Негатор

Переяславцев Алексей

Сцена, которую я видеть никак не мог

– Доброго вам дня, высокопочтенный Хадор-ал.

Ответный небрежный кивок.

– С вашего позволения, я расскажу, что удалось добыть моему источнику.

– А потом я сравню вашу информацию с той, что имеется у меня.

– Как вам будет угодно. Итак, мой источник видел, как работает установка, купленная нашим горцем. На ней работал ученик, но под наблюдением мастера, то есть самого горца. Они полировали куски дерева, точнее, небольшие дощечки. Большие все равно отполировать не удалось бы – полировочный круг невелик, примерно вот такого размера (показывает пальцами). Куски дерева, видимо, были пропитаны или покрыты лаком – цвет их отличается от природного цвета

древесины. Мой источник считает, что ему повезло – дверь в мастерскую была приоткрыта, хотя обычно она закрыта. Еще один факт: из этих дощечек позднее собирались шкатулки. Мой источник насчитал не менее трех, но их вероятно, больше: с той точки, откуда он наблюдал, были видны не все. Никаких других материалов на этом станке не обрабатывалось.

– Это все? Что ж, могу кое-чем дополнить ваши данные. Мой источник видел своими глазами эту обработку. Она совпадает с описанной вами. Кроме того, мой источник опросил механика, который продал горцу эту установку. По мнению механика, на этой установке можно полировать мягкие металлы. Он предъявил нож, который горец отполировал для него. Интересно, что нож горец обработал бесплатно. Нож из мягкого железа, так что противоречия тут нет. По словам механика, горец не берется полировать стекло. Версия относительно шкатулок подтверждается. Шесть таких шкатулок было продано на базаре, торговец узнал по описанию самого горца и его ученика. Да и шкатулки легко узнать, материал обработан очень ровно, такого никто не делает. Дополнительная подробность: сам механик твердо убежден, что горец также является очень хорошим механиком, но никоим образом не магом. Эта версия косвенно подтверждается тем, что горец наотрез отказался от предложения механика вмонтировать в установку какие-либо кристаллы. Вместо этого он придумал остроумные приспособления, позволяющие обойтись вообще без магии. У дознавателя сложилось впечатление, что горец вообще опасается кристаллов. Это весьма странно. Еще один факт, подкрепляющий эту гипотезу, состоит в том, что горец впоследствии разрешил установить магический двигатель для своей установки, но расположил его в отдельном помещении и на значительном расстоянии. С другой стороны, у меня есть сведения, что горец уже имел магический поединок с доктором магии Карон-одом (школа земли) и победил. Отсюда следует вывод, что он все же маг.

– С вашего позволения, высокопочтенный, я сделаю некоторые выводы. Во-первых, можно считать доказанным, что имеющаяся в поместье установка не изготавливает кристаллы – следовательно, дело в уникальном месторождении. Точное его местонахождение неизвестно, но это можно выяснить простым прочесыванием местности. Во-вторых, у нас есть противоречивые данные о том, является ли горец магом. Убежденность механика Фарад-ира ни о чем не говорит, потому что сам он не маг. Но есть логические соображения: первое – это то, что Моана-ра не стала бы держать возле себя магическую бездарность в качестве боевого мага (а другого у нее нет), второе – выигранный поединок с доктором магии, пусть даже школы земли. Следующий вывод: горец не может или не хочет использовать кристаллы, применяя лишь собственную силу. У меня нет ни единой гипотезы о причинах этого. При этом горец – искусный механик, готов в это поверить. И, вероятно, он очень хорошо понимает в кристаллах, поскольку, по всей видимости, именно он нашел это уникальное месторождение и оценил перспективы. Для нас важен факт, что он маг, в противном случае мне придется вызывать на поединок Моану.

– Вы не правы. Сейчас важно другое. Меня интересует вот что: есть ли у вас шансы на победу в поединке? Скажу откровенно, я вижу слишком много темных пятен и пробелов в информации.

– А вот меня эти темные пятна радуют. Ни один кристалл не может ослабить силу мага, он может ее лишь усилить в большей или меньшей степени. А горец вообще не использует кристаллы. Если он не способен на это – тем лучше для меня. Если это просто самоуверенность – тогда хуже. Моана может посоветовать ему действовать осторожно и все же применить кристаллы. Тем более, что они у него наверняка есть. Но второе маловероятно: уж если он может вообще применить кристаллы, то, верно, применил бы их для своей установки.

