Не умирай
Шрифт:
Козел смотрел на Бинвея Ма, потом взглянул на Эйна.
— Мальчик соврал вам. Он ведет вас против человека с тем же господином, что и он.
— Император десяти королей? — сказала Чо.
— Как-то так. Левая рука атакует правую. И все вы умрете в Ву.
Чжихао застонал. Он был в двух шагах за Чо и ушел бы дальше, но тогда покинул бы свет огня.
— Он явно врет. Чен, ешь его.
Чен Лу пожал плечами.
— Я уже стал испытывать к нему симпатию. Его голос почти поет слова.
— Рад слышать, — лицо старика широко улыбнулось,
— Хакутаку не врет, — медленно сказал Эйн, — но и не рассказывает правду.
Козел рассмеялся с блеянием.
— У всех нас свои проклятия.
— Это уловка, — Рой Астара отвернулся от козла и посмотрел во тьму за их маленьким лагерем. — Отвлечение. Атака близко.
— Ах, живой заговорил, — козел снова рассмеялся. — Атаки нет. Только я.
— Эй! — Чжихао храбро шагнул вперед и оказался рядом с Чо. — И я живой.
— Отчасти.
— По большей части.
Снова смех.
— Отчасти живой, почти мертвый. Какая разница?
— Я скучаю, — сказал Чен Лу. Он поднял булаву и замахнулся в сторону ёкая. Но козел отскочил, перемахнул через костер мимо Чо и Чжихао и скрылся в ночи. Его хохот разносился эхом по пещере.
Голос козла донесся до них из тьмы:
— В Ву вас ждет только смерть.
Глава 26
Чжихао был в Цине лишь раз. Провинция жестоко обходилась с бандитами, топтала их военной силой, так что место было опасным для таких, как Изумрудный ветер. Пылающий кулак предпочитал останавливаться в провинциях Лау и Цай на западе, где бандитов считали просто ежедневной опасностью. Да, там был не такой хороший улов для вора, но зато было относительно спокойно, и жители не отбивались. Поля и леса Циня были не местом для Чжихао, и как только они попали в провинцию, он поднял капюшон. Он сомневался, что его все еще искали местные, но он всегда говорил, что лучше перебдеть, чем быть повешенным. Особенно, когда это были преступления из иной жизни.
Хоть они не видели ёкая-козла снова, его слова остались в голове Чжихао, когда они добрались до окраины Циня день спустя. Никто не хотел это обсуждать, решив сделать вид, что забыли о встрече, но Чжихао не мог. Ёкай сказал, что Император служил тому же господину, что и мальчик.
— У тебя снова ноги в крови, — сказал Чжихао, Эйн наступил на острый камень, скрытый в траве. Впереди лежала Цинь: поля травы высотой с Чена Лу, холодные и чистые реки в любое время года и деревья, тянущиеся к звездам.
Мальчик посмотрел на свои ноги.
— Да.
— Скажи еще раз, почему ты без обуви, — осведомился Чжихао.
— Потому что шинигами запретил, — ответил Эйн. Чжихао думал, что ему показалось, но мальчик в последнее время будто больше хмурился.
— Потому что шинигами не могут носить обувь? — не унимался Чжихао. Он не понимал, почему шинигами были без обуви — еще одно глупое правило мира.
Мальчик пожал плечами и шел дальше.
— Я не знаю.
— Почему шинигами не может носить обувь? — спросил Чжихао.
— Из-за Ио Сэн, — прохрипел Рой Астара. — Богиня последствий прокляла их всегда ощущать последствия своего пути.
Чжихао нахмурился.
— Боги могут проклинать друг друга?
Рой Астара пожал плечами.
— Шинигами не как другие боги. Они — жнецы, лорды смерти. Их работа — собирать души тех, кому пора умирать. Но они порой сходят с пути. Их роль не устраивать смерть, а только служить ей. И Ио Сэн прокляла их не носить обувь, чтобы им хотелось оставаться на своем пути.
Чжихао застонал:
— Это… глупо.
— Хватит, Чжихао, — сказала Итами. Она замыкала группу и улыбалась. — Приятно видеть жизнь снова. Горы такие пустые.
Рой Астара влажно кашлянул.
— Деревня должна быть недалеко на востоке отсюда. Нам нужно попасть туда до ночи. В Цинь опасаться нужно не только ёкаев.
Они не встречали ёкаев после козла, и никто не нападал на них после мизучи. Но Рой Астара был уверен, что этой ночью на них нападут. Прокаженный говорил, что слышал их движение, и мальчик соглашался. Эйн сказал, что шинигами собирал силы для следующей атаки, опаснее мизучи. Чжихао надеялся, что это было не так, но подозревал, что будет еще хуже.
Они шли по указаниям Роя Астары среди заросших полей, полных насекомых и птиц. Далеко на юге Чжихао видел огромный лес Цинь, зеленую полосу с туманом на горизонте, но угасающий свет вскоре лишил их вида, и они оказались в траве, достающей ему до плеч, только свет луны вел их. Место казалось идеальным для нападения ёкаев. Они не увидели бы духов, пока те не напали бы, но Рой Астара шагал дальше, и никто не спорил с решением. По крайней мере, пока ветер не принес дым и далекие крики умирающих.
На востоке за высокой травой Чжихао видел оранжевое сияние. Оно хорошо знал то сияние. Деревня, куда они шли, горела. Рой Астара замер, и остальные тоже застыли.
— Нам нужно пойти на юг или север, — сказал прокаженный. — Можно обойти.
— Восток, — почти отчаянно сказал Эйн. — Нам нужно идти вперед.
Итами сжала меч крепче.
— Нам нужно помочь им, кем бы они ни были.
Мальчик покачал головой.
— Нет. Их судьба — их дело.
— Мы хотели остановиться в их деревне.
— Нет, — закричал Эйн. — Ты поклялась мне, Шепчущий клинок.
— Я поклялась помочь тебе дойти до Ву и императора. И поклялась убивать для тебя, чтобы ты не вернул Пылающего кулака. Я не клялась позволять невинным умирать, когда я могу остановить это.
— Ты права, Итами, — сказал Бинвей Ма. — Сильный всегда должен помогать слабым. Это основа мудрого общества. Эйн, ты хочешь, чтобы мы убили императора, злодея, верного только мечу. Ты говоришь, что выбрал нас, потому что мы герои, и герои должны одолеть тирана. Но если мы будем игнорировать крики других людей, мы будем злодеями, а не героями.