Неангелы
Шрифт:
Он не придет. Не вернется к своей Кире снова. Никогда. Она издала пугающий то ли рык, то ли вой. Из самого сердца. Воспоминания душили. Врывались в разум, резали его и кололи. Заставляя царапать сломанными ногтями кожу в бессильной злобе на себя, на мир, на подругу, на него. Кира считала, что не умеет ненавидеть. Она всегда была доброй, иногда, по мнению её некогда лучшей подруги, даже слишком. Сейчас ненависть сжигала изнутри. Ненависть к себе, в первую очередь. К глупенькой девчонке, которая несколько недель назад раскраснелась от вина и откинулась на мягкую спинку дивана.
К
– Ты в порядке? – он нежно убрал с её лба прилипшую челку и прикоснулся губами.
– Да, - Кира все ещё тяжело дышала не в силах унять стремительно бьющееся сердце и наивно куталась в плед, прикрывая наготу. Несколько минут назад она никого не смущала, но сейчас. Тогда девушка покривила душой, все было не совсем в порядке. Внизу живота неприятно саднило, но удовольствие и осознание новой близости с любимым перекрывали все остальное.
Боль того дня вернулась, усиленная тысячекратно. Пронзила низ живота. Кира скрючилась, подтягивая к груди окоченевшие ноги. Что происходит? Она медленно теряла сознание от голода, холода, выжигающей изнутри боли. Стоило ей разогнуть ноги при следующем уколе боли, как горячая струйка крови скользнула по внутренней стороне бедра. Что это? Шептала она одними губами, теряясь в лабиринтах физической и душевной боли. Больно. Слишком больно, чтобы выдержать это живой. Сознание медленно улетало в темноту, спасительный сон укутывал её плащом из безмятежности.
Грохот. Дверь отлетела вместе с косяком. Сквозь темноту и ускользающее сознание Кира увидела мужскую фигуру. Неужели! Он пришел. Первая догадка. Разочарование. Это не он. Ярослава она могла узнать по фигуре. Это был кто-то другой. Кто-то чужой.
– Идиотка, - человек нашел её за считанные секунды. Голос. Она его узнала. – Что ты с собой сделала?
Горячая рука прикоснулась к её лбу, отметая сон. Вторая легла на живот, в том самом месте, где болело. Кира попыталась скинуть с себя эти бесцеремонные руки, но сил хватило лишь на слова.
– Дмитриев, иди к черту. Дай умереть, - прошипела девушка одними губами. Но незваный гость расслышал. Все до последнего слова.
– Твою мать, ты беременна, что ли? – Лучший по медицине без труда почувствовал её. Да, маленькое сокровище. Она узнала совсем недавно, но не успела сказать. Теперь все неважно. Ей остается только умереть вместе с этой маленькой жизнью. Их бросили. Растоптали.
– Уходи, - снова попытка прижать ноги к груди, которую грубо прервали.
– Разбежалась. Спать, - он быстро замкнул полюс в районе виска. Глаза девушки закрылись, и она погрузилась в сон. Мужчина без труда подхватил её на руки, за последние дни Кира ужасно похудела из-за стресса и постоянной тошноты. Он на секунду замер, вглядываясь в черты лица, на которые раньше не обращал никакого внимания. Да, ну и подарочек подсунул ему Творец. В любом случае, нельзя терять времени. Беременную женщину он вылечить не сможет, а ей нужна помощь. Срочно. Всё остальное будет позже,
– Подожди. Прежде, чем Творец, - Учитель кивнул в мою сторону, - вынесет приговор, я должен зачитать все пункты обвинения.
К своему ужасу я осознал две вещи: мне придется вынести приговор отцу и Учитель упивается этим моментом. Он ждал его. Долгие годы ждал и, наконец, достиг цели. Какой? Вряд ли просто мстил за чувства жены. Никто не стал бы так делать, а он тем более.
– Все покушения на Арину запланировал твой отец. Даже то несдержанное поведение Комарова его рук дело. Парень ни в чем не виноват. Ему в голову подсадили эту идею, и на благодатной почве она развилась в манию, - хладнокровно продолжал свою обвинительную речь Учитель.
– Он заигрался в великого Главу. В того, кто может теперь получить всё. Но больше всего наш Ярик хотел получить Киру, вернуть её в свою жизнь полностью и избавиться от твоей матери. Не так ли?
– Да, именно поэтому ты убил её? – процедил сквозь зубы отец.
– Ярослав, ты никогда не играл в компьютерные игры? – не в тему спросил Учитель, улыбаясь одними глазами . – Есть там такие многоходовочки. Так вот, Кирилл, ты догадываешься, кто договорился с Советом о вотуме недоверия?
– Отец, - в голове мелькнула шальная мысль. Черт. Все с самого начала было так просто. Я готов был убить Учителя, без суда и следствия, как только закончу с отцом. – Я говорил с ним об этом после Церемонии. Он не подтвердил, но…
На лице Ярослава под моим взглядом не дрогнула ни одна мышца. Он уже понял, что загнан в угол и больше у него нет козыря в рукаве.
– Все верно. Тени провели расследование. Это было нашим долгом перед проведением испытания. Мы не можем взять жертву просто так. Да, я убил твою мать. Можешь казнить меня, если хочешь, но начни с него. Он поставил меня перед выбором и, прости, что выбрал жизнь своей дочери и пожертвовал Лией. Наверное, я должен был поступить иначе.
При мысли о потере Арины, даже иллюзорной, у меня внутри все сжалось. Голова слегка закружилась, и я крепче сжал её руку и тут же ослабил хватку, чтобы не причинить боль. Невозможно, потерять её невозможно. То, что я сейчас скажу, растопчет память матери, но иначе. Не могу иначе. Уголки глаз щипало. Неужели после всего я еще способен на слезы? Никогда не плакал, не стану и начинать.
– Вы все сделали правильно.
Я вытянул руку. Одно движение и отец потерял сознание. Привести приказ в исполнение можно позже. Мне есть о чем еще с ним поговорить и, в конце концов, распоряжение о моем назначении должно исходить от него. Переворот внутри Ассоциации не пройдет безболезненно, если не будет подтверждения Главы.
– Учитель, еще один вопрос…
Глава 23. Истинный Оракул
– Хочешь узнать про заговор, которого не было? – Учитель быстро сообразил, что я не планирую его ни убивать, ни даже отправлять в заключение. Мне показалось или он сейчас похлопает меня по плечу и скажет, что вся история с освобождением Теней – затянувшаяся шутка. Тогда я точно откручу ему голову. Арина меня не простит, но мы ей память подкорректируем и никаких проблем. Идеальное преступление.