Не злодей
Шрифт:
Н-да, взломщики из нас те еще — только и годимся, чтобы мафию, основательно загнанную под шконку местными порядками, щипать. Кстати, в «Наставлениях», я точно помню, есть рекомендация «учитывать при планировании операций погодные условия». Вот только опыта, как всегда, не критически хватило — ну, хоть повезло. В этот раз…
До, с позволения сказать, «временной базы», мы добрались уже под утро — на нервах Птица наотрез отказалась взлетать, и пришлось шагать через ночной лес, выросший на пологих склонов недо-гор пешком. То еще удовольствие, конечно — но именно это нам и нужно было. Заодно Фая как следует набегалась
Раскинутая палатка встретила нас натуральным дубаком — перед восходом Солнца выпала такая мощная роса, что в лесу как будто дождь пошел! Впрочем, внутрь все равно спрятаться не получилось бы — сначала нужно было вытащить наружу весь небрежное туристический хлам, что я таскал в борзой. Его я вывалил внутрь палатки освобождая место перед рейдом в контейнер-парк. Газовую горелку, правда, все же быстро отыскал — как и спальник, в который закутал дрожащую от холода девушку.
А вот самому мне предстояла перспектива вертеться у выкрученного на максимум пламени, пытаясь не дать успеть противоположному боку остыть… Или просто разжечь нормальный костёр! Хотя я околею, пытаясь собрать достаточно хвороста, блин… Стоп, ящики же! Точнее, хорошие, очень сухие доски, из которых они сколочены! Заодно и что внутри узнаю.
…В первом, очень тяжелом оказался какой-то навороченный трансформатор — тяжеленный сердечник обматывали бесчисленный витки проволоки разной толщины. Одни только блестящие золотом контактные площадки намекали, во сколько такой девайс обошелся родителям. Прибор во втором я не узнал в принципе — что-то электромеханическое и сильно вибрирующее судя по толстым демпферам креплений. В третьем… в третьем оказался шлем.
Представьте себекаркассовременного шлема для активных видов спорта, к которому какой-то затейник вместо пластиковой обшивки прикрепил десятки, нет, даже сотни одинаковых тонких металлических трубочек. Получилось что-то вроде прически ежа — причем расположение этих трубок относительно каркаса еще и двигать можно было. Зачем такая хрень кому-то могла понадобится — оставалось только догадываться. Но явно не для создания эксклюзивных причесок — скорее на ум приходило снятие электроэнцефалограммы… Ауч!
Виски внезапно пронзила острая боль, мигом перебив и дискомфорт холодного калифорнийского утра в лесу, и тепло от разгоревшихся досок… и вместе с этой болью пришло какоенеправильноеузнавание. Неправильно, потому что «шлем» был мне, определенно, знаком — но при этом в нём чего-то не хвата…
Электроды.
Проклятье! Сквозь выступившие из глаз слезы и брызнувшие искры я разглядел нужную коробку — Фая восприняла всплывшее из подсознания слово как приказ. Механически надорвал картон — и уставился на серебрящийся в отблесках костра под слоями полиэтилена свёрнутый в бубликпучоктонких, чуть толще волоса, нитей.
Прозрачная изоляция, надо же. Значит, нашли все-таки полностью синтетический аналог.
Чёрт, как же больно!!! Но та боль, физическая, что заставила моё тело сжаться в позе эмбриона на холодной сырой земле — сущая ерунда по сравнению с болью душевной. Я вспомнил. Те последние месяцы жизни в родном мире, от которых, казалось, в памяти не осталось и следа. Я вспомнил, каксюда попал.
Глава 21 без правок
— Ярослав, хотел у тебя спросить… Что у тебя сейчас с работой?
— Появилась вакансия по профилю?! — мигом сообразил
Если честно, я уже почти перестал верить в то, что моя научная карьера… м-да, даже не то, чтобы сложится — тронется с мертвой точки, где застряла десять лет назад. Первые шесть лет после получения диплома я в свой путь ученого верил истово! Отметал даже малейший намёк на мысли поискать другую жизненную реализацию. Тем более, после трёх лет бесплотных попыток пробиться на бюджетную очку смог-таки заработать на поступление в заочную аспирантуру и даже успешно закончил её. Параллельно за эти шесть лет вышли целых две научных статьи, где я фигурировал одним из авторов. Тогда мне казалось, что это охренеть как круто!
«Теперь-то», — тогда думал я, — «ничего больше мне не помешает дособрать материалы на диссер, защитить кандидатскую — и наконец-то стать одним из штатных ассистентов профессора Вяткина, моего научного руководителя!»
Шесть лет работать лаборантом вне штата по выходным, без особого влияния на научный процесс, если честно, уже порядком подзадолбало: «там подпояй, тут напиши код для контроллера, иди переставь пробирки — да подожди ты сыпать своими идеями, пусть ассистенты проработают на основе анализа данных теорию.» Но цель в моих глазах по-прежнему оправдывала все неудобства. Но спустя еще четыре года, наполненных «собранных данных недостаточно для полноценной научной работы, да ты и сам это понимаешь» мысли выкинуть на помойку юношескую мечту звучали в моей голове в полный голос.
Именно занятые выходные не дали мне наладить личную жизнь — не нашлось девушки, которая бы согласилась терпеть такую мою занятость. Приплюсовать ненормированный рабочий день по будням и прыжки с профессии на профессию без карьерного роста и перспектив — и от меня отвернулись даже те друзья, что остались после школы и института.
Нам просто не о чем было говорить. Не сказать, правда, что я особенно страдал: перепробовав массу дел и занятий я знатно расширил свой кругозор и научился работать руками и головой. Как показала практика, деньги для человека, желающего работать, а не получать зарплату за скуку в офисе, тоже проблемой не становились. Но прожить так всю жизнь? Перспективка так себе. И вот, когда я уже был готов отказаться от мечты…
— Не торопись, лучше уладь все формальности как надо, — сделал мне внушение проф. Поскольку я старался приходить в лабу с позитивным настроением и вообще мне нравилось то, что здесь занимаюсь, научрук, кажется, до сих пор считал меня жизнерадостным раздолбаем. — Будешь устраиваться по трудовой книжке, зарплата полностью «белая». Пропускной режим, опоздания неприемлимы, придется тщательно соблюдать технику безопасности и внутренние инструкции — зато, гарантирую, ты там за год закончишь писать кандидатскую! Тема смежная с твоей, и очень, скажу, очень перспективная — даже из той информации, что не подпадает под корпоративную тайну, можно десяток статей в год делать.
— Алексей Владимирович, даже не знаю, как благодарить, — мрачные мысли от расписанных перспектив полностью улетучились.
— Собеседование будет через три недели, — продолжил наставлять меня научрук. — Ты его легко пройдёшь, но на всякий случай я вот тут тебе приготовил материалы на флешке: немного биологии, физиология нервной системы, еще кое-что. Если покажешь хотя бы поверхностное знание этих тем — будет совсем хорошо… Ах да, и обязательно диспансеризацию внеочередную в поликлинике пройди.