Небеса
Шрифт:
— Семеркам такое и в голову не взбредет, — заметила Айви. — Вы будете прямо у них под носом, а они ни о чем не догадаются.
— Вы уверены? — сдвинув брови, спросил Ксавье.
— Будете учиться под вымышленными именами и фамилиями, — откликнулся Гэбриэл. — И документы будут чисты.
— Мы сможем стать кем пожелаем, — заволновалась я.
— Еще рано радоваться, — урезонил меня брат. — Кто знает, долго ли вы там пробудете?
— Точно, — кивнул Ксавье.
— А нам нужен конкретный университет? — обратилась я к Айви.
— Почему
Новая идея походила на чудесный, недостижимый мир внутри стеклянного рождественского шара. В моих представлениях картина включала все, что я особенно любила в мире людей. Никогда не думала, что мне настолько повезет!
— Ладно, — бодро проговорила я. — Тогда прямо в Оксфорд.
Я решительно опустила стекло и глубоко вдохнула свежий воздух. Ветер растрепал мои волосы. Скоро мы бросим очередной вызов судьбе.
Мы переночевали в нашем родном доме, в Венус-Коуве. Следовало собраться в дорогу. Но и тут возникли непредвиденные сложности. Ко мне бросился Фантом, и я поняла, как сильно соскучилась по нему. Ксавье пытался справиться с отчаянием — он находился близко от своей семьи, но не мог с ними встретиться. Он расхаживал по гостиной, стиснув кулаки.
— Мне жаль, что так получилось, — проговорила я.
— Они — мои родители, — отозвался Ксавье. — Что же мне, притвориться, будто последние восемнадцать лет в моей жизни их не было? А мои сестры и брат? Я хочу быть рядом с ними… смотреть, как подрастают Жасмин, Маделейн и Майкл.
— Ты их увидишь, обещаю, — убежденно произнесла я. — Однажды так и произойдет.
— Ага… к Вудсам вернется блудный сын.
— Они тебя все равно будут любить. И может, настанет день, когда ты сумеешь сказать им правду.
Ксавье невесело рассмеялся.
— Сомневаюсь.
— Тебе очень тяжело, — прошептала я, взяв его за руку, но Ксавье отстранился.
Я замерла. Если уж я не могла утешить Ксавье, значит — дело плохо.
— Откуда тебе знать? — воскликнул он.
Я промолчала. Ксавье схватился за голову.
— Бет, прости меня! Что я несу!
— Ничего страшного, — ответила я, присев на краешек журнального столика.
Я понимала, что злость Ксавье направлена не на меня. Он уставился в окно, словно искал невидимого врага, который мог затаиться где угодно.
— Ты прав, — продолжала я. — У меня никогда не было земных родителей. Но у меня есть Отец, и в данный момент Он на меня сердит. Сейчас я только огорчаю Его. Простит ли Он меня когда-нибудь?.. Он может выгнать меня из дома… но твой никогда так не поступит. — И я невольно улыбнулась. — Но и мой Отец всегда будет тебя любить. Ксавье, ты Его чадо.
— А ты — нет?
— У меня с ним немного иные отношения, — весело резюмировала я. — Вы были сотворены, чтобы любить, а мы — чтобы служить. Ради вас он пожертвовал Своим Сыном, помнишь? Понимаешь теперь? Он тебя защитит.
Ксавье обнял меня за плечи.
— Если так, то я должен оберегать тебя.
В
Айви сразу взяла на себя руководство и принялась упаковывать все, что, по ее мнению, требовалось нам для студенческой жизни. Естественно, учитывая обстоятельства, нам пришлось довольствоваться немногим. Мы не взяли теплые одеяла и настенные постеры, которыми обожают окружать себя первокурсники. Кроме того, я решила, что другие необходимые вещи приобрету на месте.
Ксавье действительно столкнулся с трудностями. Ни любящих родителей, ни долгих прощаний, ни волнения при вручении рекомендательных писем и при записи на различные курсовые предметы. Но я тоже нервничала. Однако Ксавье готовился к поступлению в университет еще с младших классов школы. Его отец и дед состояли в «Сигма Кси», а университетский футбол был семейной традицией Вудсов. Я, напротив, не имела подобного опыта и толком не знала, как сориентироваться на новом поприще. Еще совсем недавно я освоилась в «Брайс Гамильтон», а теперь мне предстояло окунуться в загадочную среду студенческого кампуса. Конечно, Ксавье будет со мной и, если что, поможет, но я бы хотела самостоятельно выполнить «домашнее задание».
— Объясни точнее, что означает «сестричество»? — спросила я, когда Ксавье укладывал наши сумки в багажник автомобиля.
— Это такие девичьи объединения, — ответил он. — И они постоянно заняты полезными делами. А у парней — братства.
— А можно просто выбрать для себя братство или сестричество?
— Не совсем, Бет. Все происходит по обоюдному согласию.
— А если девушку туда не принимают?
— Тогда она в это сестричество не вступает, — пояснил Ксавье. — Поэтому надо быть внимательным.
— А что они собой представляют?
— Узнаешь в течение первой недели, — заявил Ксавье. — Все новички обязательно посещают сестринские и братские дома. Там с каждым из них беседуют. Потом ты получаешь открытки с приглашениями от тех объединений, которые готовы принять тебя.
— Но ведь там сотни студенток? — удивилась я.
— Сведения о девчонках изучают очень старательно, — произнес Ксавье.
— Ты что, серьезно?
— Я не шучу, Бет.
— А это не слишком — производить подобный набор?
— Что поделаешь, в университете свои правила. Например, девушка из Алабамы приезжает в «Ол Мисс». Сестричество «Три Дельта» из «Ол Мисс» связывается с «Три Дельта» в Алабаме, а там, разумеется, найдется тот, кто вместе с этой девчонкой заканчивал школу. Зато про тебя они ничего не разведают.
— Слава Богу. Мне кажется, что такая система чересчур грубая и вообще жестокая.
— Но сестричества занимаются благотворительностью, помогают местному населению. Короче, не переживай. Я не сомневаюсь: нас с тобой примут.