– Вы

хотите сказать, что готовы все же вызвать горца на поединок?

– Именно это я хочу сказать. За вами секунданты.

– Они уже готовы. Можете не сомневаться, они у меня вот где.

Хадор-ал показывает кулак, потом коротко звякает колокольчиком. Появляется секретарь.

– Велите Сагору и Дагору прийти.

Секретарь испаряется.

– Во избежание недоразумений – они не родственники, хотя и похожи.

В кабинет входят двое лиценциатов с чрезвычайно преданными и целеустремленными лицами.

– Это весьма почтенный Манур-ог, мой деловой партнер. Его поручения будете исполнять как мои, пока я не отменю это распоряжение. Задачу поставит он. Все ясно?

Синхронный кивок.

Глава 41

С раннего утра двое наших магов отбыли в город. Я даже не вышел их провожать – нечего добавлять мандражу туда, где он и так в избытке.

Своих дел было вдосталь. Для начала я дал задание Ирине сделать для части ее продукции тройную перегонку. Остальное я думал пустить целиком на нужды полировального производства.

Потом мы с Сафаром собрали примерно с пол-литра местных чрезвычайно жестких лесных ягод. На еду они, разумеется, не годились, но я надеялся с помощью этих ягод и соломинок дать представление Сафару о том, что есть кристаллическая решетка.

Пока я творил подобие моделей кубической и гексагональной решеток (на большее я не замахивался), Сафар делал первичную шлифовку очень недурного кристалла граната. Я его выбрал за цвет: большинство кристаллов в наших запасах были классическими темно-красными, а этот был скорее пурпурным. Мне интересно было знать, нельзя ли получить с таким кристаллом какие-то особенные свойства. Конечно, можно было почерпнуть эти сведения из «Справочника по теоретической магии», но для этого надо копаться в очень увесистом томе никак не меньше пары часов. Впрочем, интерес был несколько академическим: пять гранатов я и так предназначил на продажу.

Далее мне пришлось прочесть три лекции кряду (с перерывами, разумеется). Отдать должное моему студенту: у него хватило ума делать нечто вроде конспектов, хотя этот момент я упустил (промах непростительный!). Пришлось читать лекции с перерывами, потому что я прекрасно помнил, как тяжело мне самому давалось изучение кристаллографии. Но этот упрямец, стиснув зубы, вслушивался в мои слова и даже ухитрялся временами задавать толковые вопросы.

Мы сделали перерыв на обед и продолжили занятия. Я показывал, как мерить углы между гранями и что это означает. Я демонстрировал на установке, как можно сделать грань под тем же углом. И чем дольше я читал лекции, тем большим становилось мое беспокойство. Моана с Саратом должны были уже вернуться. Конечно, возможно было простое везение: ему сразу же назначили экзамен, и в данный момент он его сдает. И все равно кошки скребли беспрерывно.

Появилась эта парочка уже под ужин. С первого взгляда на лицо Сарата стало понятно: вот оно, очередное звание. О том же свидетельствовала новенькая зеленая лента. Браво, поручик! Мне бы прыгать от радости, но мешало выражение лица Моаны.

– Поздравляю тебя, друг! Пожалуй, ты можешь теперь рассчитывать на звание магистра – со временем, конечно. А теперь выкладывайте новости, Моана. Начните с хорошей.

– Я обещала Сарату согласиться стать его женой, когда он сдаст экзамен лиценциата. Придется сдержать слово.

Опа, а ведь я совершеннейший невежда во всем, что касается здешних свадебных обрядов. Придется разузнавать.

– Прошу у вас обоих прощения, я не буду пока вас поздравлять, дождусь официальной церемонии. Что еще?

– А еще Манур вызвал вас на поединок, как мы и предвидели.

– Подробности, вплоть до мельчайших!

– Нас изловили, видимо, случайно, у здания гильдии. Двое лиценциатов. У магистра не может быть учеников такого звания – не по чину. Да и не стал бы он пускать на такое дело учеников – в этом случае дознавателям даже копать особо не надо. Это со стороны. Тот, кто за ними – не меньше доктора. Мне не понравились их взгляды – они глядели сквозь нас. Так смотрят на тех, кто немаги, или на покойников.