Недоразумение

Нечипоренко С.

А что если я узнаю что-нибудь о ней?

— Хорошо, приеду — ответил Андрей — буду через час.

— Давай, Андрюха, жду. Договорились. — так же бодро ответил Дима и отключился.

Продолжая скользить по страницам людей, Андрей остановился на забавной картинке-аватарке — человеческой фигуре, завернутой в черный кожаный плащ, с широко расставленными ногами, в черной шляпе и с птичьей головой. Из слепых рукавов торчали стволы пистолетов. Андрей улыбнулся и прочитал имя: «Белая ласточка». Ниже шли посты о любви, о неразделенной любви. Андрей вчитывался и ощущал, насколько похожа жизнь автора с его собственной жизнью. Поставил

несколько лайков. Пока собирался, услышал щелчок. Улыбнулся криво — «Ласточка» постучалась в друзья. Ладно, пусть будет. Андрей выключил компьютер и представил себя секретным агентом, собирающимся на задание. Правда, черного плаща, шляпы и черных очков не нашлось. С грустной ухмылкой накинул кожаную куртку, бегом спустился по лестнице подъезда и выскочил на улицу прямо в объятья прохладного вечера.

Полпервого ночи за мутным окном кухни ветер раскачивал одинокий фонарь. Дима перебирал струны гитары и аукал из Розенбаума. Получалось не очень похоже, но душевно. После трех рюмок водки под собранную на скорую руку закуску Андрей расслабился. С косой улыбкой смотрел на приятеля, и за пустыми глазами у него, в голове, образовалась серая, как запоздалая весна, непроходимая пустота. Ватная пустота. Веки медленно наливались тяжестью, клонило ко сну. Гитара стонала, стонала и вздрогнула всеми ладами разом — песня осталась недопетой. Дима с шумом опустил ладонь на струнный ряд.

— Андрюха, тебе просто нужна женщина. И жизнь станет веселее. Я скажу тебе честно. Я не смог бы, хоть что со мной делай, не смог. А ты. — Он налил себе и Андрею. Отложил гитару. — Ты, молодец! Мужик! Их знаешь, как держать надо? Вот так! — Он сжал кулак и показал его кому-то в пустую табуретку в углу кухни. — И я держу. Потому что. Даже. Если бы она и загуляла с кем-то, то я, наверное, простил бы, убил бы, но простил. — Он запрокинул голову и выпил. Поставил рюмку на край стола и начал намазывать на черный хлеб печеночный паштет.

— Ты о ком? — буркнул Андрей и выпил свои пятьдесят грам.

— О жене о своей, конечно. О ком еще? Я бы не смог из-за этого взять и развестись, понимаешь. Может, я и тряпка! Может! — Дима сделал многозначительную паузу, вытаращив глаза. Казалось, кивни сейчас Андрей, шевельни мизинцем, вздохни даже, и всё, всё будет ясно, как дважды два — кто есть кто. Откровенность за откровенность. Но Андрей сидел неподвижно, как памятник — Святой Апостол Петр. Сидел и слушал. Нужно, чтобы Дима разговорился. — Да, я тряпка. Но считаю, что загулять может каждый. А понять и простить — это дорого стоит. — Он откинулся на спинку стула. — Понимаешь?

— Дима, ты не тряпка!

— А ты — мужик! — Перебил приятель. — Знаешь почему? Потому что не стал терпеть, взял и всё решил. Вот за это я тебя уважаю.

Андрей улыбнулся. Скорее не этому неожиданному признанию, а той крылатой фразе, которая обычно всегда, рано или поздно, звучит в любой компании мужчин: «Ты меня уважаешь?». Это означает одно — вечер дошел до своей кондиции, и если он будет продолжаться без контроля, то может перерасти в обычную попойку. Андрей решил, что пора начинать секретную операцию под кодовым названием «Ирина». Он улыбнулся.

— Дима, спасибо, конечно! Но проблема в другом. Это она решила скорее уйти, чем я. Это я загулял, как ты выражаешься, а она не смогла взять и простить. — Андрей взял бутылку и начал разливать водку.

