Не ломайся, девочка!

Лакс Айрин

Перебираю волны ткани платья, расправляя складки, которых нет.

Первая встреча Ники и Тихона. Не загадывала, но вышло все само по себе! Переживаю. Нет, знакомить не стану, боже упаси.

И все равно переживаю.

Дышу часто-часто, сердце покалывает — так много переживаний за эти сутки.

***

Нике нравится бывать у меня на работе, потому что у меня много «красивых цветных тряпочек». Ну и ладно, не всем дано быть семи пядей во лбу… Кому-то нужно и «красивые

тряпочки» шить.

Ника подбегает к ателье первой, дверь распахивается. Там — Тихон.

Застывает, глядя на Нику. Не мигая, смотрит!

Опять этим своим жутким удавьим взглядом смотрит, сейчас напугает ребенка. Волнуюсь, спешу к Нике, готовая защитить ее… от непутевого папаши, который ее появления на свет точно не планировал, когда лез ко мне в трусики!

Встал, как вкопанный!

Ника тоже разглядывает Тихона снизу вверх и обратно.

— Никуш, это… — мой голос дрожит.

— А я его узнала! — хихикает в ладошку. — Это тот красивый дядя.

Дочка энергичная, как маленький ураганчик, успевает дать мне понять, что узнала мужчину с аватарки, и поворачивается к нему:

— Дядь, дай пройти!

— Да, конечно, — моргает Тихон и присаживается перед дочкой.

Мои пальцы на тонком плечике Ники дрожат от волнения. Не надо вот этого, не надо, пузырится во мне беспокойство.

— Привет, — Тихон улыбается Нике и протягивает ладонь. — Я Тихон, а ты?

— Тихо? — переспрашивает Вероника. — Почему тихо?

— Тихо-Н. Имя такое. Тихон, — объясняет.

— Какое у тебя имя… Дурацкое! — вздыхает Ника и гладит Тихона по плечу. — Не переживай… Можешь чуть-чуть поплакать.

— Вот как? — усмехается Тихон. — Думаешь, стоит из-за такого имени поплакать?

— Немного стоит. Все плачут, когда им грустно. Мама тоже плакала. У нее было свидание паррршивое! — добавляет дочурка и снова требует. — Дядь, дай пройти!

Глава 51

Глава 51

Аглая

Тихон отрывает взгляд от дочери, метнув его в мою сторону.

Наверное, подумал, что я дочери обо всем пожаловалась? И в красках рассказала, какой он козел?

Нет, совсем не так! И настраивать дочь против него у меня в планах не было. Боже, я и знакомить ее не спешила. Если бы не случайность и не настойчивость Тихона…

Так, стоп!

Я будто оправдываюсь. Не перед ним, а перед собой.

В целом, Кристина права, свидание вышло паршивое.

Точка.

Об остальном объясняться не обязана.

Но все равно какого-то черта я краснею. Как

помидорка. Лицо Тихона остается неизменно дружелюбным, только в глазах что-то промелькнуло и исчезло.

Снова все его внимание — моей дочери.

Нашей дочери, замирает сердце.

— Так как тебя зовут, юная леди?

— Вероника.

Представившись, дочь оборачивается:

— Мама, надо ему помочь…

— Кому?

— Ну, дяде!

Дочка даже топает ножками и всплескивает руками, мол, вы чего такие глупые! И через секунду выдает новый перл:

— Этот дядя тут стоит, не дает пройти. Застрял?

Действуй, приказываю себе. Хватит стоять, как истукан!

Дочка ведет себя непосредственно, я — на грани обморока, Тихон держится, но по глазам понимаю, его неожиданной встречей где-то внутри размазывает. И одно то, что он позволяет мне это понять, странно греет возле самого сердца.

— Все хорошо, Никуш. Тихон сейчас пропустит тебя. Просто надо было сначала поздороваться и сказать волшебное слово.

— Пожалуйста?

— Именно.

— Пожа-а-алуйста!

Тихон поднимается.

Входим…

Тихон пропускает нас вперед, Ника бросается в забег по мастерской. Я ей не мешаю, знаю, что она обежит все, посмотрит, но ничего не будет трогать. Уже несколько раз шкодила, за что потом получала. Теперь просто смотрит и берет что-то, только если я разрешу.

Обязательно поделится впечатлениями…

— Мама, какое красивенькое! Ой, а это смешное! А это фу… Паррршивое! — громко звенит ее голос.

Кажется, у дочери новое любимое словечко.

Неожиданно чувствую касания пальцев Тихона к своему запястью.

— В одном я с ней согласен. Свидание, правда, было паршивое. Может быть, сходим на нормальное?

Меня будто парализует его прикосновением, на месте застываю. Тихон, воспользовавшись паузой, притягивает меня к себе за талию настойчиво, но вместе с тем бережно.

Сердце екает от его действий. Вот, глупое! Мало по тебе топтались? Я сержусь, пока в груди растекается патока.

Тихон целует меня в щеку, обнимает порывисто.

— Спасибо! Она чудо… Чудо, правда! — выглядывает осторожно из-за угла. — Спасибо за дочку. Можно я с ней… время немного проведу?

Смотрит просящим взглядом. У дочери мои глаза, она на меня похожа, но повадки и хитрости — точно от Тихона. Она точь-в-точь так же смотрит, если хочет чего-то.

— Это будет зависеть от того, понравишься ли ты ей. Судя по всему, не очень…

— Дай мне пять минут, — самоуверенно улыбается.

— Ты, кажется, работу мне хотел показать? Так показывай.