Недотрога
Шрифт:
Тэннеру нетрудно было представить, как Слейтер подстрекает молодого Сета.
– Так ты собиралась молча смотреть, как меня повесят?
Сьюзен опустила голову.
– Я надеялась, что до этого не дойдет. Не знаю, как бы я поступила в таком случае. И не знаю, как повел бы себя Сет.
– Возвращайся в свой фургон, Сьюзен. Мне нужно подумать.
Сьюзен ушла.
– Ну и что ты теперь будешь делать – спросила Эшли, вглядываясь в решительное лицо Тэннера.
– Я знаю молодого Сета. Не думаю, что он способен на убийство.
– Если не он, тогда кто же?
– Не знаю, но обязательно
– Ты надолго едешь?
Он усмехнулся:
– Что, Янки, будешь скучать по мне?
– Ага, как по зубной боли, Мятежник, – отозвалась она.
Он рассмеялся. Его смех ей понравился. Тэннер вообще редко смеялся, а если это и случалось, то его смех обычно отдавал горечью.
– Возможно, меня не будет пару дней. Если тебе понадобится помощь, попроси молодого Тодда, брата Нэнси Линд.
Эшли кивнула.
– Когда ты едешь?
– Перед рассветом. Собери мне еды в дорогу и оставь на ступеньке сзади фургона. А я пока пойду потолкую с Сетом Джонсом.
Эшли долго ждала, пока Тэннер вернется, и, наконец, почувствовала, что у нее слипаются глаза. Она разделась и легла, недоумевая, о чем Тэннер и Сет так долго разговаривают. Она почти заснула, когда услышала, как он забирается в фургон.
– Янки, ты спишь?
Эшли протерла глаза и села.
– Нет, не сплю. Ты говорил с Сетом?
– Он сбежал из обоза. Я ездил по холмам, искал его.
– Сбежал? О Господи! Ты нашел его?
– Нет. Этот дурачок не понимает, как опасно разгуливать в одиночку по индейской земле. Я уже несколько дней замечаю следы индейцев.
Эшли ахнула.
– А почему же ты ничего не говорил?
– Я сказал капитану Креймеру. Он тоже заметил, что за нами следят. Мы оба считаем, что, если бы индейцы собирались на нас напасть, они бы давно это сделали. Креймер не раз провозил переселенцев по этому пути. Он сказал, что это индейцы из племен сиу, и, когда сочтут нужным, они появятся и потребуют плату за проезд по их землям.
Эшли стало не по себе.
– Боже мой, индейцы! А вдруг с нас во сне снимут скальпы? Нет, ты не можешь уехать и оставить меня.
– Но я должен. Мы скоро будем в Форт-Бриджере, а если к тому времени не установят, кто покушался на Слейтера, меня передадут в гарнизон форта для допроса. Что, если Слейтер придет в себя и укажет на меня? Ведь я мятежник, Эшли, и он меня ненавидит. Меня объявят виновным без долгих разбирательств. Я должен найти того, кто это сделал, если не хочу оказаться в тюрьме. Покушение на убийство – серьезное обвинение.
– А что ты надеешься отыскать?
– Не знаю, может быть, вообще ничего не найду. Если бы Сет не сбежал, мне было бы проще. Ладно, если я вас не догоню, встретимся в Форт-Бриджере. Скажи Креймеру, куда я поехал.
Испуганная что на Тэннера могут напасть индейцы, Эшли издала звук, подозрительно похожий на всхлипывание.
– Будь осторожен, Мятежник.
И вдруг Эшли порывисто прижалась к Тэннеру и с невинной пылкостью подставила для поцелуя губы. Его ответ отнюдь не был невинным. Он впился в ее губы яростно и властно. Потрясенная, Эшли едва дышала. Она чувствовала его напряженное тело рядом с
– Тэннер, – прошептала она. – Тэннер…
Из-за шума в ушах она не слышала, ответил он ей или нет. Он уложил ее на постель и лег, накрыв собою. Его руки ласкали ее сквозь тонкое полотно сорочки. Вдруг он в нетерпении рванул рубашку и зарылся лицом в ложбинку между ее грудями, а Эшли крепко обхватила его за плечи. Голова Эшли была откинута назад, и он покрывал ее шею поцелуями, самозабвенно лаская ее тело. Никогда еще она не испытывала такого желания. Эшли вскрикнула, заблудившись в мире непривычных Ощущений, о которых и не подозревала. Тэннер и раньше целовал ее и дотрагивался до нее, но те ласки были лишь слабым вступлением к тому, то происходило сейчас.
– Эшли ты уверена? – вдруг просипел Тэннер, весь во власти Такого сильного возбуждения, какого он давно не испытывал.
Эшли не могла вникнуть в смысл его слов, сейчас она способна была лишь чувствовать, но не рассуждать.
– Эшли, черт побери, отвечай! Как же тогда аннулировать брака? Мне трудно остановиться, но понимаешь, что тогда наш брак не будет фиктивным. От таких дел появляются дети!
Наконец до нее дошел смысл его слов. Она ведь не будет всю жизнь замужем за мятежником! В его прошлом слишком много темных тайн, он ненавидит всех янки, значит, ненавидит и ее. Их любовный порыв всего лишь вспышка вожделения. И, причем тут ребенок? О Господи, ну конечно! Эшли знает, что к чему, она ведь не какая-нибудь наивная барышня. Единственная цель ее путешествия – помочь брату. И совершенно ни к чему обременять себя мужем да еще и ребенком. Эшли застыла.
– Я, наверно, сошла с ума. Мне этого не надо. Я не позволю. Мне не нужен твой ребенок.
Тэннер с усилием приподнялся и отстранился, глядя на Эшли. Его глаза расширились, сердце бешено колотилось. Эти жестокие слова сразу охладили его страсть, но понадобилось еще время, чтобы он совладал со своим гневом. Наконец он встал на ноги.
– Я и не собираюсь давать то, что тебе не нужно, Янки. Ребенок был бы вечным напоминанием о том, чего лишили меня янки. Ты уж прости меня. Просто я слишком долго обходился без женщины. Но это исправимо. Надо только добраться до Форт-Бриджера.
В темноте она не видела его лица, но по голосу поняла, как ранили его, ее слова. Она не хотела быть такой жестокой. Но о ребенке даже и думать нечего. Конечно, может статься, что она уступит Тэннеру всего лишь раз и не забеременеет, но кто поручится за то, что, если уступить, это не повторится снова и снова. Тэннер ей нравится, и к занятиям любовью с ним легко пристраститься, так что лучше не рисковать.
– Увидимся через день или два, – сказал Тэннер. – Не забудь, ты мне еще должна пятьсот долларов.