Не покидай
Шрифт:
— А я буду стараться выполнить любую вашу фантазию, госпожа, а то, вдруг, вы решите ее удовлетворить с кем-то другим, — заметил Крис.
— Чего-чего? Пожалуй, я сейчас тебя отшлепаю, — не удержалась Анита.
— Это тоже можно, — ответил Крис.
— Так, чувствую, что у тебя расширяются горизонты… Я прямо боюсь того момента, когда они расширятся окончательно.
«Сравнили, тоже, — мимолетно подумала Анита, — напугать до полусмерти и причинить боль какому-нибудь молоденькому большеглазому парнишке или на равных поиграть с умным привлекательным мужчиной».
Но сейчас, похоже, именно Кристиан решил
— Я хочу попробовать, каково это — быть снизу, и делать это по своему желанию. Я давно хотел попробовать, но трусил. Но сейчас, когда я уже практически пожилой человек… надо решаться. А то меня вообще никто не захочет, — это было произнесено с такой скорбью, что Анита поверила бы в серьезность говорившего и посочувствовала ему, если бы это был не Крис.
— Ох, пожилой человек! Спасибо, что еще не дедушка! — развеселилась она. — Но мне кажется, что это плохая идея для тебя, некоторые шрамы в душе никогда не заживают, — продолжила она, резко став серьезной.
— Ну, до дедушки мне еще далеко! — заметил Кристиан. — Госпожа, не надо переживать за меня. Секс между мужчинами отличается от секса с женщиной. Я бы никогда не выбрал банальный трах мордой в пол, но то, что было сейчас, мне понравилось. А я готов сегодня попробовать только один раз, только с одним человеком.
— Я в традиционной позе хочу попробовать, — Крис сбрасывает одежду и принимает коленно-локтевую. Похоже, он ничего не делает наполовину.
Подумав, Анита села с ним рядом прямо на ковер и положила его голову себе на колени, гладя по волосам. Конечно, он нервничает, и плечи просто закаменели. Он настолько напряжен, как будто только усилием воли удерживает себя на месте. Она наклонилась к его уху:
— Солнышко, может, передумаешь? Ты уже все себе доказал. Если сейчас будешь себя заставлять, этого никто не оценит, и Эмиль в первую очередь.
— Но я хочу, — решительно отвечает Кристиан, — хочу попробовать. Только сегодня и только сейчас, — он выдавливает из себя улыбку. — Эль, я точно не буду на тебе потом отыгрываться, даже если не понравится.
— Я не этого боюсь, — отвечает Эмиль. — Лучше злись на меня, чем будешь чувствовать себя использованным.
— Надо же, репутацию какой нежной фиалки я себе создал, — уже вполне искренне смеется Крис. — Да, столько лет прошло, а я все никак не могу забыть и решиться. Но ведь Эмиля я никогда не воспринимал как кого-то подчиненного, низшего, лишенного права голоса. Думаю, будет справедливо, если иногда мы с ним будем меняться ролями. Иногда… редко… скорее, очень редко, — он снова усмехнулся.
Анита заметила:
— Ты похож на римлянина, попавшего в плен к врагам Империи. У тебя даже выражение лица такое: умру, но не сдамся.
— Ну, вот как так можно — я только настроился, принял соответствующее скорбно-торжественное выражение лица, и вы весь мой настрой порушили, — уже откровенно ржал Крис. — Эмиль, действуй быстрее, солнце, а то еще неизвестно, что нашей госпоже в голову придет.
Эмиль
У моего Верхнего это не первый раз, но лучше было бы, если бы первый. Как стереть предыдущие страшные воспоминания? Я чуть не струсил, чуть не отказался это
Конечно, я хочу! Это одно из самых запретных, хотя и нечастных моих желаний. Хуже этого — только мечтать о том, что госпожа позволит быть с ней, как инопланетнику… Нет, о таком даже думать нельзя.
И что мне делать с Кристианом, чтобы он потом не пожалел о своем решении? Похоже, отговорить его не удастся. На свой страх и риск, буду просто действовать быстро, как бы ни хотелось мне пролить удовольствие.
— Не передумаешь? — без особой надежды спросил я. Крис отрицательно мотнул головой. — Ну, тогда наш вариант: «быстро всунул и высунул».
Красивый, экзотический, желанный, непредсказуемый и иногда непонятный, несмотря на столько лет рядом… Первый муж моей жены и госпожи. Он сам предлагает мне попробовать, обещает не держать зла, если что-то пойдет не так… почему бы не попробовать?
И тут, словно опровергая все сказанные слова, меня накрыло: я сжимал его в объятиях и твердил что-то вроде:
— Я тебя люблю, я очень тебя люблю… вы с госпожой — это лучшее, что было и есть в моей жизни! Не заставляй меня сейчас быть насильником, я хочу сохранить сказку о том, что однажды тебе понравится, что я сумею это сделать… Но не сейчас, ты не хочешь сейчас и тебе страшно, меня не обманешь…
— Не надо, Эмиль, я не знала, что это для тебя настолько серьезно, — госпожа присела рядом и погладила меня по лицу. Как безумно хочется прижать ее нежную ладонь к губам, поцеловать ее… -
Ты сломаешь не его — себя. А Крис, по-моему, просто на одном упрямстве держится.
Крис тем временем тоже принял нормальную позу, сел на ковер и подгреб меня ближе:
— Ну и ладно… раз вы меня считаете нежной фиалкой, я ею и буду. А, вообще-то, ваша забота — самое важное для меня. Не буду делать глупости и что-то кому-то доказывать, не нужно нам это.
— Мальчики, а я зря, что ли, на вас смотрела? — как-то очень опасно улыбнулась Анита. — Я тоже хочу.
— Что хотите, госпожа? — с готовностью откликнулся Крис, стряхивая остатки своих мыслей. — Кого?
— Выбрать не могу, — развеселилась Анита, — хочу обоих.
— Как это? — Кристиан удивился всерьез.
— Пойду-ка я в душ, — ответила Анита. — А ты пока подумай, как. Эль, пойдем со мной.
Эмиль, не одеваясь, последовал за женой. Анита, наоборот, была одета, поэтому первое, что она сказала ему, когда закрылась дверь ванной, было:
— Ну, теперь раздевай меня, тренируйся.
Задание было не слишком трудным, потому что на ней было только легкое домашнее платье. Эмиль осторожно помог его снять и остановился, не зная, что делать дальше. Сжалившись, Анита взяла его руку и положила на атласную чашечку бюстгальтера, потом проделала то же самое со второй рукой, заметив:
— Наслаждайся. Я нечасто тебя балую, но тем приятнее нам обоим.
Эмиль позволил себе робкую, но искреннюю, от души и без страха перед гневом госпожи, улыбку: