Не совсем джентльмен
Шрифт:
«Дамский путеводитель к счастью и душевному комфорту»
Чарлза Брайтмора
Виктория не верила своим глазам, у нее даже живот скрутило от страха. Она ожидала, что Натан начнет кричать на нее, но он лишь тихо переспросил:
– Простите, что?
Она сглотнула.
– Записка... съедена вашей... козой.
– Пожалуйста, скажите, что это очень плохая
– Да, это очень... Нет, это правда.
Он посмотрел на ее платье и его поврежденную часть.
– Вы... зашили письмо в подкладку.
– Да.
Натан опять посмотрел ей в глаза, буквально сверля взглядом.
– Вы же заставили меня поверить, что записка в доме.
– Нет, я сказала, что верну ее вам, как только мы возвратимся, но не говорила, что она в доме.
– А что, сложно было отдать ее мне на пляже? Судя по тому, как вы шьете, распороть подкладку не составило бы труда!
Она перестала сжимать юбку в кулаке, приложила пальцы к губам и, твердо посмотрев на него, проговорила:
– Если бы кое-кто не вздумал секретничать и прятать письма в моем багаже, а кто-то еще не отказывался бы от помощи...
– Вы про меня и вашего отца?
– Естественно! Если бы вы оба не были такими глупыми, мне вообще не пришлось бы зашивать письмо туда, где оно, между прочим, было в полной безопасности, пока ваша коза не съела его!
– Хотите сказать, это я виноват?!
Виктория выпрямилась.
– Да, отчасти. Но долю вины я, так и быть, беру на себя.
– Очень щедро с вашей стороны!
Прежде чем она ответила на его сарказм, вмешался лорд Элвик:
– Кто-нибудь может мне объяснить, что здесь происходит? Какая записка?
Натан предостерегающе посмотрел на Викторию, но она проигнорировала его взгляд и обратила все внимание на Гордона:
– Мой отец спрятал в моем же чемодане письмо для доктора Натана. К несчастью для него, я нашла его первой. Еще хуже то, что его коза только что съела это письмо, зашитое в подкладку моего платья.
Гордон пронизывающим взглядом посмотрел на Натана:
– Зачем Уэксхолл переслал тебе секретное письмо?
Получив вместо ответа непроницаемый взгляд, он медленно проговорил:
– Твое неожиданное возвращение сюда... письмо от Уэксхолла... ясно, это связано с драгоценностями. – Его слова звучали как обвинение. – Почему ты мне не сказал?
– Если бы Уэксхолл хотел, чтобы ты знал, то сам бы довел это до твоего сведения. Или я бы сообщил, в зависимости от указаний в письме, которого теперь нет. Мне надо связаться с Уэксхоллом и все ему рассказать.
Лорд Элвик повернулся к Колину:
– Ты знал об этом?
Лорд Саттон кивнул:
– Да, и собирался рассказать тебе во время сегодняшней прогулки. – Он посмотрел на Натана. – Гордон имел право знать!
– Я и не отрицаю этого, – спокойно ответил Натан. – Однако предпочел бы сначала получить всю информацию, прежде чем кому-то что-либо рассказывать.
– Отлично,
Натан приподнял бровь.
– А тебе-то что до этого? Не твоя же репутация пострадала.
– Ну да, меня всего лишь подстрелили во время операции! Или ты забыл?
Повисла тишина. Виктория плотно сжала губы, чтобы не выдать своего нервного состояния. Натан сжал руки в кулаки.
– Нет, я все помню, – сказал он и повернулся к Виктории, застывшей на месте с испуганным лицом. Успокоившись, Натан спросил ее: – Вы ведь читали записку?
– Да.
– Хорошо, тогда вы сейчас же пойдете со мной в дом и изложите на бумаге все, что запомнили, пока я буду писать вашему отцу.
Не дожидаясь ответа и какой-либо реакции со стороны Колина или Гордона, он повернулся и направился к дому.
Гордон пробормотал что-то, содержавшее слова «грубый» и «самодержец», а вслух сказал:
– Полагаю, вам требуется сопровождение, леди Виктория. Могу я быть удостоен такой чести?
Виктория посмотрела на лорда Элвика, на лице которого все еще была злоба, и на Колина, стоявшего чуть поодаль. Последний был очень обеспокоен.
– Спасибо, но я не хочу мешать вашим планам. Вы ведь хотели поехать верхом? Извините, мне надо идти...
Она убежала, прежде чем они успели открыть рты.
Стараясь не переходить на бег, Виктория пыталась подавить в себе смятение, в которое она была повергнута за последние несколько минут. С одной стороны, она чувствовала вину: ее капризы привели к утрате важного письма; с другой – ее разозлила манера Натана, скомандовавшего ей идти в дом и делать, как он скажет. Боже, а совсем недавно они целовались...
Она поспешила отогнать эту мысль, сейчас не время думать о поцелуе. Таком мягком, нежном... Все, хватит. Об этом позже. В данный момент она злилась, что Натан обращался с ней как генерал с солдатом, отдавая приказы. Раздражение смешалось с искренним сочувствием, вызванным болью и опустошением в его глазах. Это зрелище не могло оставить Викторию равнодушной, ей хотелось обнять и успокоить его. Но почему одновременно она горела желанием спустить на него всех собак? Доктор Натан управлял ее эмоциями, как не удавалось еще никому. Это ей совсем не нравилось.
Когда она вошла в дом через террасу, ее приветствовал лакей и сказал:
– Доктор Натан просил, чтобы вы встретились с ним в библиотеке, леди. Пожалуйста. Слово «пожалуйста» велено было подчеркнуть.
– Спасибо, – ответила Виктория, неожиданно для себя улыбнувшись.
– Еще он сказал, что вам, видимо, нужно переодеться, и приказал также подать обед к вам в спальню.
Викторию удивило такое проявление заботы. Она, конечно, собиралась сменить платье перед встречей с ним, но поесть в одиночестве было еще лучше.