Друзья почти синхронно выпили, и пока Дима хрустел маринованным огурчиком, Андрей продолжил:

— Да, я потом узнал, что у неё там кто-то был, понимаешь. Я тут, а она постоянно в командировках. Я ее понимаю. Но

вопрос не в ней, а во мне.

— Что? — Дима замотал головой, — Ты же говорил, что у нее там мужик завелся, вот вы и развелись, мол.

— Да, все правильно, я просто не говорил основного. Ты не знаешь, но сначала закрутилось тут у меня с одной, когда жена была в отъезде. Потом узнала. Понеслось.

— С кем? Я ее знаю?

— Помнишь, девочка у нас такая светленькая работала. Ты ее еще эльфом прозвал.

— Иришка что ли? Конечно, помню. И у тебя с ней…

— Угу, — Андрей кивнул, — само как-то всё закрутилось, даже не помню уже, с чего началось. Но, в общем, встречались одно время, смс-ками обменивались. Короче, Таня моя дома была тогда. Приехала на неделю. Конец августа. Вроде все нормально. А утром просыпаюсь — ее нет рядом. Рано еще, около семи утра где-то было. Суббота. Выхожу на кухню, а там она сидит, вся в телефоне. В моем. Короче, Ирина мне сообщение прислала ночью или вечером, мол, желаю всего хорошего, отличного вечера, и кучу признаний в своих чувствах, какой я замечательный мужчина, лучше меня нет и все такое… Таня все увидела, и сидит вся в слезах, глаз не поднимает.

— Прикольно, а ты чего? Сказал бы, что попутала она, не тебе это. Придумал бы чего-нибудь.

— Да, может и можно было бы что-то придумать, но ты знаешь, Таня, — если ее понесёт, то на скаку не остановить. Вроде и да, безобидная смс-ка, но там она не одна была, там и мои исходящие выплыли тоже. Была у нас с Ирой такая игра вечерняя. Она мне напишет, какой я классный и замечательный. Я ей в ответ, как она прекрасна и обворожительна. Чуть ли не секс по телефону устраивали. Таня всё это и увидала. Слезы ручьем. Я к ней, она от меня. Не подходи. А затем и выпалила, что давно у неё мужчина есть, год целый вместе, и в отличие от меня — настоящий мужчина. У меня аж дар речи пропал. И что, говорю, у тебя серьезно? Да! И во всех красках мне рассказала, как у нее с ним было и в каких позах. Не выдержал я тогда, ударил ее! Наговорили друг другу море всякого. Тогда я и сказал ей, что может у нас ничего и не было, никакой любви? Может и не было, — сквозь слезы только и ответила она. Разрыдалась. Я оделся и ушел на улицу. Весь день тогда бродил, а вечером уже спокойно сели, и она предложила разойтись. Вот, как бывает, Дима. Простая смс-ка. — Андрей натужно улыбнулся, почувствовав, как в груди начал зарождаться смерч воспоминаний.

— Да ну, Анрюха! — деловито воскликнул Дима — может, еще все образуется. Вернется она, вот увидишь. Еще заново поженитесь. Просто у вас недоразумение вышло и все. Фигня какая-то. Смс-ки.

— Дело не в смс-ках, пойми. Запал я на неё, на Иру эту. Ущучил?

— О, как! — вскинулся Дима.

— Тупо запал. И самое главное, Тане сказал, что с Ирой у меня всё серьёзно. Короче, жирнющую я точку поставил на своей семейной жизни после этих слов. — Андрей грустно улыбнулся и налил водку.

— Было у вас чего?

— Было, в том-то и дело, что было! Она потрясающая! Знаешь, я помолодел рядом с ней. Мы вместе, прямо, на всех уровнях дополняли друг друга везде.

— Когда вы успели на всех уровнях, Андрюха? — Дима выдержал паузу и уставился с серьезным видом, как следователь на пойманного с поличным карманника. — Сколько тебе лет?

— Много.

— Ну, сколько? — не унимался приятель, явно желая, чтобы его друг раз уж начал, так уж, чтобы подыгрывал до конца.

— Сорок. И что?