Негатор

Переяславцев Алексей

– Само собой разумеется.

Очень долгая пауза.

– Вы были отчасти правы, уважаемый Морад-ар. Сделка действительно выдающаяся, спору нет.

– Коль скоро я лишь отчасти прав, то нижайше прошу сообщить мне, недостойному, в чем я был неправ.

– Видимо, я недостаточно ясно выразилась, уважаемый, – медленно. – Эта сделка исключительная, но она меня пугает.

– Если особо почтенная изволит рассказать подробнее о своих опасениях, то, возможно, часть из них я сумею рассеять.

– Хорошо. Вы молоды, Морад-ар… по сравнению со мной. За всю свою достаточно

долгую жизнь я не то что не видала – даже не слыхала ничего о подобных кристаллах. Могу вас уверить, хотя и не могу этого доказать: таких кристаллов НЕ БЫВАЕТ.

– Со всем моим почтением принужден с вами не согласиться: такие кристаллы бывают, и одно из доказательств этого вы держите в руке.

– Вот как, одно из доказательств? Вы хотите сказать, что видели до этого нечто подобное?

– Не совсем так, особо почтенная.

– Извольте объясниться, уважаемый Морад-ар!

– Некоторое время назад мне принесли на продажу кристаллы. Это были не гранаты – кристаллы совершенно другого вида. Какого – не скажу, это коммерческая тайна. Но было нечто, что роднило их с теми, что вы сейчас рассматриваете: необычная форма и изумляющая ровность граней.

Пауза.

– В таком случае, уважаемый, дело куда хуже, чем я думала. Признаюсь, сначала мне пришла в голову мысль о некоем новом месторождении гранатов, в котором эти потрясающие – видите, я с вами вполне откровенна – кристаллы были добыты. После ваших слов у меня не осталось сомнений – эти камни сделаны. И притом человеческой рукой.

– Я всего лишь купец, особо почтенная, а не слуга пресветлых. Но даже я не исключил бы, глядя на это совершенство… кхм… их руку.

– А вот я не только маг жизни, но и женщина. И, глядя на этот и этот кристаллы (третий не в счет, у него форма почти обычная для граната), не могу отделаться от ощущения, что их создавал мужчина, причем создавал в подарок женщине.

– С моим величайшим почтением принужден напомнить, что оказались они в конце концов у меня, а не в шкатулке у красавицы.

– Я, похоже, опять неудачно выразилась. Тот, кто создал эти кристаллы, сделал это на продажу – пусть. Но создавал он их так, чтобы они понравились женщине. Порадовали ее. Понимаете? Он думал о ней – и создавал эти камни. Создавал!! – Пауза. – Как я хотела бы оказаться дурой и паникершей! Ведь если человек может делать такие кристаллы, – это такое потрясение основ… Вы не можете помнить последнюю большую войну, Морад-ар, вас тогда и на свете не было, а вот я ее помню хорошо. Уж поверьте: если, к несчастью, я окажусь права, то та война нам покажется веселыми забавами маленьких оленят на весенней травке… Ладно, к делу. Имя продавца, вы мне, разумеется, не скажете?

– Никак не возможно. Во-первых, коммерческая тайна; во-вторых, я и сам его не знаю. Но есть еще одно обстоятельство, о котором я просто обязан вас осведомить.

– Слушаю со всем вниманием.

– Продавец – человек очень опасный. По моим наблюдениям, он весьма сильный маг, хотя ленты не носит. В магии разума точно силен. Во всяком случае, в наших переговорах он с пугающим постоянством угадывал мои аргументы. И он меня предупредил,

что при любой попытке с моей стороны разузнать что-либо о его личности наша сделка недействительна. Равно она становится недействительной, если я попытаюсь его обмануть в денежных расчетах. Упущенная выгода – это бы еще ничего, но мне показалось, что он при этом обидится. А я никак не хотел бы оказаться тем, на кого обидится этот человек. Именно поэтому я торгую с ним абсолютно честно и не пытаюсь установить его личность.

– Он не может предъявить вам претензии, уважаемый Морад-ар. Имени вы мне не назвали. Внешность вы мне не описали. Способ связи с ним вы также не упомянули. Единственное, что я знаю – весьма сильный маг, возможно, в магии разума. И это все? Для поисков, согласитесь, маловато. И все же я попытаюсь… Кстати, сколько вы хотите за этот кристалл? – Указывает на кристалл гроссуляра, сохранивший природную огранку.

– Пятнадцать золотых, особо почтенная. Вы видите, я ценю ваше время.

– А я ценю ваше понимание. Я бы купила и эти два, но сейчас у меня на это просто нет денег.

– Если мы заключим соответствующий договор, эти два кристалла будут ждать вас в течение двух недель.

– У вас, надо полагать, есть этот договор? Я так и думала. Давайте его сюда, я подпишу, – скрип пера. – Всего вам светлого, уважаемый.

– И вам, особо почтенная.

Глава 23

Мое избиение продолжилось, как только мы вернулись из города. Мой план уже не трещал – собственно, трещать было нечему. Тактический опыт в соединении с юной эрудицией не оставили мне ни единого шанса.

– Ну хорошо, ребята, признаю: мой план никуда не годится. А как насчет позитивных предложений… – забывшись, я брякнул «позитивных» по-русски, – я хотел сказать, что вы можете предложить взамен?

Предложения были. Но теперь уж была моя очередь рубить в песи и крушить в хузары. Второй и третий варианты также обрушились под тяжестью обвинений в невозможности и нереальности.

– Еще мнения?

По молчанию моих собеседников я понял, что им решительно не нравится роль мальчиков для битья.

– Мыслите вы правильно, но что-то придумать все равно надо.

План стал вырисовываться – причем так, чтобы ни один офицер штаба не возражал, лишь через день. Мы запланировали устроить ложное месторождение кристаллов вблизи дороги, навести на него стражу и одновременно дать знать землевладельцу, что на его кровной и слезами политой земле хозяйничают посторонние.

Первый пункт плана был из сравнительно легких. Достаточно было набрать хотя бы с десяток гранатов не из крупных, естественным образом расположить их на месте – и «месторождение» получало порядочную ценность. Этот способ был мною без зазрения совести украден у Марка Твена – в его романе «Налегке» именно таким способом приукрашивали состояние серебряных рудников перед их продажей. Место мы выбрали самым тщательным образом: чтоб была каменистая осыпь и чтоб дорога плохо просматривалась в обе стороны. Само собою, осыпь с дороги была видна прекрасно.