Не тяни леопарда за хвост
Шрифт:
— И где же сейчас этот джентльмен и юная леди? — не выдержал Эмерсон.
— За воротами, папочка. Под охраной Боба и Генри. Мы же поспешили к дому, узнав благодаря настойчивым расспросам мистера Гаргори, что вы с мамочкой находитесь в подвале, куда стремительно прибывает вода. Услышав твой голос, папочка...
— Да-да, малыш, дальше нам все известно, — вставил инспектор. — А мистер Гаргори?...
— Наш дворецкий, — сообщила я.
Кафф во все глаза уставился на Гаргори. Тот с невозмутимым видом крутил в руках дубинку.
— Д-дворецкий, — ошарашенно
— Полно, Кафф! Успеете еще наахаться, — заговорил Эмерсон. — Мы тут языками чешем, а дом горит! Можно что-нибудь сделать, как по-вашему? Там же слуги!
— Позволь заверить тебя, папочка, что особой опасности нет. Все слуги, полагаю, успели покинуть дом. Что касается пожара, то его уже вряд ли удастся потушить.
И он был прав. По двору, точно потревоженные цыплята, с визгом носились полуодетые слуги. А Моулди-Мэнор сейчас мог загасить разве что второй всемирный потоп.
— Он ведь был уже мертв, правда? — шепнула я мужу.
— Да, дорогая моя Пибоди. Мы ничего не могли сделать. Какой благородный конец, — помолчав, добавил он сдавленным голосом. — Погибнуть, спасая беззащитную женщину от участи более страшной, чем смерть. Верно, Кафф?
Инспектор обменялся с Эмерсоном долгим взглядом.
— Совершенно верно, сэр. А теперь, если вы не против, займемся пленником, которого ваш сын и дворецкий так любезно поймали для Скотланд-Ярда.
Дорогу сразу за воротами перегородил наш собственный экипаж, — по-видимому, именно таким способом Рамсес приказал остановить карету, запряженную парой превосходных вороных. Генри я не увидела, а Боб, один из самых юных лакеев, безмолвным стражем возвышался над двумя фигурами — мужской и женской, — что устроились прямо на поросшем изумрудной травой склоне.
Мисс Минтон была до самого подбородка закутана в плотное темное покрывало. Длинные волосы девушки разметались по земле, накрыв и колени джентльмена, на которых покоилась ее голова. Даже не видя лица джентльмена, я узнала его мгновенно.
Какой странный оттенок придает лунный свет огненно-рыжим волосам...
— Нет! — вырвалось у меня. — Только не он! Только не Кевин!
— Спокойно, Пибоди. — Эмерсон подцепил меня за край блузки, которую я после вынужденного «разоблачения» в подвале так и не заправила в брюки. — О'Коннелл наверняка принимал участие в спасательной операции. Не могло же тебе прийти в голову, что он...
— Еще чего! Никогда!
(Я слукавила, читатель. Убийственная сила рук, едва не отправивших вашу покорную слугу на тот свет у Иглы Клеопатры, невольно навела на воспоминание о том, с какой легкостью Кевин О'Коннелл подхватил меня на руки во время заварухи в Сомерсет-хаус. На такое мало кто способен — и уж никак не хлипкий граф Ливерпуль.)
— Ха, ха! Шутишь, Эмерсон? Убийца — вовсе не Кевин О'Коннелл. Убийца...
Я выжидающе посмотрела на мужа.
— ...в карете, Пибоди, — отозвался Эмерсон.
Там мы его и нашли, связанного по рукам и ногам таким количеством веревок, галстуков, носовых платков и шарфов, что на бегство у него осталось не больше шансов,
Мистера Юстаса Уилсона.
Отправив злодея на Боу-стрит, инспектор Кафф объявил, что у него еще масса дел, но Эмерсон настоял на том, что мы заслужили отдых, и предложил всем вместе отправиться домой.
— К тому же, Кафф, — добавил профессор, — вы сможете совместить приятное с полезным. Выпьете рюмочку, а заодно и показания у нас возьмете. Идет?
Какое счастье, что вчера мы проснулись в третьем часу. Умывшись и переодевшись в сухое, я снова была полна сил. Все искатели приключений собрались в столовой для прислуги, поближе к кухне. К тому же нам-то все равно, а Гаргори с остальными ребятами в гостиной чувствовали бы себя неуютно. Очень милая вышла вечеринка, с холодными закусками, яблочным пирогом и реками выпивки. Рамсес не преминул провернуть обычный фокус — подставил свой бокал, думая, что папочка не заметит и плеснет ему наравне с остальными. Папочка заметил, но бокал все же наполнил.
— Заслужил, сынок. Не хмурься, Пибоди. Джентльмен должен уметь пить.
— Еще как заслужил! — подтвердил Гаргори. — Да если в не молодой хозяин, откуда в нам знать, где вас искать?
— На запятках ехал? — уточнила я.
— Да, мамочка. Зная, что ты наверняка отправишься на поиски папочки, я изменил внешность и последовал за тобой. Затем, посчитав неразумным оставаться в Моулди-Мэнор, вернулся с тем же экипажем в Лондон и немедленно обратился за помощью к мистеру Гаргори и остальным. Поскольку мистер О'Коннелл не раз приходил сюда справляться о мисс Минтон, я взял на себя смелость вызвать и его.
Кевин, разумеется, тоже был здесь. Собственно, в столовой недоставало лишь мисс Минтон, которой нужно было отдохнуть после всех злоключений, и миссис Уотсон, вызвавшейся присмотреть за бедняжкой. Впрочем, миссис Уотсон в любом случае наша вечеринка с прислугой не пришлась бы по нраву.
— Ваша забота не может не тронуть сердце мисс Минтон, — заверила я репортера.
— Она спутала меня с другим, — тоскливо сообщил О'Коннелл бокалу с рубиновой жидкостью. — Я обнимал ее, покрывая прелестное лицо поцелуями... О да, пользоваться слабостью леди — не достойно джентльмена... но я не мог удержаться. Это было выше моих сил. Я обнимал ее, а она называла меня... называла...
Физиономия профессора сравнялась цветом с комодом красного дерева. Выдержав паузу — ничего, пусть мой любимый немножко помучается, — я постаралась утешить несчастного юношу:
— Опиум по-разному действует на людей, Кевин, но в любом случае человек не отвечает за свои слова и поступки. Вот увидите, когда мисс Минтон проснется, она оценит вашу преданность. Особенно после того, как узнает о вашей героической схватке с вооруженным убийцей. Ведь если бы не вы, жертв могло быть гораздо больше!