Не играй с нами, девочка
Шрифт:
— Придется, Макс. Ты решительный, храбрый, сильный... Но они, — она махнула в сторону проклятого джипа охраны, — это совсем другие люди, понимаешь? Другие ставки, другая жизнь. Мы ничего не можем, уж поверь мне. Если они чего-то захотят или придумают, нам нечем будет защищаться. Можно кинуться создавать иллюзию каких-то действий и страховок, но это всего лишь самообман.
— Другими словами, вся надежда на Марка?
Ей не понравился его взгляд, острый, даже режущий... Все-таки все происходящее задевало его за живое, хотя он и пытался это скрыть.
—
— Ты так уверена в нем?
Плохой вопрос, просто ужасный. Что ответить ему? И что ответить себе? Действительно, она доверяет Марку? Сейчас, в данную минуту?
Прошел год, могло многое произойти, а, учитывая его ритм жизни случилось со стопроцентной вероятностью, и не просто случилось, а рухнуло, обвалилось и с грохотом обрушилось. При этом он вел себя так странно, так спокойно и сдержанно, что это еще больше беспокоило, уж лучше бы Марк кричал и припоминал последние дни.
Тем более в том ресторане он назвал Севера братом. Он никогда так не делал. Что это значит? Они, наконец, нашли общий язык? Ведь Марк сдержал слово и после той стычки с партнерами отослал Севера в другой город. Полгода, что Анна провела с Марком, они ни разу не заговаривали о нем, он просто-напросто исчез из их жизни. А теперь «это заведение принадлежит брату», не Северу, не Андрею, а брату.
Анна промолчала, а Максим не стал допытываться. Доверие к Марку слишком сложная штука. И потом Марк не всегда доверял сам себе, его бывало несло и захлестывало, и она знала, что о многих вещах он жалел. Он никогда не признается, но Анна прекрасно помнила минуты тишины, когда за его тяжелым молчанием стояло почти осязаемое «прости».
— У тебя в машине остались мои очки, — бросил Максим, направляясь к своей ауди.
Анна кивнула и с раздражением обнаружила, что ее машину неплохо так приткнули сзади. Не критично, но неприятно. Она открыла дверь со стороны водителя и потянулась к бардачку. Кажется, очки остались там.
— Сядь, — приказал мужской голос.
Анна вздрогнула и обернулась. На заднем сидел мужчина с лицом, в которое сама природа заложила красноречивый посыл — не пытаться переиграть его обладателя. Тут без шансов.
— Я сказал сядь, — повторил он металлическим голосом, — Без глупостей.
Он был вооружен. Конечно. Еще она заметила, что он сидел довольно низко, чтобы его голова не отсвечивала в заднее стекло, хотя машина и была затонирована. Причем, в ночь, как и полагается машинам с тремя семерками.
— Осторожно и медленно переберись на пассажирское. Тогда никто не пострадает.
Ничего не оставалось. Анна уловила угрозу под этим «никто» и, забравшись в салон, пересела на соседнее место. Она бросила беглый взгляд на зеркало заднего вида и прикинула расстояние до джипа охраны. Он стоял на другом конце двора, но территория прекрасно просматривалась и при определенной доле удачи...
Хотя, какие клоуны там сегодня дежурят?! Черт их возьми!
— Нашла? — в открытую дверь заглянул Максим. — Уже слепит.
Анна повернула голову и с испугом взглянула на
— Вот и водитель, — протянул с ухмылкой мужчина. — Будешь чудить, она пострадает.
Максим перестроился за мгновение. Она уже видела его таким собранным однажды, когда они угодили в аварию.
— Не бойся, — одними губами произнес Максим и сел за руль.
— Включишь аварийку, свернешь не туда, спровоцируешь аварию, что угодно, и я выстрелю.
— Я понял.
Макс завел мотор и выехал со двора. Джип охраны пристроился позади и, выдерживая дистанцию, последовал за ними.
— На перекрестке направо и прямо до торгового центра, — командовал мужчина.
— Куда мы едем? — Анна осторожно подала голос. — Или к кому?
Дозу адреналина она схватила, но все же страх не парализовал ее. Она успела уяснить, что такие ребята, если стреляют, то стреляют, без предисловий и вступлений. А если только угрожают, значит еще есть время, значит кому-то нужны разговоры и возможны варианты.
— Возьми, — сказал мужчина.
Она почувствовала, как ее плеча коснулось что-то твердое. Похититель протянул ей небольшой коробок, раскрыв который, Анна увидела шприц с прозрачной жидкостью.
— Вколи себе, — тут же последовал приказ.
— Что это? — вступил Максим.
Он нахмурился и по его сосредоточенному взгляду стало ясно, что на этот раз до паники недалеко, он мучительно искал пути выхода и не находил. Он не знал, чем помочь. Все, как она предупреждала. Когда все закрутится, им останется только трепыхаться в стремительном потоке.
— Делай! — повторил мужчина.
— Нет! — выпалил Максим. — Что за…
— Ты думаешь, я шучу?!
Чтобы закончить опасный спор, Анна быстрым движением достала шприц и сделала себе укол.
— Черт, Анна! — Максим ударил по рулю. — Черт!
— Делай, что он говорит, — сказала она, поймав его взгляд.
Вот теперь в его глазах легко читался страх, он так боялся за нее…
— Анна! — позвал он.
Ей вдруг померещилось эхо, которое впилось в ее имя и накрыло огромной прибойной волной, раздражая слух. Следом все закружилось и замелькало, неясные разводы окутали с ног до головы и стерли все вокруг. Она потерялась, Максим исчез, сперва его лицо, а потом и голос, осталась только неуютная пустота...
Замешательство длилось целую вечность, она блуждала в полусонном состоянии, пытаясь скинуть последние капли сна. Утренний трюк удался с большим трудом. Открыв глаза, она нашла себя на мягкой кровати. Анна резко поднялась и тут же пожалела, пришлось вернуться на место и еще немного отдышаться. Вскоре нашлись стены, которые очерчивали огромную комнату, светлые стены и светлая мебель.
— Она проснулась, — донеслось откуда-то справа.
Надо вставать. Она приметила настольную лампу на тумбе у кровати, которая на самом деле оказалась кушеткой. Лампа на вид была тяжелой и травмоопасной, особенно в умелых руках.