Негатор
Шрифт:
– Попытайтесь, – в голосе вежливое равнодушие. Видимо, она мысленно уже сдалась.
Оружие у Тарека всегда отменно наточено. Быстрое движение – и штанина разрезана вдоль. Так, попало в нижнюю треть бедра. Нога опухшая, красная, у места попадания – уже синяя. Сам я такую картину не видел, но читал. Где? Неважно. Важно другое – на что это похоже? На укус гадюки или гюрзы – которая, кстати, из того же семейства – вот на что. Гемолитический яд. Магический понятно, магию я уже остановил, но гемолиз даже если уже не идет, то действие оказывает.
– Голова кружится?
– Нет.
– Видите нормально?
– Да.
Кажется, в голосе некоторый интерес.
Тут я вспомнил историю, что слышал от начальника, – про змеелова, которого укусила гюрза. Мужик спасся тем, что схватил трехлитровый полный чайник, засел в распадке у дома, выдул чайник полностью, велел жене принести еще и его тоже выкушал, а от сыворотки отказался наотрез. Мощная активизация работы почек. Надо пробовать; вряд ли у этой дамы почечная недостаточность, в ее-то возрасте. А вот и Тарек.
– Тарек, помоги ей забраться в повозку. Гони домой. Ирине скажи – пусть вскипятит травяной чай с мочегонным действием. Ты помнишь большой горшок, тот, что слева на полке? Так вот, таких надлежит выпить два. Яд будет уходить с мочой – пусть Ирина приготовит нужную посуду. Укутать в самую теплую одежду, в самые толстые одеяла – яд будет уходить и с потом тоже. Все запомнил? Гони, друг! Я приду пешком, не беспокойся.
Я знал, что он все запомнит. Разведчиков с плохой памятью не бывает.
Глава 25
Стратегические планы устроили цепную реакцию у меня в голове. Для начала они касались этой дамы. Возвращать ей магию я пока что не собирался, а вот воспользоваться ею как легальным прикрытием – очень даже. В частности, она может стать зиц-землевладелицей. По чину ей это вполне. И для нас появится законная легализация – для меня в том числе. И появится возможность развернуть производство. Для этого магичка, разумеется, должна была выжить. На это я очень надеялся.
Более неотложной задачей было утрясание дел с местными силовыми структурами. На руках у нас трое убитых стражей порядка да в придачу доктор магии. Причем в этом деле (и во всех остальных тоже) мне светиться никак не стоило. Итак, чего нельзя делать?
Нельзя брать себе (хотя очень хочется) всякие предметы с покойных полицейских. Даже простые амулеты, не говоря уже о пресловутых жезлах. Конечно, можно вынуть кристаллы, огранить их и выдать за свои. Но это потребует времени, а когда надо ожидать прибытия следователей – неясно. Нетушки, пусть лежат, где были. Даже подходить к трупам нельзя. Обобрать злодея-доктора – тут, похоже, победительница в своем праве, хотя и это нужно проверить. А вот что точно надо сделать – заявить права на поместье покойного. Как это делается? В здешних законах я полный ослик. Или даже осел. Уж верно не адвокат.
Видимо, надо собираться домой. День и без того был тяжелый, а тут еще ушибленная магией на руках. Надеюсь, что мое средство подействовало.
По дороге меня догнал Сарат. Как и было с ним договорено, он потратил некоторое время, слоняясь по рынку и покупая всякую ерунду. Впрочем, нужную ерунду.
Я так устал, что не было сил радоваться, но мой товарищ (единственный из всех нас!) сделал свое дело в полном соответствии с планом. Разумеется, пока мы малой скоростью шли к дому, я рассказал ему в деталях все, что мы видели. Втайне я надеялся, что Сарат даст хоть какую дополнительную информацию.
– … И вот я отправил Тарека и эту с оранжевой лентой к нам домой. Сам же иду пешком, поскольку ни одна лошадь не досталась нам живой.
Сарат отреагировал не вполне ожидаемым образом:
– За одно только применение «Серого капитана» – молния.
Я его не понял, о чем откровенно и сказал, хотя догадывался. Догадка подтвердилась.
– Преступника сжигают молнией. Но это не все. «Серое копье» также относится к магии смерти. Далее, применение заведомо смертельных заклятий к магу жизни…
– Постой, откуда ты взял, что эта женщина – маг жизни?
– Ниоткуда. Но это вполне возможно. Это та область, где женщины, возможно, даже более способны, чем мужчины. Но и это не все. Убийство стражей порядка при исполнении ими служебных обязанностей – ну, тут дело не очевидное, если доказать, что в состоянии самообороны…
– Ну допустим. Подозреваемый мертв. Что с его имуществом?
– Это как раз просто: все переходит к победителю.
– Земля тоже?
– Земля в первую очередь.
– А личное имущество стражей?
– Тоже к победителю… постой, их победил Шхарат-ан. А его – та самая магиня жизни. Значит, к ней. Впрочем, тут суд может поднять вопросы…
– Допустим. А кто по службе должен разбираться с этим убийством и попыткой убийства?
Сарат изо всех сил делал значительное и понимающее лицо, но после минутного размышления сдался:
– Точно не скажу. Если бы просто магический поединок, то… поскольку поединок двух докторов… наверное, старший надзирающий. А что касается стражей, тут верным делом вовлекут дознавателей, но какого уровня – не знаю.
– Дознаватели – эти из службы охраны порядка, насколько понимаю. А что за старший надзирающий?
– Ну это вроде как лицо, разбирающее конфликты, но только между магами. Типа судьи. Просто надзирающий – это до магистра включительно, далее идет старший надзирающий, а потом – верховный надзирающий. Этих лишь семеро, до них доходят только самые важные случаи либо очень уж запутанные. Кстати, дознаватели – вовсе не из службы охраны порядка, они в отдельной службе.
Все ясно, верховные надзирающие – вроде Верховного суда, но для магов. С дознавателями тоже все ясно: нельзя прокуратуру отдавать в руки полиции. Видимо, у здешних властей есть соответствующий опыт. И еще: в русском языке понятия «дознание» и «следствие» различаются, в местном – нет.