Небо в алмазах

Колли Джан

— А потом случилось то, что случилось… — тихо произнес Куинн.

— Да, к сожалению, все закончилось слезами. Ночью кто-то украл ожерелье.

У каждого было свое собственное мнение по поводу того, куда оно исчезло. Несомненно, Куинн был уверен, что Ховард спрятал ожерелье, чтобы получить за него страховку.

— Ховард обвинил в краже Оливера, и разгорелись нешуточные страсти, — продолжала Дени.

— Оливер во всеуслышание заявил, что он отказывается от сестры и что они оба — и она, и ее муж — для него умерли… —

Дени развернулась к Куинну и, ткнув ему в грудь указательным пальцем, загробным голосом добавила: — Впрочем, вы тоже, коли позволяете себе иметь дело с Блекстоунами.

Он улыбался, глядя на нее, и от его улыбки у нее внутри потеплело.

— Вы кое-что пропустили, — напомнил Куинн.

— Что? Нуда, вы же и так знаете о бедной старой тетушке Урсуле, утонувшей в бассейне…

— После того, как она слишком много выпила. Дени прижала палец к его губам.

— Тсс. Мы не говорим ни об опьянении, ни о самоубийстве. — А потом, помолчав немного, добавила: — Кроме того, Ховард принародно обвинил Оливера в организации похищения его сына Джеймса.

— М-да, кошмарная история, — заметил Куинн.

— Не забывайте, что он потерял сына, — вступилась за Ховарда Дени. — И, кроме того, мама всегда говорила, что, сколько бы ни распускали сплетен о его распутных похождениях, он по-настоящему любил Урсулу. Согласитесь, что жить рядом с человеком, страдающим депрессией, не самое большое удовольствие.

Дени посмотрела на Куинна. Как ни странно, но ее рассказ явно не вызвал у него ни малейшего сочувствия.

Интересно, что же на самом деле произошло между ним и Ховардом? — вздохнув, подумала она.

— Я не понимаю, Куинн, у Метта, несомненно, есть все основания ненавидеть Ховарда, особенно если учесть все, что стало известно в последние месяцы, Но, ссора между Ховардом и вами произошла много лет тому назад, неужели даже его смерть не подтолкнула вас к идее прощения?

— Любопытство — большой порок, — без тени улыбки заметил Куинн.

Нет, между ними наверняка было что-то еще, кроме проигранных выборов, подумала Дени. Куинн слишком успешный брокер, чтобы всю жизнь держать зло на человека за то, что тот много лет тому назад портил ему жизнь.

Дени еще раз внимательно посмотрела на Куинна и сказала:

— Знаете, мне кажется, что между вами было еще что-то. Скорее всего — личное. Скажите, что он вам сделал? Может быть, Ховард отнял у вас любимую женщину?

Куинн хранил ледяное молчание.

— Может быть, вы завидовали его профессиональным успехам? — выдвинула она новое предположение. — А может быть, перехватил у вас большой куш?

Лицо Куинна сделалось суровым, и он произнес по складам:

— Ховард Блекстоун никогда ни в чем не брал надо мной верх.

— В таком случае, — продолжала Дени, — наверное, он не захотел признать в вас своего похищенного сына. — Она продолжала шутить о вещах, о

которых шутить непозволительно, и, понимая это, все равно не могла остановиться. Уж очень ей хотелось вновь увидеть улыбку на лице Куинна.

Что же касается Ховарда, то он действительно всю жизнь искал сына и верил, что в любой момент тот может войти в дом. Даже в своем завещании он указал его как основного наследника. И только в том случае, если сын не объявился бы через полгода после его, Ховарда, смерти, в права наследства вступали младшие дети.

Дени вновь и вновь прикидывала различные варианты, и идея с непризнанным сыном вновь привлекла ее внимание. Она решила развить ее дальше.

— Смотрите, вам, наверное, сейчас лет тридцать пять, что вполне соответствует возрасту Джеймса. Как я где-то слышала, вы выросли в детском доме, что тоже вполне подходит. — Она сама испугалась собственных слов и, чтобы скрыть это, смело посмотрела на Куинна. Лицо его по-прежнему оставалось бесстрастным. — Вы пришли с этой идеей к Ховарду, а он высмеял вас и выгнал из дома. Правильно?

Несколько минут Куинн молча смотрел на нее, а потом, опершись обеими руками о бревно, на котором они сидели, слегка привстал, нагнувшись к ней. От его близости у Дени закружилась голова, и желание принадлежать ему прямо сейчас, прямо здесь, с невероятной силой охватило ее. Она оказалась в ловушке, из которой не могла и не хотела вырваться.

— Ты абсолютно не права, Даниель, — мягко произнес Куинн, и глаза его при этом заблестели. Ее незатейливая шутка отчего-то возбудила его. — Я отнюдь не потерянный брат Блекстоунов. — Придвинувшись ближе к Дени, он прошептал ей на ухо: — Потому что, будь я одним из них, я не смог бы сделать то, что собираюсь сделать.

Щеки Дени вспыхнули, она отлично понимала, на что он намекает. Она чувствовала, что неизбежное, как ураган, надвигается на нее. Но она не стала бороться. Наоборот, запрокинув голову, Дени всем телом потянулась навстречу Куинну и закрыла глаза.

В следующий момент она почувствовала его губы на своих губах. Он начал нежно, но в то же время очень уверенно целовать ее. Никто никогда прежде так не целовал ее. Она уже плохо понимала, что происходит, но твердо знала одно: именно о таких поцелуях она мечтала всю жизнь.

Только Куинн наконец показал ей, как на самом деле целуют настоящие мужчины.

Дени забыла обо всем. Ее не волновало, что она нарушает свои же собственные клятвы. Не интересовало, как отнесется ко всему происходящему женщина, для которой она делает украшение. Дени точно знала, что, кем бы ни была эта незнакомка, она, несомненно, поймет, что отказаться от подобных поцелуев — преступление! За считаные секунды Дени научилась возвращать мужчине точно такие же поцелуи. И что самое удивительное — она нисколько не сомневалась в правильности происходящего.