, конечно же, — объяснила сова, — всегда отсюда, из Здесь и Сейчас — из вездесущего Центра.
— А где этот вездесущий Центр, и чего он центр? — спросил кролик.
— Везде, — терпеливо объяснила сова, — нет никакого «где», где бы его не было,
— Как это? — спросил кролик, почесывая ухо.
— А так, разумеется, — продолжала сова, — нет такого «где», где бы он мог быть, и нет никакой «вещи», центром которой он мог бы быть.
— И почему так?
— Потому что центром Бесконечности должно быть вездесущее Здесь, а центром Безвременности — вечное Сейчас. У Вселенной столько центров, сколько чувствующих существ, воспринимающих Это.
— Но ведь все это только измерения, — возразил кролик, — которые создают формы и кажущиеся «вещи». Что в них есть, что приводит их в действие?
— Я, конечно же, — фыркнула сова, — Я. Что же еще может быть или делать что-либо?
— А где во всем этом я? — спросил кролик.
— Почему ты спрашиваешь меня? — возразила сова. — В любом случае, кто спрашивает?
— Я, конечно! — воскликнул кролик с легким негодованием.
— Совершенно верно! — ответила сова. — Именно так.
— Но я сказал «я», а не «ты», — уточнил кролик, пожевывая одуванчик.
— Как Я и сказала, — оборвала его сова, щелкнув клювом. — Я, кто бы ни говорил это.
— Но почему? — заинтригованно спросил кролик.
— Потому что, — ответила сова торжественно, — как всегда, во всех возможных обстоятельствах и везде, Вопрощающий и есть Ответ!
— В таком случае я… я тоже Ответ? — пробормотал кролик, широко раскрыв глаза и роняя одуванчик.
— Как я и сказала, — повторила сова устало, закрывая глаза и отворачивая голову. — Уже поздно. Доброе утро!
27. Субъективная реинтеграция