Не оборачивайся
Шрифт:
У Ноа накопилось множество вопросов, но она боялась их задавать и ощущала странное смущение, словно могла разрушить заклинание… и тогда вся тяжесть реального мира ляжет ей на плечи.
«Впрочем, — подумала она, когда порыв холодного воздуха коснулся ее шеи и заставил содрогнуться, — происходящее вполне реально».
Ноа откашлялась.
— Ты сказал, что ответишь на мои вопросы.
— Ну да, — он слегка улыбнулся. — Спрашивай.
Ноа задумалась, не зная, с чего начать. Почему-то она вспомнила фразу «Танто Барф», из-за которой поверила Зику.
— Ты
Он коротко кивнул.
— Да.
— Ты провел там много времени? — спросила она, когда Зик ничего не добавил.
Он пожал плечами.
— Я появлялся там и исчезал. Ты знаешь, как это бывает.
Да, она помнила. Ноа узнала затравленный взгляд и напряженные плечи, постоянное ожидание наказания. Она неожиданно подумала, что Питер никогда не сможет понять опустошение, которое возникает у ребенка, который растет в таких условиях.
— Но я тебя не узнаю, — заметила Ноа.
— Правда? — Зик склонил голову набок. — А я тебя помню. Тебе тогда было тринадцать. Ты появилась перед тем, как я окончательно ушел.
— В самом деле? — Ноа задумалась.
В тринадцать лет она провела в Центре три месяца между двумя приемными семьями. Но ей никак не удавалось вспомнить его лицо.
— Наверное, у меня не запоминающаяся внешность, — сказал он с кривой усмешкой.
Она не знала, что на это сказать.
— А когда ты ушел из Центра?
— Около трех лет назад, мне тогда было пятнадцать. — Он провел пальцем по половице. — Мне вдруг все надоело, если ты понимаешь, о чем я.
Ноа кивнула.
— Ну, в некотором смысле, я тоже сбежала.
— Однако ты поступила умно, — с грустью сказал Зик. — Жаль, что я до этого не додумался. Гениальная идея — создать фальшивую приемную семью.
Ноа слегка покраснела от такого комплимента.
— И что же ты делал? — с любопытством спросила она.
— Я жил, как и другие подростки. Болтался на улицах вместе с парой сбежавших парней. — Потом он помрачнел. — И они меня поймали.
— Кто? — спросила она, хотя уже подозревала, какой услышит ответ.
Зик посмотрел ей в глаза.
— Ты сама знаешь. Ублюдки из «Проекта».
— Но ты… я хотела спросить, как тебе удалось…
Он отвернулся и долго смотрел в пол.
— Мне бы не хотелось об этом говорить.
— А они тебя… резали? — осмелилась спросить Ноа после нескольких минут напряженного молчания.
— Нет. — Он приподнял рубашку, чтобы показать.
Зик был не таким тощим, как казался; у него был крепкий торс. Ноа подняла глаза — шрама не было.
— И они не заразили меня ЧУИМ, — продолжал он, опуская рубашку. — Я этого опасался, но с тех пор прошло почти два года. Болезнь должна была проявиться; наверное, я успел вовремя сбежать. Ну, на самом деле меня спасли.
— Кто?
— Нас много, целая сеть. — Он снова присел на корточки напротив Ноа. — Нечто вроде Подпольной подземной железной дороги. [48] Нам удалось спасти нескольких ребят — ты находилась в одном из самых хорошо
— Я попыталась взломать сервер УНБ, — сказала Ноа.
48
Название тайной системы организации побегов негров-рабов из южных рабовладельческих штатов на Север и в Канаду в период, предшествовавший Гражданской войне.
На Зика ее слова не произвели впечатления.
— Рискованный шаг. Тебе следовало держаться от них подальше, как я и говорил.
— Я думала, что там могут оказаться другие дети, — резко ответила она. — Как тебе удалось вывести из строя светильники?
— Перегрузил генератор, — ответил он. — Лампы не выдержали скачка напряжения.
— Хороший ход, — проворчала она. Постепенно до нее начал доходить смысл его слов, и она нахмурилась. — Но если у вас целая сеть, почему ты сразу мне ничего не рассказал? Почему оставил одну?
Зик сокрушенно вздохнул.
— Я хотел. Но проблема в том, что ты — слишком большой риск. Никто не хотел с тобой связываться.
— Почему? — поразилась Ноа. — Ты говорил, что вы спасали других. Почему не меня? В особенности после того, как я сумела сбежать?
— Потому что им нужна только ты, — объяснил он, пристально глядя на Ноа. — Неужели ты сама еще не поняла? Ты — лекарство.
— Лекарство от чего?
— Скорее всего, от ЧУИМ. А возможно, вообще от всего. Мы не знаем. — Зик пожал плечами.
Ноа потребовалась минута, чтобы понять.
— Значит, остальные не пережили операции?
Зик покачал головой.
— Часть из тех, кого нам удавалось спасти, были уже заражены. Они не… — Он отвернулся к узкому окошку, через которое был виден лес. — Во всяком случае, это было очень непросто. Нас не так уж много, а компания развернула настоящую охоту за тобой. Остальные решили, что мы привлечем слишком серьезное внимание к себе, если попытаемся тебе помочь.
Ноа вновь надолго задумалась. Она испытала облегчение, узнав, что не только ей и Питеру известно об экспериментах. Оказывается, существует целая организация, пытающаяся остановить нелюдей. Однако они ничего не сделали, чтобы ее освободить — или других детей на базе, и Ноа вдруг почувствовала, как ее охватывает ярость. Все они бездействовали, кроме Зика.
— Но ты мне помог, — заметила она.
— Да, однако я не должен был этого делать. — По губам Зика скользнула улыбка. — И мною очень недовольны. — Увидев выражение ее лица, он торопливо добавил: — Они изменят свое отношение, поскольку понимают, что мы должны тебе сейчас помочь. Кроме того, я много для них сделал, — закончил он уже более уверенно.
— И в чем выражалась твоя помощь?
— В организации спасательных рейдов. Я предупреждал беглецов, рассказывал, чего следует опасаться.