Небо № 7
Шрифт:
— На всякий случай, если у нас вдруг закрутиться роман и спустя время я решусь познакомить тебя со своей мамой, пообещай ей не говорить, что я курю!
Моральный нокаут.
— Знаешь, если бы я была мужиком — у меня бы со страху точно в ближайшие пару недель не вставал.
— Теперь ты понимаешь, какого мне было… — Он заржал. — Я шучу, раздевайся.
Раздевайся?
Я всегда думала, что мужчинам нравится раздевать девушек. Судя по фильмам, произведениям искусства и моему небольшому
— Только раздевайся не так, как ты обычно делаешь после тренировки и перед душем, мечтая поскорее скинуть с себя потные вещи, а так — чтобы это было красиво.
— Ты намекаешь на стриптиз?
— Ну я же тебе тут душевный стриптиз устраиваю. Почему бы тебе просто красиво не раздеться, тебя же никто не просит танцевать с шестом? Полюби свое тело. Такое, какое оно есть — с его изъянами и достоинствами.
— А чего больше: изъянов или достоинств?
— Тебе никогда не говорили, что красота — это совокупность недостатков?
Я стояла и комплексовала.
Ну вот вам слабо по команде красиво раздеться?
Не знала с чего начать — ждала, когда будет располагать момент. Он все никак и никак.
— Я не могу!
— Не могу — это не ответ!
Я со злостью сняла с себя платье, одним рывком лифчик, резинка с волос слетала, сделав меня лохматой и живой.
— Доволен? — закричала я на Макса.
— Глупенькая, ты же это для себя, а не для меня делаешь!
— Выключи свет! Хотя ладно… — я пошла и выключила его сама, лишь из ванной доносились лучи призрачных ламп, — я сама.
Я подошла к Максу и начала снимать с него рубашку — без всяких эротичных примочек, так как будто я продавщица и раздеваю манекен.
Когда я дошла до нижних пуговиц, пальцы рук нервно похолодели. До уха доходил шелест его дыхания, а сама я перетекала в атмосферу его тела. В его плазму отсутствия мыслей. В него.
Я теряла себя. Становясь на ночь той, которую он хотел видеть.
Надеть на себя его рубашку.
Вытащить ремень из его брюк.
Повязать его на талию, спустить плечо и корчить из рубашки платье.
Распустить волосы и движения.
Отойти на десять шагов.
И расстегивать пуговицы рубашки.
Обнажая привычный ход ночи.
С ее недостатками разговоров.
С ее отчаянными попытками влезть в чужое сердце.
Я прислонилась к стене в ожидании реакции Макса.
Он включил какой-то музыкальный канал, затушил сигарету, медленно встал и еще полминуты раздевал меня глазами, хотя согласно моим ощупам самой себя снимать с меня уже было нечего.
Кроме комплексов и усталости что снимать и вынимать из недр этой «самой себя»?
МММ развел мои руки в разные стороны. Стало непривычно и странно. Мне кажется, что страх живет в подмышечных впадинах — МММ
Испуганный зверек во мне мертв. Отныне только я.
МММ запрещал мне двигаться. Запрещал молча, просто сковывая мои движения. В голове было столько мыслей, я старалась осознать процесс, пока в какую-то секунду не решила раз в жизни насладиться. Не думать и анализировать, а прожить.
Прожить просто одну ночь по-человечески.
Не могу сказать, что мой мозг отключали действия Макса, иногда так и хотелось схватить его за руку — расставить пограничные зоны, до какого момента можно, а что нельзя, но не было сил сопротивляться.
— Я же никогда не причиню тебе физической боли, чего ты тогда боишься? — спросил он меня почти посреди самого секса, уже не рукоблудия, а тотального проникновения сущностей.
— Боль душевную?
— Так это будет после. Чего ты сейчас боишься?
Он прав.
Откинуться, положить голову удобно, дать крови притечь к нужным органам, остановить время страха. А дальше танец накрахмаленных простыней.
Я не помню, как толком все это было.
Было хорошо, главное, что все в тумане. Прогресс на лицо.
— Научишь меня, как засыпать рядом с мужчинами?
— Ты никогда не спала рядом с мужчинами? — Он удивился, принес нам по банке тоника из холодильника. — Больше ничего нет, прости!
— Ничего страшного, — я поджала ноги под себя. — Нет, ну я спала с мужчинами, но не высыпалась. Ворочалась всю ночь.
— Нет, ты правда идеальная героиня для Вуди Аллена. Давай договоримся сразу, если я буду храпеть — разбуди меня!
Я проснулась одна в номере.
Без записок, завтраков в постель и даже сопения в спину.
Судя по тому, сколько я спала, он и вправду не храпел.
Я набрала ему.
Телефон зазвонил где-то на территории номера и моего трясущегося как осиновый листок сердца.
И где мне теперь его искать? Представляете, сейчас окажется, что он сбежал, мне придется с позором объяснять, что нечем платить за номер.
Я резко подскочила с кровати, все вокруг закружилось, я придумала себе рак мозга и снова легла под одеяло ждать реанимацию в виде открывающегося номера.
Прошло минут сорок. Я досконально изучила потолок. И зачем малярам теперь так много платят? Даже поковыряться взглядом не в чем.
Макс вернулся, когда я снова уснула. Мне снился чудодейственный сон, что я каталась на слонах от театра Станиславского до Ленинской библиотеки.
МММ приехал в другой одежде, прямо в которой он лег на кровать и обнял меня.