Не умирай
Шрифт:
— Необычный, — сухо сказал Эйн. Он закончил зашивать раны Бинвея Ма и стал теребить шарф. — Шинигами нужно много сил, чтобы управлять им, особенно при свете дня. Если повезет, пару дней нас трогать не будут.
Чен Лу сказал:
— Но чем ближе мы будем к Ву… — он утих, и мальчик подхватил:
— Тем ожесточеннее будут попытки остановить нас. Какой бы шинигами не пытался мне помешать, он не прекратит из-за того, что мы убили некоторых его слуг. Я бы попросил вас быть настороже. Худшее еще впереди, — в голосе Эйна появился страх.
— Я слышал, что редкие ёкаи опаснее мизучи, — отметил Бинвей Ма.
— Тогда в Солнечной долине мало знают, — сказал Рой Астара
Чжихао оглянулся поверх камня, к которому его прислонили. Бинты Роя Астары выглядели чище, а глаз — яснее.
— Если они уже не нападут сегодня… — Чжихао притих, — или этой ночью, я бы хотел немного поспать. Я сегодня сражался. А те, кто не сражался, должны по очереди быть в дозоре.
Прокаженный обошел камень и посмотрел на Чжихао.
— Я пригляжу за твоим сном.
Победа стала не такой приятной. Что-то в том, как Рой Астара произнес слова, напоминало насмешку, и Чжихао был уверен, что сможет выспаться ночью. Он сжал в ладони зуб угря и давил изо всех сил.
Глава 25
В тот день других атак не было, и раненые спали долго и заслужили отдых. Чо и Рой Астара приглядывали за ними, Эйн сидел у костра и глядел на восток, ждал, пока солнце взойдет. Первые лучи появились за далекими горами, Эйн встал и отряхнулся.
Остальные постепенно проснулись. Чжихао медленно встал и пожаловался, что его разбудили. Чена Лу всегда было сложно будить, и он угрожал открытым мятежом, если ему вскоре не наполнят чем-нибудь живот. Он заявил, что мизучи забрал у него много ци, и ему нужна была еда для поддержания Железного живота. Рой Астара обещал пристрелить первое съедобное животное, если кто-то еще приготовит его.
Солнце поднялось над горизонтом, и они отправились в путь, шли на юго-восток по потрескавшимся камням и узким горным тропам, прокаженный обещал, что они скоро найдут дорогу, ведущую на восток к провинции Цинь. Они могли в пути только говорить, и Чен Лу был этому рад. У него была сотня историй, одна хвастливее другой. Но даже Чен Лу устал говорить, и они стали по очереди рассказывать истории. Бинвей Ма рассказал, какие испытания ожидали его на пути к Несокрушимым скалам над Солнечной долиной. Он заявлял, что призраки живут на той горе, не ёкаи, а души тех, кто умер, не добравшись до вершины. Каждый призрак бросал ему вызов по пути, и Бинвей Ма всех их одолел. От другого это звучало бы как хвастовство и выдумки, но Чо верила Мастеру Солнечной долины. И за последнюю дюжину дней она видела и не такое странное. Но она заметила, что его истории происходили только в пределах Солнечной долины.
День стал ночью, цикл повторился, но ёкаи больше не нападали. Эйн заявлял, что они еще были там, смотрели и ждали. Потеряв мизучи, шинигами выжидал и копил силы. На третий день они вышли на большую дорогу, ведущую по горам на восток, и стали встречать путников. Народ Шина был суровым и скрытным. Они шли большими группами для безопасности, многие несли оружие. Чен Лу смеялся каждый раз, когда они угрожали группе с таким оружием, отмечая, что они не выглядели так, словно знали, как им пользоваться. Они шли дальше без проблем, и Чо была этому рада. Ее честь уже пострадала от того, что она делала для Эйна. Одно дело — убивать ёкаев, но она билась против Бинвея Ма, хорошего человека. Хоть не она нанесла убийственный удар, она в этом участвовала. А она не могла оправдать убийство невинных, которые хотели защититься от незнакомцев. Она поклялась
Они заметили столицу Шина вдали на третий день. Она стояла на ровном плато, высоко над дорогой. Дым поднимался от города тонкими струями, показывая, что там кипела работа, и поток людей входил в город по опасной горной дороге. Издалека они выглядели как муравьи. Чо и ее товарищи двигались на восток, к Цинь, но Чжихао предложил пару дней провести в городе, пополнить припасы. Никто не согласился, даже Чен Лун. Народ Шина не любил чужаков, и редкие группы выглядели подозрительнее, чем они. Чо не винила Шин, люди жили в горах, граница с Кохраном была на севере. Люди Шина отбивались от горных котов, выживали на жестокой местности и следили, нет ли рядом шпионов из Кохрана. Но их припасов могло хватить до Циня. Рой Астара говорил, что там было много деревень, готовых торговать с чужаками.
В последнюю ночь в Шине они нашли небольшую пещеру недалеко от главной дороги. Пахло медведем, но Чен Лу рассмеялся и сказал, что ни один медведь не превзойдет его. Высохший ствол старого дерева дал им хворост, и они сели на камни и смотрели, как звезды сияли над ними. Чо никогда не умела читать звезды как ее отец или старший брат, но звезды всегда успокаивали ее.
Они делились прошлым в историях, и настала очередь Чо. Она подумывала рассказать о битве с Ядом, но Чжихао перебил ее, когда она начала.
— Почему у тебя два меча, — спросил Чжихао, — но ты достаешь только один? И почему ты можешь убить ёкаев, а я могу только разозлить их?
Бинвей Ма ответил первым:
— Потому что ты не знаешь, как правильно использовать свою энергию, чтобы отсечь то, что привязывает ёкая к телу, которое он занял.
Чен Лу рассмеялся.
— И ты, Железный живот Чен.
— Я — Железный живот Чен. Я все знаю о ци.
— Для себя, но ты мало знаешь о ци других.
Чен Лу хохотал.
— Нечего тут знать. Моя ци сильнее, и я сильнее.
Чо заметила, что Эйн смотрел на нее, бледные глаза отражали свет огня. Она попыталась отвести взгляд, но он удерживал ее внимание. Чем больше она смотрела в его глаза, тем глубже они вели, и она уже смотрела не на мальчика, а в пустоту, такую темную, что она могла сгореть там и не ощутить этого.
— Итами! — Чжихао бросил в нее камешек. Он отскочил от ноги Чо, и она смогла оторвать взгляд от Эйна. — Ты хотела рассказать нам о своих мечах.
Чо вытащила ножны из-за пояса и опустила их на колени. Два меча в одних ножнах, катана и…
— По традиции в Ипии шинтей получает меч, созданный, когда она заканчивает обучение. И когда я прошла все испытания, мастера посчитали меня достойной титула, и я отправилась в город Окан, где живет Мифунэ, величайший творец мечей, — Чо улыбнулась в свете огня. — Он прогнал меня, когда я попросила его сделать мне меч. Не из-за денег или отсутствия уважения. Когда он посмотрел на меня, он сказал, что не мог решить, какой меч мне нужен. Я посчитала его безумным стариком. Но разум у него был. Я оставалась в Окане пять дней. Пять раз я ходила к Мифунэ, и он пять раз прогонял меня. На последний день там меня нашел его ученик. Я не знаю, что заставило Мифунэ передумать. Наверное, так бывает, когда кузнец еще и читает звезды. То звезды говорили ему отказаться, а потом он пообещал мне величайший меч в Ипии. Он сказал мне, что настоящий меч, достойный шинтей, делают пять месяцев. И я сделала себя полезной на пять месяцев. Людям Окана нужен был хороший мечник. Окан находится на окраине Ипии, и там редко бывают агенты императора. Там бандиты, военачальники, похожие на Пылающего кулака. И прочее.